Наконец, я толкнула дверь и вышла в коридор. Вокруг стояла тишина. Я повернула на кухню, собираясь победить кофемашину чего бы мне это ни стоило. Пройдя мимо большого кухонного острова, я заметила поднос, содержимое которого скрывал большой металлический купол. Я выпила еще воды, раздумывая, мне ли предназначалось то, что под ним находилось. Приподняв купол, я обнаружила две тарелки с огромными бортами. Суп и паста.
В животе заурчало. Золотистый бульон, поблескивая, гипнотизировал. Надеюсь, еда была для меня, потому что, несомненно, я собиралась ее съесть. Выбрал ли он бульон в силу того, что этим утром мне было плохо? Внезапно на меня снизошло озарение. Неро Неве был одним из тех мужчин, которого вы ни за что не хотели бы полюбить. И одновременно с этим, он был одним из таких мужчин, за любовь которого отдали бы половину себя. Большую половину.
Пододвинув поднос к себе, я взяла ложку и попробовала суп, тот был еще горячим. Думаю, в ванной я услышала шум лифта, спровоцированный тем, кто принес для меня еду. Я съела все до последней крошки. Вымыла посуду и вернулась в свою комнату, там заправила постель, чтобы уберечь себя от соблазна снова опустить голову на подушку. Скоро Неро вернется и разговор со мной у него будет коротким…
Расчесав мокрые волосы, я не смогла найти косметичку, которую вчера перед уходом оставила на кровати. Открыла шкаф и замерла. Там была вся моя одежда. Как новая, так и старая. Джинсы, свитер, кроссовки, туфли, черная и белая майки, пиджак, юбка и колготки. Косметичка тоже была тут. И как эта невидимая фея вычисляет моменты, когда может появиться, сделать все дела и остаться незамеченной? Хотя я все время сплю, что тут вычислять. Вернувшись в ванну, я забрала бумажный пакет с запасным бельем и поместила его в шкаф. Глупо, но теперь, когда у меня был мой шкаф с моими вещами, я почувствовала себя надежнее и увереннее.
Одевшись и замазав синяки под глазами, я вышла в гостиную. Интересно, пара часов в понимании Неро – это сколько? Если ровно два, то они уже истекли. Я присела на диван, ожидая его. Но он не приходил. Тогда я прилегла, свернувшись калачиком, и не заметила, как снова заснула…
Когда открыла глаза, отметила, что свет в комнате изменился, стало темнее. Щека прилипла к кожаной поверхности дивана. Шея затекла.
– Ты сегодня планируешь принять вертикальное положение? – лежа на диване, я умудрилась подпрыгнуть и схватилась за сердце.
Он сидел в кресле напротив меня.
– Который час? – мой голос звучал хрипло.
Он даже не взглянул на часы.
– Половина пятого.
– Хорошо, – я села, прогоняя сонливость. – Я готова ехать. Дай мне три минуты, – за это время я успела почистить зубы и надеть кроссовки.
Когда вернулась, он поднялся и вызвал лифт. Перспектива делать покупки вместе пугала. Лифт заскользил вниз. На полу я заметила одну прозрачную пуговицу… и вспомнила, как она там оказалась. И что было дальше. Я помнила все.
– Ради всего святого, прекрати! – он резко повернул голову в мою сторону.
– Прекратить что? – я широко распахнула глаза. Неро не ответил.
Зарождающаяся шизофрения начала прогрессировать. И это была геометрическая прогрессия. Он читал мои мысли? Сердце забилось чаще. В голове замелькали воспоминания. То, как он сделал шаг вперед там, в переулке, когда я подумала, что лужа крови вот-вот лизнет его ботинки. Его колкости о кольце, которое должно было стать обручальным, о женихе. Вчера он повел меня за стол тогда, когда я подумала, что свалюсь в голодный обморок.
Я что, сошла с ума?
Тогда я решила проверить свою безумную теорию. И четко, с выражением у себя в голове проговорила: «Ты самый отпетый мерзавец, каких я только встречала». Посмотрев на него искоса, вынуждена была отметить, что реакция отсутствовала. Нахмурив брови, я предприняла еще одну попытку: «Лучше мне умереть, чем переспать с тобой вновь, настолько это было плохо». Его лицо оставалось бесстрастным.
