– Немного нескромный вопрос: а у тебя нет крыльев? Например, феи? У твоих подруг были. И да, откуда они? Я так и не понял, вы люди или нет?
– Нееееет, у меня нет никаких крыльев, – рассмеялась Баяша. – ни феи, ни кого-либо ещё. А у Ани и Айли появились как их сознательное дополнение из наших фанфиков. И теперь в воспоминаниях у них имеются своеобразные способности.
– Класс! Надо будет тоже придумать что-нибудь. Но а у тебя есть что-то?
– Наверняка. У всех, кто вошёл в реку воспоминаний, есть особенность.
Парень взял еду, предложил Баяше, но та отказалась. Сев за край стола, он снова повернулся к девушке:
– Ты ведь физик? Больше вариантов не остаётся, подруги тебя “сдали”.
– Я не совсем физик, лишь стремлюсь в эту область, учусь по этому профилю.
– Ну в таком случае у меня есть к тебе пара-тройка вопросов, – парень отпил чая. – Как меня до сих пор не упекли в психушку за разговоры с воздухом? И в каком виде ты присутствуешь здесь? Ведь есть тебе не надо, тебя никто не видит, будто ты призрак, но коснуться меня можешь, и я ощущаю твоё тепло.
– Сложно объяснить. Мы не так много знаем о воспоминаниях, но твои разговоры с нами нечто вроде телепатии, хоть и используешь голос для общения. Тоже самое верно и про нас: мы есть только для тебя, твоего сознания, и поэтому мы можем касаться друг друга.
Парень удовлетворительно кивнул и быстро стал поедать макароны, словно вспомнил что-то, и больше вопросов не задавал. Покончив с пищей, он залпом выпил остаток чая. Кивнув Баяше на прощание, он отрывисто бросил “увидимся” и убежал. Девушка пожала плечами и направилась в другую сторону: осматривать лагерь.
Лагерь представлял из себя крупный прямоугольник, по трём сторонам которого располагались ряды небольших комнат и прочие помещения, а также один домик побольше. С четвёртой стороны маячил один большой дом, такой же деревянный, но явно с тремя полноценными этажами, без чердака. Посередине же были разбросаны двухэтажные домики вроде того, где жил её новый знакомый.
Ещё имел место деревянный настил, он же танцпол. Пользуясь невидимостью, Баяшка тут же выполнила пару пируэтов и ловко спрыгнула на землю. Впереди виднелись футбольные ворота, а вот слева обнаружилось волейбольное поле. Девушка подхватила мяч, сделала пару передач над собой и подала через сетку. И тут же улыбнулась собственной идее провести матч в чужих воспоминаниях.
Когда Баяшка вышла из-под низких ветвей яблонь, то глаза её разгорелись: она увидела натянутые гамаки. Мечтааа! Девушка тут же плюхнулась в ближайший. Теперь она отсюда долго не уйдёт. Пока крайней мере до вечера, а там видно будет.
***
Он слишком хорошо помнил этот день. Помнил, что сделал с утра, знал, что найдёт сейчас у себя в комнате. И это воспоминание было слишком драгоценно, чтобы делиться. Кто знает, чем оно обернётся. Уже забираясь по лестнице на чердак, парень расслабился и позволил “автопилоту” совершить всё, как было сделано много лет назад. Вот он садится, по привычке поправляет подушку. И снова под ней рука нащупывает нечто. “Не снова, это тот же момент” – тут же поправился он.
С трепетом парень вытаскивает розовое сердечко-оригами, расправляет, наклоняет к тусклому свету сумерек из окна и несколько раз, не веря своим глазам, читает короткую фразу “Ты мне тоже нравишся”. Да, всё как и было, даже ошибка сохранилась. Бережно сложенное признание убирается в самое сердце рюкзака, откуда приедет домой и будет храниться до сих пор.
– Но пора двигать в Большой Дом, там народ небось уже собрался. Да и в пинг-понг я давно не играл, хоть вспомню, каково это, держать ракетку в руке, – пробормотал он сам себе под нос и спрыгнул в люк, минуя спуск по лестнице.
