Парень открыл дверцу холодильника. Тот всё еще удерживал холод. Хотя, его потрепанные уплотнители надолго не спасут, а электричества здесь совсем нет. Впрочем, он тут же нашел решение – в установке были трубки охладительного контура. В них был должен был остаться жидкий азот. Его можно потихоньку сливать и оставлять внутри. Всё равно машина уже бесполезна – вряд ли тут есть электричество.

Даниил ухмыльнулся. Да уж. Придется выживать так. Впрочем, подмосковье тоже сейчас обесточено. Его отбытие, наверное, вызвало такой скачок напряжения, что все подстанции в округе повырубало. Вот все и сидят там без света. Впрочем, они-то разберутся. У них электрики есть.

А вот ему теперь надо заботиться обо всём самому. Парень пригнулся и вытащил из холодильника бутылку пепси. В руках её тащить было лень, и он принялся искать сумку. Нашел только пакет из Пятерочки, придавленный каким-то ящиком. Ручки у него были порванные, но и так сойдет.

И вот, обмотав пакет с бутылкой вокруг руки, первооткрыватель двинулся исследовать новые земли. Следы его потянулись в сторону от машины, где была точка прибытия. Цепочка их получилась длиной. В мягком пепле они были, как отпечатки на луне. Маленький шажок для него – оставался таким же маленьким в пределах этой пустоши. И ничего кроме пепла он тут не встретил.

А шел час или два. Но вокруг всё то же самое. Горы вдали вообще не приближались. Пару раз он останавливался, чтобы отхлебнуть тёплой газировки, но она слабо утоляла жажду.

– Бред какой-то, – выдохнул он, наконец, падая от усталости в пепел, – что же мне делать?!

Выход был один – возвращаться назад. Там была еда и вещи. Оттуда можно было попробовать пойти в другую сторону. Так что парень вернулся назад по своим следам, которые уже успел присыпать пепел. Установку он тоже засыпал тонким слоем. Его серые хлопья медленно оседали вниз, кружась в воздухе.

С этим надо было что-то делать. Иначе скоро всё тут накроет сплошным слоем. Нужно было спасти свое единственное имущество. Тут-то и пригодилась та пленка, что лежала на холодильнике. Вообще, это было что-то вроде тента или баннера.

Им удалось накрыть массивную установку, а между её выступающими частями даже осталось небольшое пространство, где можно было жить.

Даниил перетащил туда холодильник и сумку с вещами. Еще ему попался деревянный фанерный ящик, на который он вставал, как на подставку, когда монтировал части установки.

Парень положил холодильник на спину, рядом приставил ящик и накидал сверху свитеров из сумки. Получилось этакое подобие кровати, где можно было спать, скрючившись в три погибели.

– На первое время сойдет, – пробурчал парень, – справлюсь, – попытался подбодрить он сам себя. Вообще, в последнее время он мало с кем говорил. Видимо, поэтому несчастный начинал бурчать себе под нос.

Вдруг резко дунул ветер. Край пленки поднялся в воздух, а сама она чуть не улетела прочь. Даниил вовремя успел схватиться за неё. Придавить её было нечем и ни колышков, ни веревок нет. Парень покопался в сумке и нашел изоленту. Ей он примотал края тента к деталям установки. Но ветер всё равно задувал под навес, угрожая унести его единственное укрытие прочь.

Тут вообще началась какая-то буря. Тёмное небо затянули чёрные тучи. Вокруг резко похолодало и стало совсем мерзко.

Даниил сразу понял, что идет гроза. Он выхватил крышку от ящика и принялся огребать свое убежище, откидывая пепел и щебень в сторону.

Канава получилась совсем небольшая меньше полуметра в глубину. Парень соединил концы этого круга и довольно выдохнул. Ну вот. Теперь хоть не зальет.

Эта вещи и машина были единственным, что у него осталось. Может быть, всё это ему еще пригодиться. А может быть, и нет.

Дождь рубанул сразу, как он закончил. Ему пришлось бегом спасаться под навес. Там парень спешно допил пепси, нашел ножик в своих вещах и обрезал горлышко. Если набрать сюда воды, то будет запас на крайний случай. Он выставил емкость под ливень.

