Наутро сестры прискакали в ее комнату, когда Белла еще мирно спала, обняв медведя с оторванной ногой. Достав из-под ее подушки книгу и Нарцисса начала зачитывать текст вслух.

Белла же решилась подойти и попросить мать вернуть мишке его ногу. Это была ее единственная и любимая игрушка, потому ради нее она была готова пойти на риск.

-Мама… ты можешь палочкой вернуть мишке ногу? Она оторвалась… а я не смогу ее пришить…

Друэлла сидела у камина, просматривая утренний выпуск газеты.

-И почему ты еще в пижаме? — рыкнула она.

Но, видимо, будучи в еще более или менее нормальном расположении духа, она, со свой самой что не на есть доброй улыбкой, взяла медведя и сказала вошедшему в комнату Кингусу Блэку:

-Сегодня Элфмен выпустила новую книгу. Начнется эта волна любви к магглам и нечестивым полукровкам!

С экспрессивной злостью она взмахнула палочкой и, получившаяся из воздуха лапка мишки, пришилась чуть ли не на пушистое пузо игрушке.

— …Иди, забирай свою игрушку. –сказала Друэлла Белле.

-Да, собственно, начнется эта волна, так и утихнет. Да и дураки нашли бы другой способ поднять волну негодования. Эта детская книжка — лишь вершина айсберга… — ответил Кингус.

Захлопнув дверь в комнату родителей, Белла через некоторое время вернулась к себе. На уже заправленной, чистой постельке шафранового цвета сидели ее сестры, прикрыв одеялом книгу читали вслух. Когда вошла Белла они задрали головы и улыбнулись.

-Садись скорее… пока тебя не было тут такое началось! — Сказала Нарцисса.

Белла, даже не задавая вопросов поняла, что и где началось, усевшись рядом она заглянула в книгу и пробежала глазами по паре строчек.

Читали они весь день, не отрываясь ни на что, кроме обеда. Даже когда Друэлла Блэк позвала девочек Нарциссу и Андромеду пойти с ней в Косой Переулок покушать мороженое, они спрятали книгу под подушку и вежливо отказались.

Брызги солнечного света просачивались сквозь занавески, радуга после дождя рассыпалась в прозрачном, теплом воздухе.

Сестры читали о том, как волшебница Энн подружилась с домовиками и узнала об их тяжелой судьбе в доме ее родителей. Белла, Цисси и Дромеда отправились в увлекательное путешествие вместе с ними, и добрались не только до самых больших чудес, но и до странного мира маглов.

-Оказывается почту у них доставляют люди, а не совы. — Сказала Нарцисса.

-Унижение для людей. — Бесцветно прокомментировала Белла.

Андромеда же не слушала даже их россказни.

-Хорошая книга. — Сказала она тихо.

-Да! Приключения такие! — сказала Нарцисса. — Теперь понятно, почему наша мама не дала нам это читать!

На Беллу «Энн и мир неизведанного» произвел очень странное впечатление, двоякое до такой степени, что даже если бы мысли были больше плохими, чем хорошими, она не смогла бы выкинуть историю из своей головы.

Сдвинув брови она слушала сестер, а позже все-таки смогла уговорить вернуть книгу на место.

-Неужели ты не хочешь прочитать? — изумилась Андромеда, вскинув брови.

-Ничуть, я уже переросла.

-Мама, а почему наш Альдмос такой злобный? — спросила за ужином спустя некоторое количество недель.

Друэлла не откладывая нож в сторону обернулась к младшей дочери.

-Что ты, Дромеда, разве он злой?

-Да, мама, бывают добрые домовые, а наш Альдмос все время ворчит и совсем не добрый.

Друэлла настороженно посмотрела на дочь, но сказала относительно добрым голосом:

-Не забивай глупостями голову. Какая разница добр ли Альдмос, он обязан тебе служить и будет это делать. И зло причинять он может всем, кроме нашей семьи, так и знай…

-Ведь с ним бы можно было дружить, не будь он злым…

-Дорогая Дромеда, дружить можно лишь с людьми, но никак не с домовиками, — Вмешался тут Кингус Блэк. — Ты можешь быть дружна со своими сестрами, со мной или своей мамой, но никак не с эльфом. Это как ты будешь дружить с шкафом или плитой, так и знай, это ненормально.

Андромеда опустила ручки на колени и отодвинула тарелку от себя:

-Можно я не буду доедать? — спросила она тихо.

