Колдунья краем глаза покосилась на сестру и правильно догадалась, что мысленно та везет в коляске по тропинкам сада уже родившегося сына.

-Как, наверное, будет прекрасно гулять по этим дорожкам, когда Драко появиться на свет. — Тихо проговорила Цисси и мелкими шажками отплыла от окна. — А в этой кроватке мой сын будет спать, и видеть свой самый первый сон. — Она оказалась возле детской кроватки из вишневого дерева и осторожно покачала ее, — интересно, какой самый первый сон видит новорожденный? О том, что ему предстоит сделать в этом мире? Не потому ли маленькие дети так часто и много спят, потому что они пытаются понять, что они делают в этом мире? Не потому ли не помним свои детские годы? Чтобы не знать все заранее?

Нарцисса, мечтательно улыбаясь, провела рукой по зеленому одеяльцу, по маленькой, совсем крошечной детской подушечке и отошла от кровати.

На полках лежали многочисленные игрушки, мишки, зайцы и прочая ребяческая утварь, вроде миниатюрных метел. Они тихо жужжали, кружа над детской кроваткой еще не родившегося Драко Малфоя.

Нарцисса уже всей душой любила своего ребенка.

-Уверена, Драко будет достойным продолжателем нашего рода, — вымолвила Цисси, потянув ручку двери на себя. И прошла из комнаты, словно в ней действительно тихонько посапывал младенец.

-Не сомневаюсь. — Меланхолично ответила Белла, поправляя прядь волос, выбившуюся из прически. Оглянувшись назад в детскую комнатку, она побрела за сестрой и прикрыла туда дверь.

-Мы уже придумали, что подарим ему на первый год жизни, — провозгласила Нарцисса с гордостью.

-И что же?

-Метлу. Самую лучшую модель. Мальчишки любят такие игрушки. Люциус, правда, говорил, что родители подарили ему фамильное серебро, которое он не мог даже в руки взять до десяти лет. Поэтому, мы пришли к согласию в том, что наш сын не будет столь рано получать наследство. Мама, правда, хочет сразу передать ему поместье Блэков, где-то на границе с Шотландией. Мы там никогда не бывали ранее. Однако это ее право я не могу ей в этом строить преграды. Она всегда была очень добра к нам.

-Жаль на меня такая доброта даже кусочком не упала, — угрюмо выдохнула Белла, не задумываясь.

Лицо ее сестры приняло выражение оскорбленной невинности, а Беллу возмутил этот факт еще больше. Словно Цисси никогда не становилась свидетельницей материнской жестокости.

-Разве не упала, Белла? — спросила та спокойно, тоном скорее напоминающим воспитательную нотацию. — Мама позаботилась о том, чтобы ты не жила в нищете и голоде! И нашла тебе супруга, который стал тебе и нам семьей! Или тебе этого мало? У нас было счастливое, не бедное детство, мы получали практически все…

-Мне это вовсе не было нужно, когда она даже не заботилась обо мне и вечно орала вместо доброго обращения!

-Все родители ругают своих детей, Белла!

-Все запирают своих детей, предварительно побив, да? Почему же это не затронуло тебя? Мамашу заботливую из себя строишь? Учишься у мамочки, как воспитывать детей на примере старшей, благочестивой сестрицы?

-Мама ругала меня! — Ахнула Нарцисса. — Ругала! Она ругала меня за плохие оценки, когда я съехала в учебе! Хотя, безусловно, она не переходила на рукоприкладство, но…

-Вот-вот! — Топнула ногой Белла. — Она никогда тебя не била! И ты была вольна жить, как тебе хочется! Никому из нас не дано было этого!

-Я не понимаю, почему ты не видишь упорно того что для тебя делают?! — У Цисси неожиданно заблестели глаза от слез. — Может мама была и не права, что била тебя, но ведь никогда этого не будет делать просто так! Она хоть когда-то занималась ерундой? А ты была не идеальным ребенком! Неужели ты этого не понимаешь?

-Дромеда была права. — Беллатриса была зла настолько, что слова, когда она их произносила, вырывались из нее сбивчиво и с придыханием. — Ах, как она была права насчет тебя. Ну я тебе скажу что тебе… почему мне не нравится все!

-Права насчет чего? — Казалось, из-за собственного эгоизма она даже забыла о том, что нападали на ее мать.

