— Один чёрный жемчуг.

— Чтоб тебя… — сквозь зубы едва слышно выплюнул Джек. — И откуда у тебя чёрный жемчуг? — требовательно поинтересовался он, упирая руки в бока.

Жемчужина слегка приподняла подбородок и твёрдо ответила:

— Это дар моря.

Физиономия капитана Воробья начала мрачнеть, взгляд потускнел, как заслонённое облаками солнце, верхняя губа недовольно дёрнулась. Он принялся поскрёбывать ремень ногтем, не успевая толком осознавать мысли, что выстраивались в цепочку. «В море она черпает магию из Глубин», — Джек так чётко услышал эти слова, словно бы они звучали не из воспоминаний позапрошлого дня, а прямо сейчас, наяву, всё тем же голосом с притворной участливостью.

Жемчужина же сильно смутилась и, не сводя глаз, поспешно добавила:

— Я просто нашла на берегу…

— «Просто»? — перебил Джек Воробей, вскидывая подборок. Глаза его вспыхнули молниями во тьме шторма. Он заговорил громко, отчётливо, посылая каждое слово, точно пулю: — Выходит, мисси, пока твой дырявый корабль хлюпает водой в трюмах, потому что нам нечем заплатить за ремонт, ты меняешь драгоценности на наряды? В этом твой долг?

— Джек…

— Заткнись, Гиббс, — рявкнул кэп.

Жемчужина посмотрела на старпома, потом, помедлив, взглянула на капитана:

— Ты упрекаешь меня? — в её голосе вновь послышался тон мистерии, что безлунной ночью наведалась в гости.

— Нет, что ты, всего лишь уточняю, — саркастично отмахнулся Воробей.

— А где был ты, Джек Воробей, все эти дни? — возмутилась Жемчужина. — Что для тебя важнее корабля? — её голос слился со свистом в такелаже внезапного порыва ветра, что сорвался с гор. Жемчужина тряхнула головой: — Я хотела найти тебя, и мистер Гиббс…

— Кажется, ты забыла: он — не твой капитан, — резко оборвал Воробей. Старпом тут же прикусил язык и отступил на пару шагов. — Ты не можешь слушать его приказы и сбегать на берег, когда тебе заблагорассудится! — Джек сурово глядел на неё сверху вниз, хотя с каждой секундой чувствовал, как её взгляд тяжелеет и становится ещё темнее.

— Я не понимаю тебя… — проговорила Жемчужина. Грудь её взволнованно вздымалась, глаза настороженно поблёскивали. — Ты был рад, что я осталась на корабле, а теперь в гневе из-за того, что я передумала… — Она подалась вперёд, и Джек с Гиббсом синхронно отступили назад. Жемчужина взошла на борт и, вглядевшись в лицо Воробья, обеспокоенно выговорила: — Словно бы я пленница.

Краем глаза Джек уловил движение на берегу и бросил туда быстрый взгляд, отвечая с лёгкой рассеянностью:

— Ты словно ребёнок… — Он умолк на полуслове. Жемчужина непонимающе нахмурилась, а затем обернулась, чтобы увидеть, что же захватило всё внимание капитана: по берегу вдоль пристани, обхватив друг друга за талии, фривольно прогуливались две барышни из местного борделя. Они заметили Джека, и походки их, виляющие бёдрами, стали ещё более призывными. Но стоило обернуться Жемчужине, обе девицы остановились, затем обменялись испуганными взглядами и почти бегом скрылись с глаз. Джек разочарованно выдохнул и решил закончить мысль: — Ты наивна и беззащитна. И не готова к самостоятельности. Потому, будь добра, — заговорил он с настойчивой доброжелательностью, — не делай глупостей и оставайся на корабле, где тебе самое место, дорогуша! Смекаешь? — блеснул лукавой улыбкой Джек.

Жемчужина, что стояла вполоборота, медленно опустила голову. Воробей попытался незаметно протолкнуть ставший поперёк горла ком. Джошами Гиббс замер и боялся даже моргнуть. Жемчужина резко обернулась, и тут же зажужжал ближайший шкот, срываясь с кофель-нагеля. Джек едва успел поймать его взглядом, как мигом оказался в воздухе: трос обхватил его подмышками и поднял над палубой, так что бравому капитану оставалось разве что беспомощно болтать ногами над палубой.

