-Нет… Он бы иначе спас остальных. Если он наказывает меня… то остальные так не провинились перед ним…

«Откуда я знаю о его планах?! Откуда я могу знать о мыслях и действиях самого могущественного волшебника в мире?! Они могут и не быть здесь! Вот почему меня вернули из темноты. Потому что они сбежали — мрак не удержал их на пути к цели. В отличие от меня!»

-Нет… Нет… Это лишь…

«Я знаю, что на него не действует Авада Кедавра! Я пыталась убить его по его ее приказу! Чары отскочили…»

И она увидела вспышкой то Рождество. Когда она не смогла убить его и не смогла. Узнала его тайну. И была ужасно счастлива, что не смогла убить того, о чьей смерти мечтали все волшебники в мире, кроме нее.

«Много ли ты знаешь убивающих заклятий кроме этого? Не существует других убивающих чар! Значит все это ложь — его невозможно убить и не убили! Сейчас он где-то ждет помощи, и только я могу спасти его! Потому что знаю правду!»

За ее камерой кричала вся тюрьма. И их крики были криками почти такой же силы как отчаянный вопль в ее душе. А их в тюрьме, наверное, больше тысячи человек…

Тяжело вздыхая и выдыхая, она рвала кусочки ткани и перевязывала ими раны. В ее душе взрывалось что-то похоже на давно забытую решительность. Из глаз лились слезы от физической боли. Перед глазами плыло от слабости, и она уже было упала в обморок.

Дементоры вернулись на свои этажи и тюремные жители успокоились. Стало даже немного слышно то, как за решеткой поет ветер.

Мимо ее камеры плавал Дементор. Тот же что и до этого или другой — Белла этого не знала.

От его появления слабость в ней возросла. Дрожа всем телом, ощущая, как кровь из ее ран продолжает изливаться, она закрыла глаза, чтобы хотя бы уснуть.

Вдруг какая-то внутренняя сила, вырвалась из недр ее души и заставила ее открыть глаза. И хватаясь за стену, она впервые за очень долгое время встала на ноги и сделала один неуверенный шаг, не ползком, а ровно держа спину.

Ходить заново она училась не так долго, как она впервые этому обучалась в далекие первые года своей жизни.

Первый шаг по камере она сделала неуверенно и чуть не упала. Зацепившись за стену, она выровняла равновесие и продолжила путь.

Сделав будто по прогулочному садику несколько кругов вдоль стены своей камеры, она рухнула на пол от такого истощения сил, будто бы пробежала несколько километров.

И даже не накрывшись своим старым одеялом, она провалилась в мучительный сон, просыпаясь тысячу раз в ночи от холода.

========== Глава 19 ==========

-Назовите ваше имя! — требовательно прокричал кто-то из одинаковых для ее взора колдунов.

-Белла. — тихо сказала она.

-Полное имя, мадам. — Раздраженно повторил свой вопрос тот же мужчина.

-Беллатриса Друэлла Лестрейндж. — злобно пробурчала она, разглядывая колдуна.

Он отличался от остальных лишь отсутствием аккуратных усиков под губой, что Белла не могла не подметить. Склонившись над своими записями, волшебник заполнил графу в своем листке текстом.

-Дата рождения?

Она назвала и замолкла. За соседним столом тоже самое спросили ни у кого иного, как у Сириуса Блэка.

-Мой возраст не поможет вам отыскать меня, если я вдруг исчезну. — Язвительно проговорил Сириус, отмахиваясь от Дементоров, норовивших схватить его за цепь. — К тому же я не знаю.

Бородатый колдун, допрашивавший его, видно, в конец разозлился и побагровел как свекла.

-Во имя закона, вы обязаны отвечать без пререканий и шуточек на все мои вопросы! — прокричал он, стукнув кулаком по столу.

Замерли все присутствовавшие в зале и тот господин, который задавал Беллатрисе следующий вопрос, умолк на полуслове.

-Закона во всем этом, и тем более в действиях Магического Министерства, меньше всего. — Тихо проговорил в ответ Сириус. Хотя услышали все. А расспрашивавший его колдун и того побледнел от возмущения. — Но, впрочем,… Я отвечу на ваши вопросы.

Следующий вопрос колдун задал не сразу, а лишь только когда все отвернулись по своим делам.