Неторопливым шагом меряя плитки дорожек, а потом траву поляны, парень понял, как скучал по этому месту. И хотя недовольство выбором Баяши всё ещё кружилось не осевшим пеплом на душе, он был благодарен новой знакомой за подаренное обновление утерянного чувства. Этот холодный, влажный воздух ему мерещился порой в осенние, дождливые, хмурые дни, но то были мгновения. А здесь, сейчас, хотелось замереть в секунде вечности. Или лучше, как Уильям Кейдж, попасть в петлю времени, желательно длиной в эту смену.
Стоило вспомнить о Баяше, как она буквально вывалилась из гамака на проходящего мимо парня. Его брови, взлетевшие на лоб от такого неожиданного появления, так рассмешили девушку, что она тут же забыла, как неуклюже совершила приземление, упав с тканевого облака в небесах мечтаний.
Разжившись у Влада бутылочкой минеральной, парень удалился в дальний угол первого зала: отсюда и вход просматривался, и лестница, и проход во второй зал, в котором гремела музыка. Типичная вечерняя лагерная дискотека на минималках. И хотя подобная манера отдыха была непонятна уединившемуся, осуждать ребят он не мог. Пусть отдыхают, как умеют, главное чтобы его не трогали.
В его углу за столом было ещё одно преимущество: окно в шаговой доступности, что оставляло почти стопроцентные шансы смыться в случае непредвиденного рейда вожатых. Большую их часть подобные вечера устраивали, так как все в одной куче и на глазах, не потеряешь никого. Но бывали исключения из правил. Не то чтобы парень был параноиком, такая уж привычка сложилась, и обычная она шла на пользу.
На самом деле уединение было условным, ибо с другой стороны стола сидела Баяша и горела желанием задать вопрос, собираясь с силами. Что ж, прекрасный вечер для хорошего разговора: и полезно, и время скрасит до отбоя мелких.
– Почему ты не спрашиваешь о задаче? У Ани выспрашивал, Айли сумела уклониться от вопроса. Что изменилось? – девушка не выдержала и первая спросила.
– Аня тоже умудрилась уйти от ответа. Так и не сказала, что надо было сделать, – хмуро ответил парень. – Не просветишь?
– Там всё было просто: научиться игнорировать насмешки и шипы, которые тебе не нравятся. В этот раз всё сложнее, а ты даже не интересуешься, что надо сделать.
– А я не хочу, ясно?! – стукнув бутылкой о стол и заставив пузырьки взвиться клубами к горлышку и зашипеть, он посмотрел из-под капюшона на Баяш. – Чем вы думали, когда выбирали это воспоминание?!
– Ничего мне не ясно! Ты не объясняешь, не хочешь узнавать задание, просто отмалчиваешься и избегаешь объяснений. Почему?! Что не так с этим лагерем? – голос возмущённой девушки взвился вверх. – Что мы сделали не так?!
– Да всё просто, – парень резко из злого превратился в очень уставшего и печального, – вы выбрали смену, где у меня были первые отношения, первая девушка. Самое светлое и тайное из воспоминаний. И которое я точно не собирался вот так вот выкладывать кинопленкой в проектор кому-то на показ. А вспоминая опыт твоих подруг, ты тоже что-нибудь подкрутишь и изменишь здесь. И если в те разы я мог поверить, что изменения могли пойти в плюс, то здесь точно нет. Это идеальное воспоминание, и оно должно остаться таким, неприкосновенным.
Резко свернув крышку, он прервал свой монолог и сделал два прерывистых глотка. Баяшка потрясённо молчала.
– Вот поэтому мне без разницы, какое у меня задание. Я провалю из-за этого ваш тест? Ну и ладно, переживу, хоть и будет обидно… – парень взглянул на девушку. – Если будут здравые мысли по этому поводу, всегда открыт для предложений. А пока сейчас, если мне не изменяет память, пора купаться.
– Ку… купаться? – с запозданием переспросила Баяш.