Белла смертельно побледнела и почувствовала солидарность с сестрой в пропавшем желании кушать.

-С чего это? — Возмутилась Друэлла. — Ты должна все доесть, больше ничего не получишь! Никакого сладкого!

-Я и сладкого не хочу, мама. — Тихо сказала Дромеда.

-Это почему? — мягко спросил Кингус Блэк.

Однако Друэлла взмахнула палочкой и еда со всех тарелок исчезла, стол слегка покачнулся.

-Кажется, я должна повторить свой урок. — Обратилась она к дочерям.

Нарцисса выпятилась вперед, изображая внимание, Андромеда вытерла ладонью слезившиеся глаза, а Беллатриса осталась все такой же неподвижной.

-Домовые — низшие существа. Они еще ниже, чем даже грязнокровки, только потому что они подчинились, а грязнокровки еще пытаются перечить. Дружить с ними, а тем более рыдать и устраивать голодовки из-за отсутствие друзей среди этих существ глупо и бессмысленно, тем более когда это крайне унизительно для любого уважающего себя колдуна.

-Я уверен, Андромеда не придумала эту идею сама.

Резкое заявление Кингуса Блэка, как свет фонаря, резко появившийся во мраке, сбило всех, кроме Друэллы, с толку.

-…Ведь кроме Никвама и Сказок Бидля им читать что-либо пока не позволялось. А все наши знакомые точно таких идей не имеют.

Тут побледнела Друэлла, став похожей на восставшего из могилы агрессивного зомби.

-Элфман… — проговорила она тихо.

У Беллы помутнело перед глазами, как только она услышала эту фамилию. Хотя и слышала она ее впервые, угрозу Белла ощутила на инстинктивном уровне.

-Это же ты притащила эту книгу младшим сестрам?

Без имени, без толкового, доброго обращения Белла поняла, что никого иного тут не могут спросить об этом, кроме нее.

-Альдмос! Альдмос! Явись сюда сейчас же!

Приобретя оттенок свеклы и освирепев от молчания Беллы, от того, что домовик шел так долго, Друэлла откинула свой стул и вытащила его резким движением из-под Беллатрисы.

-Отведи Андромеду спать и ложись сама, Нарцисса.

Белла не смотрела на дверь, но даже в этом резком, пугающем хлопке она надеялась найти для себя отраду.

Ее било словно током, когда она упала рядом со столом.

Явился Альдмос, Друэлла задала ему пару коротких вопросов.

-Ты уничтожил ту проклятую книжку? Элфман? Я приказала тебе!

-Нет, госпожа… веками держится приказ: нельзя выкидывать ни одной книги из библиотеки. Я ее запрятал… запрятал ее.

Белле хотелось заползти под стол, обнять хоть его ножку, чтобы ощущать хоть какую-то безопасность. Она больно случайно треснулась лбом, а подняв глаза увидела, что ее отец Кингус Блэк едва следит за происходящим, наливая очередной бокал крепкого вина.

Альдмос даже не мог хрипеть от боли, когда Друэлла беспощадно лупила его о стену. И без взглядов на мать и домовика, Белла видела яркие шрамы на его лице, тяжелые переломы и знала, что ее ждут такие же.

Ее лицо обезобразят, а потом кинут в чулан давится своей кровью.

-Пошел прочь, и попробуй только не сжечь эту книжонку! Увижу в руках у кого-то из моих детей — убью и не пожалею!

Лежа на спине домовой трансгрессировал в свой чулан.

На короткое мгновение стало тихо.

-Иди сюда, паршивка!

Рывком она поймала ее как животное, хотя Белла и не пыталась сопротивляться:

-Не надо, пожалуйста, не надо… — лишь пискнула она.

Друэлла дернула так резко, что у Беллатрисы порвался рукав платья и в лохмотьях она стыдливо смотрела в глаза беспощадной матери.

-Ты не усвоила никакой урок? — рявкнула Друэлла.

Белла смотря на мать осознала, как она хочет утонуть в синем море, такого же цвета, как ее глаза и замолчать навсегда.

Ее взяли за руки, словно надеясь кружить в танце, но вместо этого потащили к бешено горящему камину.

-Руки к пламени! — Приказала Друэлла, держа дочь за шею. — Сейчас же! Руки в пламя, пусть останется одна лишь копоть от рук, которыми ты взяла проклятую книгу, расстроившую твоих невинных сестер!