-Ты просто мамочкина марионетка. — Выплюнула Беллатриса с ненавистью. — Мамочкина марионетка. Красивая куколка, даже не пытающаяся сбежать с подставки. — Прибавила она уже с издевкой в голосе.

Этот тон произвел на нее должное действие и по трясущемуся лицу Нарциссы потекли слезы, которые она смахнула резким движением, словно влепив себе оплеуху.

-Она что писала тебе письма? Она говорила тебе, что уйдет из дома? — Ошарашенно спросила она.

Беллатриса обомлела, потому что явно не рассчитывала на подобный вопрос.

-Нет, не писала. — Отрицательно покачав головой она, инстинктивно, сделала шаг назад, а Цисси, видимо, подумав, что та собирается сбежать, начала наступать.

-Так, выходит, мама была права… — Ошалело прошептала Нарцисса, сквозь слезы. — Это ты подговорила ее сбежать. Это ты лишила нас сестры!

-Я? Ты вдруг мозгов лишилась, дорогая сестрица?! Ты хоть понимаешь, что говоришь или ты помешалась?

Вмиг у нее пропали из головы все слова, кроме агрессивных оскорблений и заклинаний, которые она могла бы запустить в сестру и присмирить ее порывы глупости.

-Да, понимаю. Понимаю!

Она испуганно зашагала назад, когда мельком заметила, что Белла рыскает в кармане своей мантии, с безумными от ненависти глазами. Казалось, что та была способна убить даже без оружия.

-Нет, Белла… погоди, зачем ты достаешь палочку?

-Ты чертова эгоистка. Ты чертова эгоистка, Нарцисса. Твой эгоизм настолько силен, что я знаю: будь бы ты Андромедой Блэк или же мной — ты бы умчалась из семьи так быстро, что пятки бы сверкали.

К последнему слову ее голос сорвался до слезливых интонаций и, скрывая эмоции, она взмахнула палочкой так, что ковер из-под ног ее сестры волнообразно выскочил, повалив ее на пол лицом. На ходу застегиваясь на все пуговицы, Белла с жутким грохотом захлопнула входную дверь.

-Беллатриса! Стой! Подожди!

Обернувшись возле самых ворот она заметила, как Нарцисса в одном легком платье, даже позабыв, что подобная глупость угрожает не только ее здоровью, бежала за ней. Довольно быстро запыхавшись, она упала в сугроб в то самое мгновение, когда Беллатриса трансгрессировала.

Белла уже не отличала дрожь от слез от морозного мандража из-за снега забившегося во все карманы ее мантии и в волосы. Мчась по тропинке к своему поместью, которая, кажется, никогда не закончится, она яростно думала, что больше всего на свете ненавидит не только свои одиночество и узколобость, а собственную семью. Эта простая истина так резко ударила ей в голову, что она глухо зарыдала. Прикрыв рот ладонью, она побрела вверх по лестнице и заперла дверь. В ее комнатенке было недружелюбно тепло и чисто, а за окном пугающе темно. Она сжалась в комок, закутавшись с головой в постель, заставляя свою голову усиленно думать об ерунде. И когда в ее комнату постучался пришедший с работы Родольфус она вместо приветствия спросила угрюмо:

-В нашем доме же есть книги про темные заклинания для начинающих?

Лестрейндж такого вопроса, конечно же, не ожидал (как и чего-то другого, отступающего от типичного графика) и обомлел. Сложив руки на груди он задумался.

-Смотря какого уровня темная магия тебя интересует…

-Меня? Самая жуткая, способная победить Дамблдора за мгновение. Мне нужно вспомнить пару моментов в теории. Завтра придет мой ученик. Его поручил обучать Темный Лорд. Мне нужно понять, с чего начать. У меня нет опыта в преподавании.

Доподлинно зная, что Родольфуса ответ без пояснений не устроит она нехотя поделилась своими планами с мужем. Тот же сказал не сразу, тяжело вздохнув.

-Я попрошу Кляксу, она принесет пару книг тебе в комнату. А что за ученик к тебе придет?

-Северус Снегг. — Ответила Белла таким тоном, словно этого человека знает каждый.

-Наверное, совсем молодой, раз я о нем не слышал. — Он прислонил голову к дверной раме, а Белла тихонько фыркнула. — У тебя что-то случилось, дорогая? Выглядишь неважно.