За несколько минут она уничтожила ногти на своих пальцах, и, тяжело вздохнув, отвернулась к отсыревшей стене. Легла на пол, стараясь не обращать внимание на обжигающий холодок камня и прикрыла глаза.

Ей показалось, что в воздухе закружили, тут же тая в плесневелой воде, маленькие снежинки. Они стелились тонкой пудрой на ее замерзшее тело, тут же тая, исчезали в трещинах на каменном полу. Цеплялись за покрытую грязным льдом стену крепости, в темноту которой всматривалась Беллатриса.

Осторожно двигаясь, она доползла до противоположной стены, ухватившись за нее руками, потому что в этот самый момент пришедший назад Дементор поставил туда поднос с ужином. В кромешной темноте она чуть не пролила драгоценную жидкость из стакана. Поделив суховатый ломоть хлеба на несколько частей она умяла за обе щеки самую маленькую, а воду выпила без остатка. И как только ее скромная трапеза закончилась, так тут же исчезла и тюремная посуда.

Положив голову на собственное плечо, она попыталась дремать, зная что без сна очень скоро лишится сил.

Как долго она умоляла Дементора уплыть от нее подальше! Он исчез же только тогда, когда она сполна получила от него мучительную награду для своей души и только тогда. Когда она стала бояться исполнять свою естественную потребность во сне. Когда самая удобная из неудобных поз стала для нее табу.

Сон почти сморил ее, как только она начала смотреть долго и упорно в одну и ту же точку даже в крайне неудобном положении. Ударив себя по щеке, Беллатриса широко открыла глаза и тяжело вздыхая, перевела взгляд на противоположную стену, где крепились сковывавшие ее движения цепи. Звенья цепи, которые вынуждены, находится всегда вместе, не давая свободы тому, кого они держат на одном месте. Не имеют свободы сами и не дают ее вдохнуть хоть на мгновение другим.

Кто-то три раза очень тихо постучал в стену.

Беллатриса встрепенулась, вскочив на ноги столь неосторожно, что чуть не шлепнулась в лужу. Озираясь по сторонам она не заметила ничего подозрительного, а сердце ее от этих звуков забилось где-то в горле.

Стук вновь повторился, три раза ровно. Беллатриса выпрямилась, пытаясь как чувствительная антенна определить, оттуда исходит сигнал, что довольно быстро ей удалось.

Стук раздавался с противоположной стены, где по логике мог находится другой заключенный.

Белла сделала пару неуверенных шагов и поднесла к стенке сжатый кулак, не решаясь ударить в ответ. Настойчивый ее сосед очередной порцией стуков призывал не стесняться. И опять три раза.

Совершенно не понимая тайного смысла этих сигналов, но уверенная, что за это ей вряд ли что-то будет она решилась ответить негромким ударом, тут же вернувшись в исходную позицию. Стена молчала и Беллатриса подумала, что ей показалось это с бессонницы, которую она сама себе насильно навязывала.

Но тут стук раздался вновь, и ей даже показалось, что он стал громче, чем до этого.

В ответ она тоже стукнула в стену пару раз, ощущая, что забывает о сне, как ей и хотелось.

Через несколько минут в ответ ей раздался короткий стук.

Она успокоилась и только закрыла глаза, надеясь не замерзнуть, от начавшегося дождя, который промочил ее своими косыми нитями.

Стучавший ей в стену, видимо, тоже думал о дожде и, закрывшись в свою мантию, стал стучать все реже, пока не заснул. Как и Белла.

****

Беллатриса не могла дышать, ей было невыносимо трудно вдыхать и выдыхать холодный воздух тюрьмы. Хриплое дыхание вырывалось из ее груди каждую секунду с усиливавшейся суровой болью.

-Рабастан Лестрейндж?

-Ожидает вашего приговора, сэр.

-Джеймс Яксли?

-Оправдан по решению суда, сэр.

-Грегори Гойл-старший?

Ей хотелось закрыть глаза и задохнуться в облегчившем ее боль хоть немного кашле, но она не могла, не могла оторвать глаз от тех, кто называл имена Пожирателей Смерти, которых связывали меж собой не только звеньями ржавой цепи.

-Сириус Блэк? — сухо спросил все тот же волшебник, с тем же пустым взглядом смотря на пергамент.

