Перевернулась на другой бок и натянула одеяло на голову.
Телефонный звонок, разорвавший ночную тишину, был некстати. Ирина приоткрыла глаза. «Наверное, Леночка. Видно, тоже переживает, – подумала она. – Не подойду. Хочу спать. Я хочу спать», – накрыла голову подушкой.
Звонок в дверь заставил ее поднять голову.
«Господи, который сейчас час? – Ирина села на постели. – Может, отец вернулся из Москвы? Вот было бы чудесно», – накинув одеяло поверх сорочки, она босиком подошла к двери.
– Рара, это ты?
– Ирэн, милая, ну слава богу! – услышала голос Ракелова и обмерла, а потом торопливо и неловко, придерживая одной рукой края норовившего сползти одеяла, начала открывать замки.
– Ники! – все еще не веря, распахнула дверь, забыв, что не одета и не причесана.
– Ирэн, ради Бога, простите! – Ракелов, сняв шапку, стоял на пороге. На его лице, бороде, ресницах, меховом воротнике и плечах расстегнутого пальто поблескивали капельки воды и уже начавшие подтаивать снежинки, и оттого он казался еще более растерянным и милым. – Я, Ирина Сергеевна, прямо с поезда. Позвонил Трояновским, Леночка мне сообщила о вашем отъезде, вам позвонил, никто не брал трубку, и я решил отбросить все приличия, и… вот я здесь…
Ирина молча сделала шаг назад, пропуская Ракелова внутрь квартиры, и он, продолжая извиняться и говорить про метель на улице, про то, что беспокоился, потому что Сергей Ильич в отъезде, и про то, что скучал, наконец переступил порог. Она слышала его взволнованные, сбивчивые слова, но их смысл не имел значения, потому что Ирина просто слушала его голос и, обхватив себя за плечи, вглядывалась в его растерянное и такое любимое лицо.
– Холодно… – наконец едва слышно сказала она.
– А я прямо с поезда… к вам… Я очень волновался… Время такое… – Ракелов вдруг оборвал себя на полуслове.
– Холодно… – повторила она громче.
Ракелов наконец услышал и, скинув пальто на пол, прижал Ирину к себе, поцеловал, потом отстранился, глядя счастливыми глазами.
– Какие губы у вас…
– Какие? – Она улыбнулась.
– Нежные, – выдохнул он. – А воздух… Вы чувствуете, какой сегодня воздух? Воздух сегодня густой, – сказал Ракелов, поглаживая ее по волосам. – Не то что движениям – мыслям сквозь него пробраться мудрено. Для всего усилия нужны, – его голос подрагивал. – А усилия происходят от неуверенности в необходимости замысленного. Ежели делаешь что, ощущая сопротивление, значит, Бог тебе делать это не велит, дьявол сделать торопит, а душа предостерегает.
– Так что же, душа вас разве предостерегает? – прошептала Ирина, испытующе глядя ему в глаза.
– Может, и предостерегает. Только я в последнее время что-то слеп стал да глух.
Приподнявшись на цыпочки, она поцеловала его, прошептав:
– Ники, милый, давай поделим эту ночь пополам – ты бери свет, а я возьму тьму…
* * *
Звезды, подвешенные за окном на тоненьких небесных нитях, подрагивая от любопытства, пытались заглянуть в спальню. Круглая сонная луна снисходительно улыбалась перламутровым ликом. Она тоже иногда позволяла себе заглядывать в окна, но только туда, где ее ждали, туда, где слова любви и признаний сливались в единый поток страсти, поднимающийся с грешной земли к небесам с мольбой о прощении. За безумную страсть и за то, что она делает с людьми…
6
Автомобиль подъехал к дому на Мойке. Распутин вслед за Юсуповым вошел в дом с заднего крыльца.
– У тебя, Феличка, никак гости? – нахмурился Распутин, услышав доносившиеся сверху веселые голоса и смех.
– Григорий Ефимович, не обессудьте, это у жены, друзья собрались. Скоро уйдут. Пожалуйте пока в столовую, – Юсупов указал на лестницу, ведущую вниз.
Распутин снял шубу, расправил расшитую васильками шелковую рубашку, подвязанную толстым малиновым шнуром, и, показалось, нехотя, начал спускаться. Когда вошел – приостановился у двери и оглядел комнату, разделенную аркой на две части. Скользнув взглядом по коврам, красным вазам китайского фарфора, массивной дубовой мебели, подошел к инкрустированному секретеру с множеством крохотных бронзовых колонн и ящичков, и принялся открывать и закрывать их, с детским любопытством заглядывая в каждый.
– Затейливый шкапчик! – пробормотал он, чуть оживившись, когда наигрался вдоволь. Заметил стоящее сверху распятие из горного хрусталя и гравированного серебра и прикоснулся к нему осторожно, будто боясь повредить хрупкую вещицу.
– Итальянская работа, – незамедлительно пояснил из-за спины Юсупов, который, хотя и старался выглядеть спокойным, все же был чуть более суетлив, чем обычно, словно торопился закончить решенное дело. Два часа перед встречей он провел в молитве в Казанском соборе, потому, казалось ему, не испытывал никаких душевных мук, ощущая себя лишь исполнителем возложенной на него свыше миссии.
– Красиво, – Распутин оглядел распятие, но, прежде чем отойти от секретера, снова открыл и закрыл пару ящичков. Подошел к накрытому столу, на котором дымился самовар и было выставлено блюдо с бисквитами и иными сластями.
– Никак чайком потчевать будешь? – глянул на хозяина дома вопросительно.
– Пожалуйте к столу, Григорий Ефимович, – радушно пригласил гостя Юсупов, указав рукой на стул, такой же старинный и заслуженный, как и все предметы вокруг – роскошные, но разнородные, будто собранные вместе немного поспешно.
– Что ж, сяду, коли просишь. Не обижу, – Распутин уселся у стола и уперся взглядом в хозяина.
Юсупов выдержал и не отвел глаза.
«Ишь, глазенки-то как блестят, – подумал Распутин и даже развеселился. – Гляжу, не наигрался еще в игры свои. А коли так, надобно тебя, милок, чуток попужать».
– Промежду прочим, Протопопов сегодня ко мне приходил, – небрежно сообщил он. – Просил из дому не выходить в эти дни. А знаешь, мил-друг, почему? – протянул руку к тарелке с пирожными.
– И почему же? – Юсупов опустился на стул напротив.
«Ох, Феликс, Феликс, – подумал Распутин, пряча усмешку. – Будто не знаешь», – чуть наклонился вперед, выбирая, которое пирожное взять.
– Тебя убьют, говорит.
– А вы что же ответили? – Юсупов пододвинул тарелку. – Угощайтесь, Григорий Ефимович.
– Да вот, вишь, – Распутин наконец выбрал пирожное и поднес ко рту, – тайком от соглядатаев к тебе пришел. Не боюсь я, – он насмешливо посмотрел на князя и отправил пирожное в рот. Заметил, что Юсупов напрягся, и во взгляде его появилось ожидание.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.