— Ну дела… — пробормотал Сайта, когда дверь за Вито закрылась, — вот это отлично вы, получается, скатались на Зендамор — эти словно того и ждали… Чего всё-таки Альтака темнит, что за бред с этим отстранением?
— География, смотрю, у этих ментально и зубасто одарённых ширится…
— Видимо, окончательно возомнили себя санитарами галактики.
Сингх подпёр руками щёки, сделав выражение лица крайне унылым.
— Ну, с рейда на Яришшо прошло десять дней, а точную дату этой бойни, как понимаю, ещё устанавливают, это не самая простая задача… Не то чтоб было очень уж сложно, отоспавшись после Яришшо, добраться до сектора лумати, устроить там очередной мастер-класс по истреблению пиратов как класса и неспешно полететь куда там им надо дальше по своим делам… Но да, размах впечатляет. Я на всякий случай буду готовиться, что и от других отделений что-то такое может прилететь… Интересно, и что означает вот это последнее… художество? Вадим, это ты у нас по этой части голова, что скажешь?
Вадим продолжал хмуро разглядывать слайды.
— Чтоб вам тоже что-то определять по нечётким фотографиям. Но совершенно точно, это отдельное, «особенное» убийство свидетельствует… о чём-то важном для него…
— Для него?
— Для идейного автора-вдохновителя, видимо.
— Да. Это говорит о том, что он получил… некое откровение… И желает возвестить об этом нам…
— Это же… вроде как, фигуру ангела изображает? — подал голос Талгайды-Суум, на монитор которого тоже были выведены брикарнские слайды, — но, насколько я читал земную мифологию, ангелы — добрые светлые создания, сравнение с ангелом ну никак не к лицу пирату-работорговцу.
Вадим посмотрел в его сторону кисло — благодаря некоторым моментам своего детства он знал об ангелах несколько больше, чем хотел, ещё до курса религиоведенья в институте.
— Ну, не совсем верно, это обывательское представление об ангелах как о прелестных созданиях с золотыми крылышками, несущих всем добро. Изначально ангел — это вестник… А весть может быть и хорошей, и дурной…
— В индийской мифологии тоже есть крылатые существа, — проговорил Махавир, — например, гандхарвы. Но гандхарвы сюда уж точно никак не прирастают…
— Что-то во всём этом деле стало уж очень много мифологии, — фыркнула Дайенн, — немного нервирует меня эта страсть некоторых преступников к эксплуатации религиозных образов.
Говоря «немного», она несколько покривила душой. Но дело даже не в том, что неуместен этот внутренний ропот, когда речь идёт не о твоей религии, дело в том, что слишком часто она в этих размышлениях оглядывается на Алвареса. А Алваресу об этом знать точно вредно, алит Соук не ставил перед ней, и думается, не поставил бы, задачи обращать корианского коллегу на путь истинный. И если он усматривает в каждом кровавом-бескровном эпизоде новое доказательство того, что религия зло как явление жизни — что ж, её дело просто пересказать это своему старейшине.
— Дайенн, чего ты хочешь, преступник, судя по всему, клинический сумасшедший.
— На Минбаре понимается так, что любой, кто совершил умышленное убийство, нездоров психически, но то на Минбаре… Я, конечно, читала очерки по клинической психологии и судебной психиатрии землян, но мне всё равно слишком сложно понять, как можно считать себя… особо избранным богом или что-то вроде этого… и при этом убивать людей.
Валена ради, почему все тут настолько непоколебимо убеждены, что эта религиозная подоплёка существует? Потому что это слова Алвареса? А не может ли быть так, что преступник как раз атеист, что он таким образом глумится над чуждыми ему религиозными символами? Этого Дайенн не озвучила, потому что, действительно, не знала, может ли. Соблазнительна такая мысль, но с соблазнами следует быть осторожным.
— Думаю, кто это сумел понять — того тоже того, можно заворачивать, — пробормотал Махавир, — ну вот как поймаем этого художника, так и спросим, кем он себя считает, богом или дьяволом, и как в его голове появилась такая интересная мысль.
Вадим закусил губу, снова перелистывая кадры.
