Клэри и Иззи побежали за ним, чтобы убедиться, что Саймон выживет и сможет оправиться.

Джонатан остался один в комнате девушки, медленно приходя в себя. Ему было тошно от своего поведения, но он ничего не мог поделать. Всё, как обычно, пошло через задницу, несмотря на все старания Моргенштерна-младшего.

Он правда пытался измениться, хотя всё, что произошло по его вине с Алеком, Рафаэлем, Саймоном, доказывало обратное.

А всё, что ему было нужно, находилось совсем рядом. Парню хватило бы одного взгляда Изабель, нормального взгляда, без сжигающей все надежды ненависти, без презрения и отвращения, всего лишь взгляда, доброго, понимающего, и он бы обязательно исправился.

Сейчас оставалось только сесть на пол, вцепиться пальцами в свои волосы и завыть от отчаяния.

***

Алека и Рафаэля затолкали в просторный светлый кабинет Валентина. Хозяин этого кабинета восседал за своим столом, просматривая что-то на интерактивном экране, высвечивающимся перед ним.

Всё помещение было ярко подсвечено и снащено современными технологиями, которые ни Лайтвуд, ни Сантьяго даже представить себе не могли.

Ещё из интересного здесь находился макет их города и доска со всеми проживающими в нём, некоторые имена были вычеркнуты, наверное, это были те люди, которых Моргенштерн казнил.

— Добро пожаловать, — слащавым голосом пропел мужчина, показывая знаком своим подчинённым, что они могут идти, — Проходите, садитесь, — обратился он к заключённым и кивнул на стоящие напротив его стола стулья.

— Что вам от нас нужно? — выплюнул сквозь зубы Рафаэль, с вызовом смотря мужчине в глаза.

Раньше он никогда не видел этого человека в живую, только если десять лет назад, когда тот приходил в гости к Лайтвудам в то время, как испанец играл с Алеком, Иззи и Джейсом.

Валентин не был похож на злодея, которых описывали во всех прочитанных Сантьяго книгах. Это был обычный мужчина лет пятидесяти, с небогатой шевелюрой на голове и достаточно приятным выражением лица, только голос у него был противным и во взгляде слишком много было притворства. Приторная сладость плескалась у него через край, немного перекрывая прогнившие внутренности.

— Я задам вам всего лишь несколько вопросов, на которые вы должны мне ответить только правду, и если мне понравятся эти ответы, то вы свободны, в противном случае я избавлюсь от вас, всё понятно? — Моргенштерн сделал серьёзный вид, внимательно смотря на парней и считывая их эмоции.

Раф был немного на взводе, а Алек будто находился где-то не здесь, полностью погрузясь в свои мысли и переживания.

— Вы знаете, в чём обвиняется Магнус Бейн, ваш друг, как я понимаю? — спросил Валентин, пытаясь разъяснить для себя ситуацию.

— Нет, — ответил за них обоих Рафаэль, — Точнее не совсем, мы слышали, что его видели с ребёнком.

— Вы знали, что у него есть ребёнок или он знаком с кем-то, у кого есть ребёнок? — продолжил мужчина, получая в ответ отрицательное мотание головой от обоих парней. — Хорошо, тогда почему вы выпрыгнули в окно, как только увидели, что за Магнусом пришли? Зачем вы убегали, если вы не причастны ни к чему?

— За компанию, — сказал Сантьяго, скаля зубы, пусть Валентин не думает, что их так просто сломить, — Я уж лучше полетаю, чем буду созерцать эти стрёмные рожи ваших солдат.

Моргенштерн пропустил его остроумие мимо ушей и обратился к Алеку.

— А почему прыгнул ты, Лайтвуд? — он уставился на Александра, который проморгался и открыл рот.

— Я… Я тоже за компанию. Я знаю, вы к нам по-любому бы придрались, так что я решил не оставлять Магнуса вам на растерзание или пускать его одного на самоубийство. — собрался с мыслями брюнет. — Мы ни в чём не виновны, так же как и Магнус, и вы это прекрасно знаете, вам просто нужно от нас избавиться, и вы сделаете всё что угодно, чтобы добиться этого.

— Вы так много говорите о Магнусе, — заметил Валентин, находя, за что зацепиться, чтобы обвинить ещё одного из этой беспокойной троицы. — Скажите, вы чувствуете к нему то, что запрещено законом? — с хитрой усмешкой спросил Моргенштерн, ставя Алека в ступор.

