Ну, а пока старый учитель рассказывал Нэксилу и Алие – отцу и матери Левина, об успехах их сына, чему они были очень рады. Когда похвальная речь была окончена, Замус с улыбкой их спросил:
– Нэксил и Алия, а как бы вы отнеслись к тому, если бы я предложил вам продолжить обучение вашего сына у Великого волшебника?
Реакция родителей Левина была довольно бурная и восторженная.
– Это было бы замечательно! – в один голос воскликнули они.
– Учитель Замус, мы конечно же не против, – уже спокойно и с ноткой сомнения проговорила Алия, – а как сам Старец Венда? Сколько мы живем, я ни разу слышала, чтобы он брал себе учеников…
– Не переживайте, Алия, я недавно разговаривал с ним, это его предложение было, – добродушно ответил Замус.
– Я знал, – сказал Нэксил с гордостью, – что мой сын далеко пойдет. Спасибо вам, учитель!
– Надо бы к следующему учебному году приобрести все необходимое для Левина, а то, где он там будет искать вещи, тетрадки, ручки… – распереживалась Алия.
– Ничего не надо. У Старца Венды все есть… – рассмеялся Замус, а потом, став серьезным, сказал. – Вот только Левин не на следующий учебный год поедет… а завтра.
– Как завтра?! – хором спросили родители мальчика.
– Дело в том, что мне больше нечему учить Левина, нужен учитель другого уровня, – Замус говорил чистую правду. – Как вы сами только что сказали, Волшебник Венда никогда не брал себе учеников, так как не видел достойных для продолжения обучения, но за успехами Левина следил и сегодня в разговоре со мной, пригласил его учиться. Завтра он ждет его. Я не вижу причины для вашего беспокойства. У него будут каникулы, которые он будет проводить с вами. Если вы откажетесь, то он потеряет время и возможно у него никогда не будет больше шанса учиться у самого Великого волшебника.
– Вы наверно правы, Замус. Рано или поздно это бы произошло, – согласился с доводами учителя глава семейства, и повернулся к своей жене. – Ну что ж, мать, давай собирай сына в дорогу. Хоть он у нас еще и мал, но как оказалось удал не по годам. Если есть желание учиться, значит пусть учится. Мы препятствовать не будем.
На этом они разговор и закончили. Замус предупредил, что Левин отправляется на рассвете, так что он придет его проводить и даст некоторые наставления.
Когда на горизонте едва появились проблески утренней зари, Алия зашла в комнату сына и стала гладить его по голове. Она наклонилась и поцеловала его в щеку, от чего Левин улыбнулся и тихо замурлыкал. Еще раз поцеловав сына, Алия прошептала ему:
– Левин, пора вставать.
Мальчик, спавший на левом боку, тут же перевернулся на правый, но Алия повторила уже погромче, после чего Левин натянул одеяло на голову. Так продолжалось минуты две, пока наконец он не открыл глаза, не понимая спросонья, что происходит. Немного придя в себя, Левин посмотрел вначале в окно, а потом на мать:
– Почему ты меня разбудила так рано, мама? Что-то случилось? – встревожился он.
– Нет-нет, все хорошо, – успокоила его Алия. – Просто вчера ты рано уснул, и я не успела с тобой поговорить.
– О чем? – удивился Левин.
– Понимаешь, сынок, – она сделала паузу, словно искала нужные слова, и продолжила, – ты сегодня улетаешь к Великому волшебнику. Скоро придет учитель Замус и все тебе объяснит. Но если ты не хочешь, то можешь отказаться. Тогда ты продолжишь спать, а мы все объясним учителю…
– Нет-нет, – вспомнил вчерашнее происшествие мальчик, – я полечу… Я через минуту буду готов!
Он вскочил и побежал умываться, удивив этим свою мать. Обычно ее сын любил после пробуждения еще десять-пятнадцать минут понежиться в теплой кровати, а тут на тебе. Немного подумав, она объяснила сама себе это тем, что он очень хочет учиться. Ну что ж, так тому и быть, и пошла на кухню.
Тоненькие солнечные лучики уже стали заглядывать в окно, начинался рассвет, а значит совсем скоро к ним придет Замус, а до его прихода надо успеть позавтракать. Войдя на кухню, Левин увидел на тарелке самые вкусные кукурузные лепешки, политые ореховым вареньем и кружку с ежевичным компотом. Он с удовольствием сел за стол и начал свою утреннюю трапезу. За окном гулил Острик, зовя своего хозяина, не зная еще о том, что им предстоит долгое путешествие.
Позавтракав, Левин побежал к голубю, а тот увидев юного гнома, радостно захлопал крыльями.