Тем временем, мы приехали. Три человека в черных костюмах повернули головы в нашу сторону, они были рассредоточены по парковке. Одного из них я узнала, утром он доставлял мне посылку. Странно, в прошлые разы здесь не было никого, кроме мужчины, что угощал меня сигаретами. Неро покинул лифт и направился к автомобилям. Конечно, садясь в тот, на номерном знаке которого значилось: «Воскресенье». Это был кроссовер – светлый салон, сиденья из бежевой кожи.
– Почему ты не отпустил меня одну? – я захлопнула дверцу.
– Я потратил на тебя слишком много ресурсов, поэтому теперь было бы расточительно рисковать твоей безопасностью.
– Я могла бы поехать с твоей охраной.
Он завел двигатель и повернулся ко мне.
– Настолько претит моя компания?
– Что ты, настолько приятного компаньона у меня еще никогда не было. Ну и наверное, уже не будет.
– Я польщен, – мерзавец криво улыбнулся. Если бы я осознавала, что тоже улыбаюсь, пнула бы себя изо всех сил.
Мы лавировали в потоке машин, накрапывал дождь, небо было тяжелым и серым. Неро принадлежал к тому типу водителей, которых я на дух не переносила: постоянно шел на обгон, перестраиваясь из ряда в ряд. Наконец, припарковав автомобиль, он заглушил мотор и вышел. Я взяла с него пример, выбралась наружу и аккуратно закрыла за собой дверь.
Здание торгового центра, в котором я никогда не бывала, имело округлую форму и внушительные размеры. Мы прошли сквозь вращающиеся двери. Мерзавец уверенно двинулся прямо, и мне не оставалось ничего другого, кроме как покорно последовать за ним. Кто тут, черт побери, собирался делать покупки?
Нагнав его, я задала вопрос, который меня волновал:
– Почему мы просто не выбрали вещи по интернету с доставкой?
Он приподнял брови:
– Разве женщины не получают от реального шопинга больше удовольствия?
Настала моя очередь удивляться:
– С каких это пор тебя волнует женское удовольствие?
Неро послал мне долгий взгляд.
– Есть претензии? Мне показалось, что тебе все понравилось, – щеки моментально вспыхнули. Претензий у меня не было.
Мы прошли мимо десятка разнообразных витрин, демократичные марки одежды здесь либо отсутствовали, либо были представлены на других этажах. Неро остановился у входа в магазин с итальянским названием. Конечно.
Перед нами открылись автоматические двери из темного непрозрачного стекла. Внутри было уютно и отдавало стариной: деревянный пол, застланный как будто выцветшими коврами, зеркала в полной рост, закованные в массивные замысловатые рамы, разномастные глубокие кресла с высокими потертыми спинками. Народу мало, всего пара-тройка человек. Персонал, которого было в разы больше покупателей, в униформе – белые рубашки с широкими рукавами и черные сарафаны. Все, как на подбор, платиновые блондинки.
– Добрый вечер, мистер Неве, – одна из блондинок приветливо нам улыбнулась. – Чем могу помочь? – он качнул головой в мою сторону, а сам прошел вглубь и опустился в кресло.
Я растерянно смотрела по сторонам, хотелось уйти. Мерзавец, в очередной раз проявив подозрительную проницательность, повысил голос и проинструктировал:
– Выбери как можно больше, в ближайшее время я не планирую снова тратить на это время. И возьми несколько комплектов для официальных выходов. – Тратить время? Можно подумать, его кто-то просил.
– Что конкретно вам нужно подобрать? – блондинка ободряюще улыбнулась. Я двигалась вдоль вешалок, рассеянно перебирая одежду, большинство вещей вызывало во мне симпатию, но атмосфера как-то не располагала к улетному шопингу: спиной я ощущала недобрый буравящий взгляд.
– Мне нужно все, мой гардероб… сгорел, – признала я, вздыхая. Ее глаза в ответ на мои слова просияли. И тогда я поняла, что от моих покупок она получит больше удовольствия, чем я сама.
Спустя полчаса примерочная была завалена вещами, я осторожно зашла внутрь и задернула штору. Боже, да на это уйдет целый час или два, не меньше. Выглянув наружу, я проверила, как там мой спонсор – он раздраженно листал толстый журнал, едва не выдирая страницы. Мне следовало поторопиться, и я приняла решение померить только одну пару джинсов и один свитер, чтобы убедиться, что размерная сетка бренда мне подходит. Не успела я застегнуть молнию на джинсах, как встретилась с его взглядом в зеркале.