— Все? — Ворюга скрестил руки на груди. — Ты мне все сказал?
— Достаточно.
— А вот теперь, братец, слушай меня, — енот в шляпе стал серьезным и очень резким. — Я расторгаю наш с тобой договор. Никаким твоим рабом я не буду ни две недели, ни день, ни одну минуту, хоть режь и бей меня. Это раз. Два — вот только попробуй тронуть Кэтти-Блэк хоть одним пальцем. Только попробуй. Только попытайся ее обидеть или оскорбить — я тебя просто урою. В землю живьем закопаю, предварительно избив тебя, как боксер грушу. Не лезь в наши с ней отношения. Тебя они не касаются. Если тебя это коробит — проходи мимо и не трепи нервы ни себе, ни мне, ни этой девушке. Понял? — Шифти схватил брата на воротник пижамы и приблизил к себе. — Я спрашиваю, ты меня понял?!
— Понял, понял я, — слегка струхнув, ответил Лифти.
— Вот и отлично. Все. Спокойной ночи.
Ворюга, доев батончик и допив газировку, вышел вон из кухни, оставив Хитрюгу одного наедине со своими мыслями. Младший же близнец остался стоять. Он в буквальном смысле опешил от произошедшего. Еще ни разу его брат так не менялся. И это не нравилось еноту без шляпы. Конечно, он и сам иногда мечтал о девушке, но никогда не увлекался подобными мыслями. С Шифти же был совсем другой случай. Лифти очень обидело заявление старшего брата и его угроза, если тот что-нибудь сделает с кошкой. «Это она во всем виновата, — подумал он. — Как только она появилась, так у нас с братом все отношения полетели в пух и прах! Ненавижу ее! Ведьма она, шельма, зараза, которую нужно сжечь!». И вот в этот момент в его голове родился план. Он ухмыльнулся, потер руки и прошептал:
— Хе, ну мы еще посмотрим, кто кого.
- Восьмое сентября две тысячи девятого года. Три трупа, один свидетель смерти. Начинаю перепись погибших.
- Первая жертва: Петуния. Умерла от удара мощного электрического тока. Причиной возникновения этого тока является попадание фена в ванну, доверху наполненной водой.
- Вторая жертва: Хэнди. Погиб по причине черепно-мозговой травмы. Упал на стройке с очень большой высоты, примерно с десяти метров. Косвенный виновник смерти: Лампи.
- Третья жертва: Мол. Умер от падения в открытый канализационный люк. Вообще, он погиб не сразу. Он очень удачно приземлился на ноги, но потом случилась утечка ядовитого газа, которая вызвала обильное кровоизлияние у слепца.
- Свидетель смерти: Лампи. Видел смерть Хэнди и, можно сказать, является косвенным виновником смерти последнего. Энцефалограмма показала «прорыв воспоминаний», вызванный шоком и сильным испугом.
- Заканчиваю перепись. Приступаю к операции, зачистке и коррекции.
====== Глава 19. Роза, враги и защитник ======
На следующий день Сниффлс выписал Кэтти-Блэк из больницы. Во-первых, он оценил ее состояние организма как удовлетворительное. Правда, он советовал еще полежать два-три дня, чтобы полностью реабилитироваться. Во-вторых, кошка сама попросила выпустить ее из больницы. Нельзя сказать, чтобы она совсем не хотела больше здесь оставаться, просто что-то тянуло ее из этого здания. Может быть, это самое непонятное чувство, которое она испытала вчера. Во всяком случае, она не могла этого точно знать. Лишь полагала, что ее и Шифти связывают довольно теплые отношения, вровень с теми, что связывали ее с Билли-Догом. Даже, пожалуй, более сильные.
— Ты уверена, что ты сможешь продержаться? — на всякий случай спросил ее Ботаник перед тем как выписать. — Смотри, ты, конечно, вполне здорова, но я бы тебя здесь еще подержал. Потому что тот случай с наркозом меня немного настораживает. Ты от преждевременной выписки можешь опять начать видеть галлюцинации.
— Я уверена. Выписывай. Я просто не хочу здесь больше оставаться.
— Ну как хочешь.
Так вот, выписавшись из больницы, Кэтти-Блэк, не говоря ничего никому, даже стараясь не попадаться никому на глаза, быстро поехала в общежитие. Ее что-то сильно беспокоило по пути домой. С каждым убывающим метром она волновалась все больше и больше. Это постепенно перешло в головные боли. А потом кошку стали мучить сильные мигрени и боли во всем теле. Пару раз из-за этого ей приходилось останавливаться и делать вынужденные передышки. В конце концов, где-то через час она добралась до своего номера.