Не видя необходимости в ответах на эти бесполезные вопросы, как и ее кузен Сириус, Белла все-таки отвечала. Спросили имена ее родителей, ближайших родственников, семейное положение, год заключения брака, имя мужа… сколько она работала в организации Волан-де-морта. Но количество лет и года она помнила ужасно, а точнее не помнила совсем.

-Вы врете мне, что не знаете сколько лет вы проработали на Того-кого-нельзя-назвать. — Проговорил сидевший за столом волшебник. — Я знаю, врете.

В ней проснулась почти позабытая злость на опороченную форму имени ее Милорда. Только цепи мешали ей броситься на колдуна и уничтожить его за нанесенные ее Повелителю оскорбления.

-Отчего вы называете его так? — вдруг спросил Сириус, получив точно такой же вопрос.

Все вновь оглянулись на него в явном ужасе, как на сорвавшегося с цепи цербера.

-Неужели вы боитесь его, в особенности, когда его давно нет? — с едва уловимой насмешкой в голосе спросил Сириус, когда волшебники из Министерства возмущенно раскрыли рты. — Волан-де-морта нет смысла бояться, а особенно когда тот мертв.

-Заткнись! — заорала Беллатриса в бешенстве. — Закрой свой рот, а ни то я…

-О, Беллатриса! — бодро проговорил Сириус, с мрачным лицом. — Я и забыл, что ты тут. Думал я, что ты покинула его, как и остальные твоего обожаемого Повелителя…

Тот явно получал несоизмеримое ни с чем удовольствие, издеваясь над Беллатрисой. В бешенстве ее колотило крупной дрожью. Как он мог быть способен на это в таком месте? Вырвавшись из гнилых лап дементоров, она кинулась на брата, пытаясь швырнуть в него собственные цепи как лассо. Попытка была весьма комичной.

-Протего!

Один из колдунов наслал на них чары, и их бросило в разные стороны. Выглядело это настолько же серьезно, как потасовка малолетних детей. Дементоры тут же схватили их, хотя Беллатриса чуть ли не душила темную фигуру, чтобы броситься и прикончить Сириуса.

-Это безобразие! — закричал Министерский колдун.

Беллатриса, тяжело дыша, бросила на брата взгляд полный испепеляющей ненависти. Тот же, в отличие от нее, был удивительно беспристрастен, и от этого она бесилась еще больше.

-Может запрятать их в карцер? — предложил один из волшебников в форменной мантии неуверенно.

От этого предложения все присутствовавшие в комнате побледнели, раздался перепуганный гул из разных голосов.

-Нет. — Отказал мужчина, который, по всей видимости, заведовал тюремными делам. — Министр не должен узнать, что тут творились беспорядки. Иначе нам вполовину сократят жалование.

Видимо, это было самое страшное, что только могло произойти в жизни чиновников из Министерства. Это вызвало в Беллиной голове воспоминания о счастливом прошлом собственного супруга. Она была уверена: тот работал настолько безукоризненно, что подобные санкции могли ему только в кошмарах сниться.

Изображая, что ничего не произошло (но, тем не менее, не отрывая ненавистного взгляда с подсудимых), маги продолжили опрос:

-Так, я спрашивал вас количество годов вашей службы на Сами-знаете-кого, но вы продолжаете мне врать, что ничего не знаете, когда на самом деле…

-Мне было семнадцать, когда он поставил мне черную метку. — Перебив колдуна, выкрикнула Беллатриса. — Сколько с того времени по сегодняшний день прошло лет ты и сам посчитать сможешь! Надеюсь, этого будет достаточно для твоей идиотской анкеты?!

Волшебник явно смутился, услышав столько агрессии в свой адрес. Закатив глаза, он в уме сосчитал количество лет и заполнил пустовавшую графу.

Сама Белла ощутила, как ее лицо горит румянцем и почему-то сожалела, что не соврала и рассказала правду. Хотя все-таки смогла успокоить себя, что они совершенно точно не поймут причину ее испуга. Какое им было бы до этого дело?

-Особые приметы. — Пробурчал колдун, смотря на Беллатрису косо. Но тут он осекся и начал быстро записывать. — Глупый вопрос… она у вас у всех одна — примета.