— Не смей так говорить со мной, Джек Воробей, — холодно проговорила Жемчужина. И хотя теперь кэп был выше её, сверху вниз глядела именно она. Джек следил за её губами, не решаясь заглянуть в глаза. Жемчужина тряхнула головой, и канат слегка подбросил Воробья. — Я не твоя женщина, не член твоей команды, я даже больше не твой корабль! — воскликнула Жемчужина. — Мне больше не нужен тот, кто будет указывать мне курс. Я свободна! — Джек растерянно открыл рот, попытался дотянуться до сабли, но пальцы только скользнули по компасу. Жемчужина проводила его руку серьёзным взглядом. — А ты… — она рывком содрала компас с его пояса, — сначала сам научись понимать, чего ты хочешь на самом деле.

Жемчужина отступила, перевела взгляд на Гиббса и слегка кивнула. Ещё с полминуты подвешенный, точно пиньята, Джек Воробей наблюдал, с какой грацией прекрасное женское создание спешно покидает корабль, а после и порт. Едва она скрылась, кэп принялся размахивать руками и вертеться. Гиббс вскинул голову, хмыкнул, а затем спешно развязал узел. Джек с грохотом приземлился на пятую точку: было невысоко, меньше ярда, но весьма унизительно.

Джошами потоптался на месте, а затем, сгорбившись, направился к сходным доскам.

— Эй! — возмущённо окликнул его Воробей.

Гиббс резко остановился, словно до этого напрасно понадеялся, что уйдёт незамеченным.

— Не знаю, что между вами происходит, Джек, — развёл он руками, обернувшись, — и тем более, что происходит в твоей голове. До добра это вряд ли доведёт… — Гиббс бросил взгляд в проулок, где скрылась Жемчужина. — Но у меня, знаешь ли, тоже гордость есть. Я не прочь вновь идти с тобой в море, но только после того, как ты выплатишь всё, что мне причитается. — Старпом обвёл быстрым взглядом корабль. — Команду я уже собрал как ни крути, так что… обойдёшься и без нас. Ты ж всё-таки капитан Джек Воробей, — напоследок добавил Гиббс, словно бы желая ободрить. Вздохнув, он решительной походкой двинулся прочь.

— А, бунт… — устало фыркнул Джек. — Ну и прекрасно! — крикнул он вслед старпому, хотя даже не мог видеть того из-за фальшборта. — Нужна мне такая преданность, которая легко исчисляется в пиастрах! — Ветер принёс ему лишь неясный отзвук голоса старпома вместо ответа.

Капитан Воробей поднялся, потирая ушибленное место. Послышались шаги.

— Кэп? Всё в порядке? Вроде кричал кто? — из сходного люка торчала смятённая голова плотника.

— Вам послышалось, — ровно отозвался Джек, а потом повернулся с сухой улыбкой: — Всё по плану, возвращайтесь к работе. — Моряк пожал плечами и спустился в трюм.

Воробей вздохнул, поднимая взгляд на город. Остаться без старпома да ещё и без компаса в его планы не входило. С другой стороны, будет кому приглядеть за беглянкой: Гиббс, похоже, успел к ней прикипеть. И хотя в горле горчило, Джек всё же улыбался слегка довольной улыбкой, ведь прикажи он Жемчужине остаться на берегу — она бы точно запротестовала: её упрямство и своенравие он познал ещё при знакомстве с кораблём. Теперь у него, пожалуй, стало одной проблемой меньше, и, кажется, он раскусил правила игры, в которую его втянула Калипсо. Кэп пригладил усы и, поразмыслив, спустился на пристань.

***

Нос шлюпки уткнулся в поросший мхом берег. Джек Воробей воровато огляделся и принюхался к полумраку, что царил под густыми кронами над рекой. Лес молчал. Джек взглянул на жемчужину в руке, испустил тяжёлый вздох смирения и, подхватив фонарь, выбрался на сушу. Брошенная хижина скрывалась в глубине зарослей. Вода отступила, и теперь пробраться к ней можно было по илистому дну. Каждый шаг по ступеням отдавался тихим скрипом, от которого внутри у капитана всё напряжённо сжималось. Джек подошёл к хлипкой двери, прислушался, осторожно толкнул её и тут же шарахнулся назад. Что-то зашипело, зашелестело и смолкло. Повозившись с огнивом, кэп зажёг фонарь и впустил его впереди себя. Внутри стояла затхлая тишина, кэп невольно пожалел, что поспешно променял сладкое обиталище Мадлен на это место. Мебель, посуду, множество склянок, всевозможную утварь, пучки трав и всякие ожерелья укрывал толстый слой паутины. Джек звонко чихнул и принялся активно чесать нос. Потоптавшись у входа, он осторожно прошёл дальше и примостил фонарь на углу стола. Тут же вспыхнули десятки свечей, разгоняя паутину. Воробей затаил дыхание. За его спиной раздались тихие по-кошачьи мягкие шаги.