Войдя внутрь, девушка поняла, что зря волновалась. Все было на своих местах, ничего не менялось. Похоже, Шифти каким-то образом уговорил своего брата пока не трогать ни мотоцикл, ни квартирку кошки. Или же Ворюга просто не напоминал Хитрюге о существовании такого объекта ограбления. Облегченно вздохнув, девушка прошла к себе в спальню. И там тоже все было на своих местах. Даже черно-зеленая роза, которая, как ни странно, не завяла, хотя вода в маленькой вазочке уже позеленела. Но как раз из-за этого в комнате было неимоверно душно и сильно пахло розой. От такого резкого запаха у бедной кошки снова закружилась голова. Она моментально перебежала на кухню, где воздух был чище и свежее. Отдышавшись там, Кэтти села за стол и задумчиво посмотрела в окно.
Там был довольно тихий и спокойный, если не идиллический пейзаж. Листья на деревьях пожелтели еще сильнее, образуя довольно замысловатый «плед», состоявший из красного, оранжевого, желтого и зеленого цветов. Где-то там, вдалеке, пели маленькие птички. Трели были звонкие, мелодичные, но очень печальные, словно пернатые соседи глубоко сожалели о том, что лето кончилось. На небе начали потихоньку собираться тучи, вот-вот должен был пойти дождь. Редкие машины мелькали около домов, в том числе недалеко от общежития. Все было тихо и спокойно, ничто, как говорится, не предвещало беды.
Кэтти-Блэк вздохнула. Ей в принципе этот пейзаж навевал какие-то странные, по большей части печальные чувства. И что самое удивительное: чуть ранее, ну, два-три дня назад кошка бы не удивилась этим чувствам, даже с удовольствием предалась бы им. Но сейчас они ей были в тягость, они постоянно тянули ее куда-то вниз, вглубь души. Цепочка с кулоном, висевшая на шее, начала давить ей на эту самую шею. Девушке стало очень тяжело дышать, она открыла окно и почти наполовину высунулась наружу. Но тут же увидев, на какой высоте она находится, она быстро залезла обратно, но окно таки не закрыла.
Кэтти почувствовала себя очень дурно. Она не понимала причину этого состояния. Голова раскалывалась и кружилась, перед глазами уже начало все плыть, в нос снова ударил запах этой несчастной розы. Кошка села вновь за стол, схватилась обеими руками за голову и стала раскачиваться из стороны в сторону, пытаясь прийти в себя. Но мигрень не отступала. Страдальчески простонав, девушка встала и тяжелой походкой направилась к себе в комнату. Поскольку запах розы уже и без того беспокоил ее, то при входе в спальню он не усилился. Следовало бы открыть окно, но кошка этого не сделала. Слишком тяжело ей сейчас было ходить и вообще что-либо делать. Ее клонило ко сну неумолимо.
В конце концов, она без сил бухнулась в постель, даже не устраиваясь поудобнее — просто легла и уснула мертвецким сном.
Она открыла глаза. То, на чем она лежала, было холодным, жестким и немного скользким. Поскольку девушка лежала на животе, ее обзор был более чем невелик, и она не могла оценить обстановку и место, в которое она попала. С трудом поднявшись, Кэтти-Блэк села и осмотрелась. Но ничего толком она не увидела. Только гладкий и почему-то металлический пол. Вокруг — пустота. И лишь резкий запах розы наполнял эту пустоту. Кошка глубоко вдохнула, и голова у нее снова пошла кругом. Ей все меньше нравился этот запах, но деваться было некуда. Встав, она пошла неуверенным шагом в неизвестном ей направлении. Она надеялась куда-нибудь да прийти таким образом.
Шла она долго. Много раз она делала себе передышки, поскольку она чувствовала слабость, да и запах розы не давал ей покоя. Но ничего вокруг не менялось. С таким же успехом девушка могла и просто сидеть на своем первоначальном месте, ожидая каких-либо действий со стороны. Это немного пугало кошку. Она, бывало, ускоряла свой шаг, но потом она снова возвращалась к прежнему вялому темпу. В конце концов, она сдалась и бросила всякие попытки найти хоть какой-нибудь ориентир в этой пустоте. Она села, обхватила руками колени, да так и замерла в этой позе.