– Ты сегодня рано. Мы куда-то полетим? – спросил Острик.
– Полетим! – улыбнулся Левин.
– А куда, если не секрет? – полюбопытствовал голубь.
– Точного маршрута я не знаю, но куда-то высоко в горы, – с важностью отметил мальчик.
– Здорово! – обрадовался Острик. – Я никогда не был в горах!
– И я, – согласился Левин. – Скоро придет мой учитель и все расскажет… А вот и он!
В этот момент к дому подошел Замус, и мальчик побежал ему навстречу, крича на бегу Острику:
– Будь готов к отлету, скоро придет отец и подготовит тебя!
Родители уже вышли из дома и о чем-то начали разговаривать. Когда Левин подбежал к ним, отец пошел снаряжать Острика, а Замус стал объяснять Левину, как добраться до места, где его будет ждать верный страж Старца Венды горный орел Кравал. Мальчик воспринял это как обычную прогулку по лесу, не понимая, что не все-так просто: вначале на плато самой высокой скалы его встретит Кравал, а потом он полетит за ним к Великому волшебнику. Когда Замус обо всем рассказал, они пошли к Острику.
Отец уже закрепил специальное седло на спине голубя, с которого спускались корзинки для его сумок, подготовленные еще ночью Алией. Острик опустился на землю, и мальчик по крылу забрался на него. Попрощавшись с родителями и учителем, Левин с Остриком взлетели и направились туда, где их ждал Великий волшебник.
Полет сопровождался с остановками для отдыха, так как Острик никогда не летал на такие большие расстояния. Воспользоваться телепортацией Замус категорически запретил, так что добираться пришлось своими силами. Воды, которую они взяли с собой, не хватило, поэтому пару раз они приземлялись у реки или ручья, и заполняли свои баулы. Только через четыре дня полета они увидели ту самую скалу, где их должен был встретить орел Кравал. Солнце уже начало заходить за горизонт и день сменялся звездной ночью.
Опустившись на твердую поверхность, Левин сошел с крыла Острика и стал всматриваться в небо, но из-за густых облаков ничего не было видно. На вершине скалы было довольно холодно, и он спрятался под крыло своего пернатого друга. «Ну что ж, – подумал мальчик. – Отдых нам не помешает…» И в этот момент стали слышны взмахи крыльев, к ним подлетал Кравал. По сравнению с Остриком он был просто огромен, а сам Левин напоминал маленькую букашку. Сев на край плато, Кравал свысока осмотрел гнома и голубя, и затем подойдя к ним, громко сказал:
– Летите за мной. Собьетесь с пути – вернетесь домой.
Орел повернулся и взлетел. Мальчик быстро забрался на Острика, и голубь, взмахнув крыльями, полетел за Кравалом. Они поднимались все выше и выше облаков, на вершинах гор лежал снег, холод пронизывал путешественников до костей, но они не могли позволить себе отставать от грозного орла. Время потеряло счет, Левину казалось, что они попали в вечную мерзлоту, где мороз сковывал не только тело, но и мысли. Когда полет закончился, Острик и мальчик какое-то время не могли прийти в себя. Вышедший навстречу Старец Венда повел своего нового ученика в теплую пещеру, где еще долгое время мальчик согревался. Острику выделили место с другой стороны пещеры, где он также отогрелся, поел и выпил родниковой воды.
Понадобились сутки, чтобы мальчик пришел в себя. Когда Левин вышел из своей комнаты, то увидел в конце длинного коридора свет из приоткрытой двери и направился к нему. Открыв дверь, он попал в большую комнату, посреди которой стояли два кресла, обтянутые красивой плотной шелковой тканью с необычными птицами, которых мальчик никогда не видел. Как он узнал позднее, это были павлины из мира людей. Напротив кресел потрескивали горевшие бревна в камине, издавая очень смешные звуки: «Тррррск, трррск». Между ними расположился небольшой круглый стол из дерева на кривых ножках с вазой посередине. На самом камине стояли бронзовые подсвечники и мраморные часики-бегунки, ходившие туда-сюда на своих маленьких ножках, а когда останавливались, поворачивались к находящемуся в комнате, поднимали тоненькие ручки и говорили сколько сейчас время и, что нужно делать. Отвернувшись от камина, Левин увидел огромные стеклянные двери, за которыми виднелась каменная терраса. За стеклами мерцали звезды, а под ними застыли словно взбитая перина облака. Посреди комнаты, где стояли кресла и стол, лежал пушистый ковер с орнаментами, с такой же цветовой гаммой как шелк. Мальчик не успел рассмотреть все предметы, находившиеся в комнате, потому что его окликнул, вошедший Старец Венда.