Он не мог ответить правду, потому что за неё они поплатятся с Бейном оба, но он также не мог соврать, потому что это будет предательством по отношению к любимому им человеку.

Александр находился под прожигающим его взглядом Валентина, постепенно ощущая, как сердце начинает бешено биться, а по вискам течёт пот, несмотря на то, что в помещении было прохладно. Рафаэль открыл рот, чтобы прийти на помощь другу, но в дверь постучали.

Моргенштерн отвлёкся и дал Лайтвуду нормально вздохнуть.

— Алек, соври, пожалуйста, — шепнул ему на ухо Сантьяго, — Это не изменит ваших чувств, но зато спасёт жизни.

— Войдите, — мужчина внимательно посмотрел, как в его кабинет входит Ходж, направляясь к нему, — Вы что-то нашли? — поинтересовался Валентин.

— Да, мистер Моргенштерн. Магнус Бейн мёртв, мы нашли его тело в паре кварталов от дома, откуда был совершён прыжок, — отчитался Старквезер, выбивая из лёгких Лайтвуда весь воздух.

Дальше парень ничего не видел и не слышал. Он был виноват в смерти своего друга. Не просто друга, а человека, который был для него важнее всего на свете.

У него должна была наступить стадия отрицания, но этого не произошло, вместо неё на Алека накатила волна боли и отчаяния, а в голове стучала единственная мысль «Магнус мёртв, Магнуса больше нет, он никогда его не увидит».

Александру резко захотелось что-то изменить, но исправить это было нельзя, поэтому единственным выходом ему казалось уйти из этого мира и присоединиться к Бейну.

Лайтвуд не слышал, как Моргенштерн о чём-то расспрашивает Ходжа, как приказывает отвести их с Рафаэлем обратно в тюрьму, он не чувствовал, как их грубо хватают и вталкивают в камеру и как заботливые руки друга пытаются вернуть его сознание в ужасную реальность.

Комментарий к Глава 5 «Resistance»

• Не верьте всему, что говорится. Как вы думаете, что на самом деле с Магнусом?

========== Глава 6 «New Born» ==========

2012 год

Магнус открыл глаза, жмурясь от яркого солнца за окном. Он лежал на просторной двуспальной кровати, завернувшись в шёлковое золотое одеяло.

Азиат поднялся с мягкой постели, потягиваясь и надевая на себя тёмно-синий халат, кем-то услужливо оставленный рядом на кресле. У него немного болела голова, как будто он вчера обо что-то ударился или выпил несколько рюмок алкоголя.

Парень начал анализировать с чего бы это, но все последние дни, даже годы были будто в тумане.

Бейн подошёл к окну и полностью распахнул шторы, подставляя лицо тёплым лучам. На улице щебетали птицы и стоял гомон просыпающегося Нью-Йорка: звуки машин, разговоры людей. Как же хорошо.

Магнус любил общество, любил находиться в местах, переполненных народом. Ему очень нравилось общаться и заводить новых знакомых.

Азиат ещё раз напряг мозг, вспоминая, что произошло вчера: вроде бы он был в клубе или на работе, наверное. Кажется, он был с девушкой или познакомился с ней. Все картинки расплывались перед глазами.

Магнус ощущал, что он забыл что-то важное или не хотел это вспоминать.

Он посмотрел на время. Десять утра, похоже, парень уже опаздывал на работу, поэтому он выкинул из головы все мысли и пошёл собираться.

Взгляд зацепился за яркий флаер.

«12.05.12. Открытие первой атомной станции в Нью-Йорке. Событие, которое все так долго ждали. Мы не повторим ошибки Чернобыля.»

Бейн не помнил, как этот листок здесь оказался, но, скорее всего, он планировал туда пойти. Это должно было случиться через несколько дней.

Азиат рассмотрел листок поближе, читая надпись мелким шрифтом.

«Я Валентин Моргенштерн — глава этой новой ядерной станции. Мы работали над её созданием двенадцать лет вместе с семьями Лайтвуд, Сантьяго и Феирчаилд, вложив в неё миллионы. Мы будем рады каждому, кто посетит это значимое для нашего города событие. Мы гарантируем безопасность каждому человеку на этой земле. Теперь слова «радиация» и «вред» не встретятся в одном предложении.»