Впрочем, даже со стороны было видно, что там собиралась какая-то непонятная мутная жижа, которую не то что пить – ей руки ополаскивать не хотелось.

– Ух, проклятье, – прошипел парень, – тут кислотный дождь, видимо. Еще бы в таком-то месте, – он хмуро выглянул из-под навеса на серое небо.

Ливень пролетел незаметно. Намочил всё и исчез. Пепел вокруг вымок и стал грязной жижей. Теперь даже выходить было неприятно.

– Мда, – Даниил лениво потыкал носком в эту грязь. Она такой липкой, что из неё можно было лепить снежки.

И тут его посетила отличная идея. Он бросился к сумке и вытащил из неё перчатки. А потом принялся лепить из этой грязи кирпичи. Конечно, по форме это были какие-то непонятные комки, но форму свою они держали. Из них парень принялся лепить стену. Он размотал тент, подвернул его и поставил на край ряд этих комков. Сначала один, потом другой.

Получалось, что снаружи пленка закрывала эти кирпичи, а они надежно придавливали её к земле. Городить высокую стену Даниил не стал – три ряда и всё. Теперь машина была в безопасности. Конечно, если кислотный дождь не разъест тент.

От всех этих телодвижений он жутко устал. Поэтому решил перекусить и полез в холодильник. Вытащил колбасу, хлеб. А потом понял, что внутри уже тепло. Надо было что-то делать. Парень вылил ту жижу от дождя, нашел вентиль контура охлаждения и повернул его.

С клубами пара хлынул жидкий азот. Тут нужна была аккуратность, чтобы не облиться и не разлить ценный ресурс. Торопливо шипя, Даниил засунул обрезок в холодильник. Теперь его припасы спасены.

Вообще припасов то там было – кот наплакал. Колбаса, буханка хлеба и пара дешевых бургеров, даже не из нормального ресторана, а прямо с витрины круглосуточного магазина. Еще было две пачки чипсов, упаковка сухариков и три шоколадки. Было ясно, что этого надолго не хватит.

Воды тоже было не очень много. Бутылка минералки, еще одна колы, пять алюминиевых банок с газировкой и всё. Наверное, он неправильно питался. Но тогда-то времени на готовку не было, поэтому перебивался что было. Парень подумал и понял, что уже забыл, когда последний раз пил чай или кофе. А ведь дома у него была своя кофемашина.

Съев пару бутербродов, он сунул колбасу и хлеб обратно в холодильник. Достал бутылку колы, открутил крышку и попытался сделать глоток. И ничего.

Кола была не просто ледяной, она стала куском льда. Вся замерзла напрочь. Парень распахнул холодильник и загляну внутрь – все банки повздувались и стали шарообразными.

– Вот, проклятье! – прошептал он. Косяк. Теперь придется ждать, пока всё растает.

Вот только ему уже сильно хотелось пить. Выждав минут пять, он снова проверил бутылку. В сиропе плавал здоровый кусок льда. Но пить хотелось сильнее. Так что пришлось хлебать его.

– Ух, – отбросив бутылку в пепел, Даниил привалился к ящику. Положение было совсем безрадостным. Но сдаваться он не собирался. Для этого было еще слишком рано.

Дни потянулись один за другим. Каждый раз он просыпался на своей лежанке, перекусывал и шагал вперед, надеясь увидеть хоть какие-то признаки живой природы. Сначала сходил в одну сторону. Шел, пока совсем не выбился из сил. Потом понимал, что тут тоже ничего нет, и возвращался назад. Там снова съедал несколько чипсов, два кусочка шоколадки. Запивал их несколькими глотками газировки и снова уходил на поиски.

Сторон света было четыре. Но продевал путь в каждом направлении, парень решил, что уходил недостаточно далеко. Поэтому он снова принялся пробовать упорно шагать в одном направлении. Но всё равно, каждый раз сдавался и возвращался назад.

Уже вся округа была бы истоптана его следами, если бы не этот падающий пепел. Отчаянье накатывало на несчастного всё сильнее и сильнее. Но что он мог сделать? Когда Даниил хотел забраться на одну из ближайших вершин, чтобы оглядеться, то у него не вышло даже приблизиться к ней. Похоже, идти до неё нужно было несколько суток. Но сможет ли он вернуться назад, после такого долгого пути? Этого парень не знал.