— По-видимому богом, судя по использованию ворлонской символики… Интересное дело… в мифологии ранни, как я тут заметил, есть намёки на то, что их мир посещали Тени. Причём не только тысячу лет назад, во время предыдущей вспышки активности Изначальных, но и многим раньше, на протяжении многих тысяч лет. А вот ворлонцы этот мир, похоже, не посещали вовсе… И телепатов в этом мире нет вообще. И никогда не было. Раймон говорил, он был потрясён, когда попал в мир, где известно такое явление, как мыслеречь…
Спокойствие, только спокойствие. Сколько раз она говорила Алваресу, что по показаниям одного представителя судить о целом мире мягко говоря глупо? Последний раз не далее как вчера. Где-то Алварес, значит, способен быть скептиком, ещё каким скептиком, и именно здесь ему это качество отказывает! Почему? Потому что проникся историей о потерянном ребёнке. Да, у каждого есть слабые места, но Алварес, как психолог, по идее должен о своих слабых местах знать и не позволять их использовать!
— Есть и другие миры, где нет или очень мало телепатов, видимо, генетический материал ранни ворлонцам просто не подошёл…
— Чего это не подошёл, если они генетически ещё ближе к землянам, чем центавриане? — обиделся за ранни Талгайды-Суум, — сама ведь говорила!
Сама говорила, да. Что показал клеточный анализ, то и говорила. Реннар разводил руками и показывал фотографии с выделенными цветом сегментами хромосом, Раймон тоже разводил руками и пересказывал те результаты анализов древних останков, о которых он знал. Несколько сложно теперь упирать на то, что Раймон в своём мире профессором истории не был. Профессором истории не был, да. Но ветеринары Атлы, так же, как в любом другом мире, общемедицинские науки изучали.
— …И земляне, как помнишь, тоже долгое время не верили в телепатию и считали её мифом.
Ну, уж этот аргумент на Алвареса точно не произвёл впечатления.
— Интересно отличие в восприятии Теней народом ранни от всех рас, у которых вообще есть такие мифы. Ранни не называют Теней ни Древним Злом, ни Изначальным Врагом, а воспринимают… ну, не как добрых приятелей, конечно, но как некий неизбежный фактор их жизни. Образно можно сказать, что это мир, где совсем никогда не было бога, где знали только дьявола. Мне это напомнило одну народность на Земле, которую считали дьяволопоклонниками, потому что они поклонялись первому из падших ангелов… Правда, это всё же, конечно, неверно, потому что между Таус-Мелеком и христианским дьяволом ни в коей мере нельзя ставить знак равенства, там никаких этих рогов-копыт, кровавых жертвоприношений и пентаграмм…
— Так, Алварес, если ты хотел, чтобы у меня голова пошла кругом — ты своего добился! Пошла-ка я, пока психика цела…
— Понимаешь, Дайенн, я готов предположить, исходя из всего того, что я услышал и что прочитал из ваших бесед… из того, что в этом мире известна Изначальная Тьма, но не известен Изначальный Свет… Что мир ранни находится где-то поблизости от За’Ха’Дума. Возможно, в секторе Аид или немногим дальше… Ведь эти сектора до сих пор плохо изучены.
Глубокий вдох…
— Алварес, в окрестностях За’Ха’Дума нет живых миров. Тени уничтожили всех ближайших соседей много тысяч лет назад. А кого не уничтожили — из тех сделали что-то подобное дракхам и зенерам. Кандар, на орбите которого мы находимся, Ктарра, Тенотк — всё это мёртвые миры.
— Да, я знаю. Но видимо, всё же Тени уничтожили не всех. Может быть, в ранни они не усмотрели угрозы, а может быть… даже сочли их полезными… Может быть, их ожидала та же судьба, что зенеров и дракхов? Может быть, Тени как раз… охраняли и пестовали этот мир, и заодно надёжно защищали его от обнаружения другими расами?
Дайенн оперлась кулаками о столешницу.
— Алварес, ты все эти выводы сделал только на основании пересказа мифологии одним-единственным ранни?
— Не только. Посмотри сама, их физиология… они нечувствительны к экстремальным температурам, не нуждаются в сне и практически не нуждаются в пище, мало чувствительны к боли, они обладают огромной физической силой… В той или иной степени, всеми этими свойствами обладали и дракхи, и зенеры. Так вот… Мне, в силу некоторых причин, очень не безразлична судьба оставшегося после войны не у дел оружия. Я, думаю, знаю, кому можно поручить поиск мира ранни. Нас отстранили от ведения дела — но уж это запретить Альтака не в силах. Сегодня я напишу ему — связи с тем сектором, где они сейчас вроде находятся, пока нет… Но по возвращении, думаю, смогу с ним поговорить, а то и встретиться…
