– Ваше Величество.

Боковым зрением Роуз видела размытый образ Петра: тот сидел не шелохнувшись.

– Ну, же, – королева поднялась и подошла ближе. – Не стесняйся. Я осмотрела ваше гнездышко – вы спали в одной кровати. Отчего вдруг такая робость?

– Мы не были любовниками, Ваше Величество. Только брат и сестра, как в детстве.

– Тем более. Разве ты не соскучилась по брату? – Лолибон больно схватила Роуз за предплечье и силой усадила на колени Петра. Он застонал.

Роуз замерла.

Его горячее дыхание шевелило ее прядь волос, выбившуюся из–под тюрбана. Что–то тяжелой каплей упало на открытый участок шеи. Роуз оглянулась на Петра и увидела тонкую струйку крови, что вытекала из прокушенной губы.

– Ему плохо! – не удержав возглас, Роуз соскочила с колен. Петр вдруг наклонился вперед и уперся потным лбом ей в руку. Только сейчас принцесса заметила, что он прикован к скамейке.

Забыв о наставлениях Фаруха, она присела у ног Петра, обхватила ладонями его лицо и заглянула в глаза. В них отражалась тоска.

– Что с тобой, Петрик?

– Уберите ее, – сквозь зубы проговорил граф.

Роуз отшатнулась и, не удержав равновесие, села на траву. Она не ожидала проявления такой жгучей ненависти.

– Может, лучше ее убить? – Лолибон наслаждалась. – Твои мучения сразу прекратятся.

– Нет. Сейчас смерть принцессы не принесет выгоды Тонг–Зитту, – превозмогая боль, произнес Петр.

Роуз не могла отвести взгляд от искусанных губ и видела, как от напряжения мелко трясется его щека.

– Говори, – хищная улыбка слетела с губ королевы.

– Я должен был выкрасть Роуз, пока она не вышла за дверь своей комнаты.

– Но у нас были совсем другие намерения… – начала Лолибон.

– Похищением Роуз я спас тебе жизнь, Лоли, – звякнули цепи, и Петр с усилием выпрямился. – Вы не смогли бы свалить вину на Руффа. Вы ошибались.

– Почему? Все знают о вспыльчивости жениха. В Бреуже ценится чистота. А невеста развлекалась до свадьбы. Тому есть свидетели. Правда, милая?

– Я… – Роуз вовремя осеклась. Ни к чему оправдываться, что ее могли видеть только с Руффом. Ее лицо загорелось, когда она встретилась с внимательным взглядом Петра.

– Нет. Ты недостаточно подготовилась, Лоли, – он поднял глаза на королеву. – Ты не смогла бы застать жениха с невестой наедине во время брачной ночи. По законам Бреужа консуммация происходит на глазах у королевской семьи и избранных дворян: они должны убедиться в непорочности невесты. Никто не расходится до самого утра, пока над дворцом не поднимут простыню с кровавым пятном.

Роуз чувствовала, как у нее пылают уши. Она быстро отогнала от себя мысль, зачем Руфф пытался соблазнить ее до свадьбы. Сейчас ее занимали другие вопросы.

– Вас схватили бы, как только открылся портал, – в голосе Петра слышалась усталость. – Все помнят и ненавидят жрецов.

Последние слова он произнес, опять глядя на Роуз.

– М–м–м, оказывается ты нас спас? – нараспев произнесла Лолибон. – Отчего же тогда, любимый, ты не предупредил меня? И почему прятал бреужскую невесту?

Слово «любимый» больно резануло слух. Роуз поморщилась, но не отвела глаз от Петра.

«Господи, что он сейчас ответит? Неужели все правда, и он не спасал меня от убийц, пусть даже таким отвратительным способом, а заботился лишь о королеве?»

– Лоли, ты умная женщина. Мне пришлось думать и действовать быстро. Я боялся упустить момент. И потом, не я ли сообщил тебе, что свадьба в Эрии сорвалась? И ты не поверила, пока не убедилась сама.

– Но почему укрывал ее от меня?

– Не от тебя, Лоли. Я не раз докладывал, что во дворце есть предатель. Как ты думаешь, сколько времени понадобиться Союзу пяти, чтобы стянуть войска к девятому лабиринту? Месяц? Как только ты выволокла Роуз на середину двора, всем показав ту, что недолжна была оказаться в Тонг–Зитте, отсчет пошел, Лоли.

Королева стиснула зубы. Куда делась ее саркастическая усмешка? Роуз готова была поклясться, что в глазах Лолибон мелькнул страх.

