Может, природе лучше знать, кого нам следует любить? Может, тело сразу чувствует, с кем хочет быть?
Неро отстранился, сел поодаль, прислонив спину к внутренней стене лифта. Его бледная, лишенная волос грудь размеренно опускалась и поднималась. Лифт вновь попытался закрыться, но я придержала створку рукой, не позволяя отобрать его у меня. С закрытыми глазами он по очереди расстегнул обе запонки и, не глядя, зашвырнул их в квартиру. Снял рубашку и, тоже не глядя, кинул в меня. Я села и непослушными руками натянула ее на себя. Она пахла, как он. Мерзавец подтянул к себе ногу, не развязывая шнурков, стянул ботинок, тот глухо ударился об пол и завалился на бок. Та же участь ожидала и второй ботинок. Он разбросал обувь на полу лифта и, обойдя меня, зашел в квартиру.
Я чувствовала себя бесконечно уставшей. Отдавшей все, что могла. Со времен студенчества мне была знакома логическая цепочка «вечеринка, алкоголь, секс, крепкий сон», и я планировала поработать над ее последней частью. Ближайшие десять часов. С трудом поднявшись, я с сожалением взглянула на свое теперь уже непригодное для эксплуатации белье. Опять осталась без трусов…
Пошатываясь и не в силах подавить зевоту, я отправилась в спальню. Мерзавца поблизости не было. Как и его кошки. Возможно, они выясняют отношения, ну а мне срочно нужен тайм-аут. Заснула я прежде, чем рухнула в постель – еще в полете.
Ранним утром, солнце еще не встало, меня разбудил грохот. Шум не повторился. Может быть, приснилось? Приподняв голову, я посмотрела в сторону двери, которую вчера не закрыла, и со стоном уронила свою самую интеллектуальную, но явно не этим утром, часть обратно на подушку. Голова раскалывалась. Собравшись с духом, я сдвинула свое тело вбок и выдернула из-под него покрывало, а укрывшись, снова провалилась в сон.
Не знаю, отчего проснулась во второй раз. Точно не потому что выспалась – мне все еще отчаянно хотелось держать свои глаза закрытыми. Но я, щурясь, приоткрыла один глаз. Комнату заливал полуденный яркий свет, и все, что я смогла рассмотреть, – его силуэт, возвышающийся надо мной. Я так и смотрела на него одним глазом, ожидая объяснений, но он молчал.
– Что? – прохрипела я, когда его молчаливое внимание стало просто невыносимо. На нем были темные брюки и белая рубашка. Уходит? Или уже пришел?
– Поднимайся.
– Нет, я хочу спать.
– Я, кажется, не говорил, что мы будем делать то, чего хочешь ты.
– Взаимно, – сейчас я старалась избегать длинных предложений, а под длинными я подразумеваю те, что превышают два слова.
Он ничего не ответил. Одним движением сорвал с меня плотное покрывало. Я попыталась залезть под одеяло, но он отнял и его тоже.
– За что? – я взмолилась, накрывая голову подушкой.
– Вставай. Сейчас, – тоном его голоса можно было морозить заготовки на зиму. Крепко зажмурив глаза, я попыталась смириться с тем, что подчиниться, по-видимому, придется. – Почему ты без трусов?
Теперь я окончательно проснулась.
– Потому что ты порвал мои единственные трусы, – я протянула руку, и он вернул мне одеяло. Прикрывшись, я села на кровати. Голова тут же отозвалась тупой болью.
– Как раз этим мы и должны были заняться, – я ни черта не соображала, он это заметил и пояснил: – Купить тебе одежду.
– Вообще-то, у меня есть одежда, ее нужно только забрать. Я могла бы съездить домой и как раз дать о себе знать отцу, друзьям…
– Никаких контактов до тех пор, пока я не проверю всех.
– Что? Зачем?
– Такие правила. Я не могу постоянно их нарушать из-за тебя.
– Как долго?
– Пару дней, – я вздохнула. Надеюсь, моему терпеливому папе, перенесшему невообразимое количество выходок жены и дочери, достанет еще немного терпения. – Собирайся, поехали. Сегодня воскресенье, потом у меня не будет времени заниматься тобой.
– Потом я смогу съездить сама.
– Химена, – по выражению его лица было понятно, что он теряет последние крупицы терпения. – Поехали.
– Пожалуйста, Неро! – я заканючила как трехлетка. – У меня болит голова. Я не могу двигаться, дай мне хотя бы пару часов.