-Ожидает вашего приговора, сэр. — Проговорил другой колдун, в такой же мантии Министерства Магии.

Колдун с пергаментом поставил какой-то знак рядом с именем и фамилией ее двоюродного брата и взмахнул палочкой.

-Уолден Макнейр?

-Оправдан и направлен на службу палачом Министерства Магии. — Колдун, взяв руку за руку, выпрямился на своем стуле.

Отмечавший в своем списке разных волшебников маг, не стал на этот раз писать что-либо своим пером. Махнув палочкой, он магией вырезал из пергамента ненужную в списке фамилию.

-Беллатриса Лестрейндж?

Она даже почти поверила в то, что пауза, которая застряла в ее ушах, звучит лишь из-за того, что они сами удивлены, что прочитали ее имя в списке обвиняемых.

-Она… — пробормотал колдун удивленно и, откашлявшись, прибавил. — Ожидает вашего приговора сэр.

Колдун, зачитывавший вслух имена, недовольно вздохнул, когда перо в его руке сломалось. Он взял в руку новое и отметил им что-то в списке.

-Люциус Малфой?

Беллатриса вздрогнула на месте, озираясь на всех тех, кто присутствовал с ней в этой комнате. Как и ожидалось, фраза колдуна показала, что ее действия были бесполезны.

-Оправдан Министерством Магии, предъявившим ему ложные обвинения.

Белла округлила глаза, ощущая, как ее собственная ненависть избивала ее душу.

-Северус Снегг?

В черных глазах волшебника из Министерства она увидела какую-то непонятную ей эмоцию, застывшую на то мгновение, когда последний звук имени Снегга слетел с его губ. От одного только звука имени этого человека ее скривило от злости.

-Оправдан Министерством Магии при поддержке Альбуса Дамбдора.

Ее коленки подкосились от ужаса и от полного непонимания. Непонимания вовсе ни того, что произошло, а того, каким образом Снегг был спасен от Азкабана.

-Оправдан? — полушепотом прохрипела она.

Колдун взмахом палочки убрал списки с бумагами в чемодан и вместе со своим коллегой поднялся со стула.

-Проводите их в свои камеры. — Приказал чиновник Министерства. — Скорее, собирайся, нам пора домой.

Дементоры выплыли из-за соседней решетки, подошли к каждому из заключенных, накинув черные мешки на их головы. Ведь им тоже пора в клетки, ставшие им домом насильно.

Дышать в этом мешке было еще тяжелее и Белла, задыхаясь, держась за утаскивавшую ее цепь, поплелась в неизвестном ей направлении.

«Дамблдор выручил Снегга… Злейший враг, злейший враг Милорда… Снегга спас человек, который во многом виноват во всем этом…»

Их вели куда-то вверх по ступеням. По ощущениям они были ровнее, чем те ступени, по которым им уже приходилось ходить, вслепую исследуя этот тюремный мир, проваливаясь глубже, то взбираясь на самые вершины этой крепости. Значит, ей не приходилось тут бывать.

Наверное, из-за близости Дементора, галантно придерживающего ее цепь, Белла все четче и четче стала разглядывать в своем сознании знакомую комнату по полу, которой были раскиданы книги:

-Он может шпионить мой Повелитель… шпионить, так что вы об этом даже не узнаете…

-Ты веришь в эту бессмыслицу? Ты веришь в то, что он может обдурить меня — самого сильного в мире волшебника?

Пронизывающий взгляд, обладай бы он магической силой, точно превратил бы ее в пыль. Интонации голоса, которые с каждой секундой, вместе с ее собственным неуверенным лепетанием перечеркивали все.

Впервые в своем мешке она увидела что-то другое, кроме темноты. Сверкнула молния, такая сильная молния, что ей показалось на мгновение, будто она распополамила каменный пол и ступени, по которым они взбирались вверх. Зная о том, что не идет первая в цепочке заключенных, Белла споткнулась вовсе не о впереди шедшего, а собственные ноги, которые чуть не провалились в ту трещину, в дыру, которая ей показалась пропастью.

Беллатриса догадалась, что по своей неосторожности чуть было не начала душить кого-то из заключенных. Белла почувствовала, как кто-то шедший сзади хватается за ее одежду, хрипя, значит несчастный плелся позади.