– У нас неприступная оборона и …

– Лоли, не при ней, – Петр указал глазами на Роуз. – Прикажи ее увести. И предупреди, чтобы с принцессой хорошо обращались. Не дай Бог, волос с ее головы упадет. Эдуард Эрийский сотрет Тонг–Зитт с лица земли.

Лицо Лолибон скривилось. Она подняла руку, чтобы позвать стражников, но отвлеклась на спешащего к ней Анвера.

В этот момент Петр наклонился к сидящей на траве Роуз и шепнул:

– Малявка, найди в четвертом лабиринте солнце.

Роуз смотрела на него во все глаза.

– И закрой рот.

Роуз закрыла рот.

– Кто–нибудь уберет ее от меня? – громко и раздраженно произнес Петр.

Возле них неслышно появился стражник.

– Верните его в подземелье, – приказала королева. Роуз видела, как засветилось удовольствием лицо Анвера.

Когда графа уводили, он даже не взглянул на Роуз, хотя она ждала хоть какого–нибудь знака. Она не знала, как относиться к его словам. Шутил ли он над ней?

«Найди в четвертом лабиринте солнце».

Какое солнце? Понятно, не то, что светит над всеми девятью лабиринтами. Может быть, у четвертого есть какое–то особое солнце, например, в виде изображения? На ковре или в виде эмблемы на чьем–нибудь доме.

«Что за ребус загадал Петр?»

Принцессу отвлек голос королевы.

– Наш разговор еще не окончен. Следуйте за мной.

Углубляясь в сад, они вышли к озерцу с плавающими на зеркальной поверхности водяными цветами. В открытой беседке стоял низкий стол с вазами, наполненными фруктами и сладостями. Королева удобно расположилась среди подушек, скрестив на восточный манер ноги. Анвер услужливо подложил ей под локоть еще одну, а сам устроился за спиной Лолибон.

Роуз поняла, почему в замке женщины носят шальвары – им привычнее жизнь на полу, и они могут не беспокоиться о задравшемся платье. Она сомневалась, что сумеет сложить ноги, как королева, и ей будет удобно, поэтому не решилась лезть вглубь беседки, а села с краю. Салима тут же подсунула под спину подушку–валик и застыла, ожидая приказаний.

– Роуз, ты хочешь замуж?

Принцессу уже не смущало, что королева обращается к ней то на «ты», то на «вы», ее озадачил вопрос.

– За кого?

– Я еще не решила. Но свадьбе быть.

Лолибон лениво оторвала ягоду от грозди винограда и раздавила ее зубами. Сок брызнул в разные стороны, и она, досадуя, вытерла кончики пальцев о поданную Салимой салфетку, недовольно зыркнув в сторону своих слуг. Их лица враз побелели.

– Сначала я рассердилась на Петра, но теперь понимаю, что он правильно поступил, выкрав тебя. Если твоя смерть после свадьбы могла рассорить Бреуж с Эрией, то твоя жизнь позволит отхватить лакомый кусок в виде Северной Лории. Я разрушу Союз пяти, находясь внутри него.

– Почему вы ненавидите Союз? Насколько я знаю, не устраивай вы набеги на соседние государства, у Союза не было причины заинтересоваться Тонг–Зиттом.

– Нельзя давать застаиваться армии. Она воюет с тобой или против тебя, но воюет. На сколько за последние двадцать лет расширились границы моего королевства? На одно кольцо нового девятого лабиринта? С твоей помощью я увеличу состояние на одну горную страну.

– Ваше Величество, вы не боитесь сломать шею? Один из бахриманов попробовал, и где он сейчас?

Хлесткий удар по щеке заставил Роуз замолчать. Над ней стоял Анвер. Его глаза полыхали гневом. Королева громко рассмеялась, как тогда, когда сидела на коленях у Петра. Разве что не дрыгала ножками.

– Анвер, ты мой защитник! – воскликнула она. – Хочешь, я сделаю тебе подарок? Северная Лория станет твоей, и ты сможешь учить уму–разуму молодую жену.

Кровь отлила от лица и без того бледного бахримана, и он затравленно обернулся на Лолибон.

– Ну, ну. Я пошутила. Хотя очень неплохой вариант. Ты беспрекословно подчиняешься мне и сможешь держать в узде бойкую кобылку.

– Не рано ли вы отдаете Северную Лорию замуж? – Роуз держалась рукой за горящую от удара щеку. – Моя прабабушка жива и здорова…