– Если не умеешь, не пей, – проговорил он медленно. – Я дам тебе пару часов, но, когда вернусь, разговор с тобой у меня будет короткий.
Я вздохнула с облегчением, он развернулся, чтобы выйти из комнаты.
– Неро? – мерзавец остановился, но не обернулся. – Я была бы тебе очень признательна, если бы ты…
– Быстрее.
– Мне нужны трусы. Не хотелось бы выходить из дома без них, – несколько молчаливых секунд спустя, он сунул руку в карман и достал телефон.
– Мне нужны женские трусы, – бесстрастно проговорил Неро в трубку. – Именно это я имею в виду, – продолжил он, а чуть позже добавил, теряя терпение: – Как можно быстрее, – дальше слушать собеседника не стал, сбросил вызов и вышел из комнаты.
Я вернула тело в горизонтальное положение, наслаждаясь безболезненной тишиной. Спустя пару минут в коридоре послышались шаги, потом сработал лифт. Неро уехал. Я закрыла глаза, сосредотачиваясь на своих ощущениях: если не двигаться, голова почти не болит.
В следующий раз меня разбудил стук в дверь. Бесшумно выругавшись, я открыла глаза. Дверь комнаты была приоткрыта, я частично видела мужчину в классическом костюме. Это был не Неро, и я запоздало испугалась.
Человек в черном еще раз постучал. Я села.
– Да?
– Я могу войти?
– А зачем?
– Вы Химена, – он не спрашивал, констатировал факт. – Мистер Неве велел доставить вам… посылку, – к щекам прилила кровь.
– Да, конечно, вы можете зайти, – он открыл дверь шире, подошел к кровати и протянул мне бумажный пакет. Его фигура была массивной, рукава пиджака плотно облегали плечи. Светлые коротко стриженые волосы, невыразительные карие глаза. – Спасибо, – мужчина кивнул и ретировался.
Я подождала, пока лифт увезет его вниз и медленно встала с кровати. Только теперь я заметила на тумбочке полный стакан воды с запотевшими стенками – должно быть, там был лед, который уже растаял. Заботливый мерзавец? Я вспомнила, что лифт увез его вниз, когда я была еще в сознании. Фея чистоты? Наверное, она и правда умеет летать. Залпом опустошив стакан, я поплелась в ванную. Я думала о том, что происходит вокруг меня и к чему все это приведет, позволяя прохладной воде заливать лицо и волосы.
Похоже, Неро не собирался прекращать со мной возиться, он за меня поручился и даже собирался обеспечить одеждой. Тем не менее, мерзавец был крайне нестабильным, я понятия не имела, что он выкинет в следующий момент. Фокус с платьем, о котором я еще планировала поднять разговор. Секс, о котором я не планировала говорить. Что между нами происходит? До каких пор мы будем притворяться влюбленными? А когда он действительно кого-то полюбит, что будет со мной? Что делают со своими бывшими члены организованной преступности?
Воображение с извращенной маниакальностью принялось за воспроизведение всех возможных вариантов. Несчастный случай? Может, они упекают экс-подружек в психбольницы? Чтобы все, о чем они будут говорить, воспринималось окружающими как бред сумасшедшего. Или расстаются по-хорошему? А своим необращением в полицию я уже стала соучастницей? Круговая порука? Когда-то давно я прочитала все части «Крестного отца»[26] и сейчас силилась припомнить сюжет, но никаких ответов не находила.
Я повернула кран, отжала мокрые волосы и обернулась полотенцем. Послышался гул работающего лифта. Кто бы это ни был, я буду чувствовать себя лучше, если встречусь с ним лицом к лицу в трусах. Открыв бумажный пакет, я обнаружила в нем белье двух цветов – черное и белое – в нескольких размерах. Выбрав черное, я накинула рубашку мерзавца обратно и застегнула две верхние пуговицы – они были единственными, что сохранились, остальные, наверное, всю ночь пролежали на полу в лифте.
Когда я собиралась выйти из ванны, на руках выступили мурашки. Я прислушалась к тишине, сжимая дверную ручку. Возможно, это вернулся Неро. Или его люди принесли мне что-нибудь еще. Или Маттео решил воспользоваться отсутствием своего брата и пристрелить меня, потому что, очевидно, выбор мерзавца он не одобрял. Лифт больше не подавал признаков жизни. Потом я вспомнила, что Неро не доверил код от лифта своему брату. Вообще-то, он говорил, что код не знает никто, кроме меня, однако, сегодня утром это не помешало его человеку доставить мне трусы.