— Ребята, тут такая новость… Нас приглашает Брикарнское отделение.
— Что значит — приглашает? — Вадим оторвался от очередного перечитывания записей Дайенн и воззрился на Вито удивлённо.
— Для обмена опытом. Ну, или заимствования нашего… Хотят показать вам то, что не оставит вас равнодушными. В общем-то, уже сейчас посмотреть можете, они фотографии прислали… Шлилвьи, врубай почту.
На экране сперва развернулся общий вид окрестностей Брикарна — сектора лумати. С тех пор, как в 2261 году мир лумати был взорван Тенями, в секторе царил тот же хаос из астероидов, что и в секторах Аид и За’Ха’Дум, и соответственно, это место так же было облюбовано пиратами, чьи небольшие, шустрые корабли успешно лавировали между обломками, огибая Брикарн по дуге и беся штат отделения невозможностью накрыть их разом все. Время от времени, конечно, корабли удавалось задерживать, но арестованные, все как один, божились, что в деле первый раз, в сектор забрели случайно, спутав гиперпространственные маяки, а летели совсем не сюда, и координаты базы всё никак не удавалось получить. Маяк гиперпространственных ворот, находившихся близ орбиты Меллифры и, по слухам, почему-то не взорванных Тенями, был повреждён и ворота открывались только по секретному коду, известному только пиратам, а своим ходом, через обычное пространство, пробраться в сектор не удавалось — смельчаки, не убившиеся сами об многочисленные обломки, гибли в пиратских засадах. Наконец, захватив во время очередного рейда транспортник с крупной партией вывезенного с того, что осталось от Лумата, оружия (немало подивившись масштабу, потому что были уверены, что расхищено давно всё), из одного из «чёрных копателей», молодого и сильно психовавшего из-за близящейся наркотической ломки, код выбить сумели… Планировали масштабный захват, а потом случайно перехватили в гиперпространстве пиратский корабль-разведчик…
— Разведчик?
— Да. Брикарнские тоже заметили, что в Лумате что-то притихли, ни одного корабля ни туда, ни обратно, но полагали, что произошла утечка, и они там готовятся к встрече… А оказалось, братики-пиратики на хуррских и гроумских базах тоже обеспокоились, что от коллег что-то долго нет ответа, а им как раз крупную партию рабов, обещанных на луматские раскопки, куда-то уже девать надо было. В общем, рейд таки совершили, на день раньше, чем планировали… Опасались, что ещё не все нужные силы подошли… Но и те, что успели, не понадобились. В секторе было, в общей сложности, пять крупных и семь мелких пиратских баз. Больше не осталось ни одной. Четыре просто сожжены, эксперты сейчас копаются в обгорелых остовах, но найти там, по правде, реально не слишком многое… Похожая картина, что и на Тенотке была, и у кулани, как знаю, кое-где… Два астероида, в которых были мелкие нычки, разнесены в пыль, только от тех говорунов, которых тогда задержали с луматским оружием, и узнали, что они вообще были… На остальных — погром, куча трупов, ни оружия, ни денег, ни одного целого компьютера… Но это лирика. Теперь главная база, известная некогда как Островок — ну да, романтическое название… Теперь, правда, величают — Мёртвый островок…
Махавир посмотрел на экран и застонал. Та же груда синюшных, обескровленных тел. Та же кровавая надпись на стене. Та же композиция на потолке.
— Вижу, неизвестный художник запал вам в душу. Он тут, кстати, приготовил вам кое-что новенькое…
Слайд сменился — на экране возникло изображение другой стены, до этого не попавшей в объектив. Стену украшал прибитый, аналогичным образом, как граждане на потолке, труп с распоротой грудной клеткой. Вокруг трупа на стене размашисто и старательно, тем же материалом, что надпись, были нарисованы раскинутые крылья.
— Впечатляет, — икнул Махавир.
— Вот и брикарнские коллеги так же сказали. Они за свою практику всякое видели, но такое — пока нет… А вы вот, как они узнали, видели. Вот и приглашают вас посмотреть воочию. Они пока там ничего не трогали, всё равно температура там не сильно отличается от морга… В общем, готовьтесь, золотые мои, завтра вылетаете. Двое от вас, двое от контрабанды, двое от наркотиков. Ударную группу не более стандартной комплектации — во-первых, там своих до чёрта, во-вторых — трупы обещали не сопротивляться. То есть, конечно, в этот раз имеется даже один выживший…
— Что-о? — подскочил Вадим.
— А вы, офицер Алварес, не пойму, чего возбудились? — вздёрнул красиво очерченную бровь Вито, — я это, конечно, для всех рассказываю, потому что я не жадный, но паковать носки с трусами предстоит офицеру Сингху, ваша пара от расследования, если не забыли, отстранена.
— Синкара! Тебе этот факт, смотрю, доставляет личную радость?
— Но-но, — Вито мгновенно юркнул за пластиковую перегородку от сразу двух двинувшихся на него «убойников», — вам остро не хватало ещё каких-то дисциплинарных мер? Так выберите, каких — передам господину Альтаке, всё устроим и без порчи моего лица.
— Сдался ты… — остальное, видимо, было на корианском и не очень печатным.
— Как я и думал, с возражениями закончили. Но возможно, господин Альтака допустит кого-то из вас к допросу выжившей… Толку в этом, правда, не больно много — до вас пытались. Сейчас она на Брикарне, но можно распорядиться доставить сюда, не проблема — был бы смысл, — Вито, снова изящно изогнувшись над столом Махавира, кликнул на приложенное видео, — и картинка не отражает всей прелести ситуации.
На экране появилась панорама комнаты — тюремной камеры, судя по всему, но скудная обстановка была дополнена некоторым количеством медицинского оборудования. На койке сидела женщина, уже переодетая в госпитальный балахон. Обритый наголо череп опоясывала косая повязка, закрывающая правый глаз.
— Глаз отсутствует, да. Остался на базе, так сказать… судя по всему, его просто вырвали.
Губы женщины и пальцы лежащих на коленях рук непрестанно шевелились, уцелевший глаз смотрел куда-то в сторону, словно на невидимого ни для кого собеседника.
— Абсолютно невменяема. По-видимому, считают медики Брикарна, ментальная травма. Вкупе с физической, с нехилым болевым шоком, превратили бабу в натуральное растение. До сих пор от неё хорошо если пары слов добились, она где-то глубоко в своём мире…
— Она кто — центаврианка? Личность установить не удалось?
— Личность установили, — хмыкнул Вито, — личность знаменитая, кстати. Пальчики её в нашей базе уже лет десять есть, унаследовали с архивами разом Центавра, Земли и Бракирийской Синдикратии, а вот саму и не надеялись встретить когда-нибудь… Аделай Нара, уроженка Примы Центавра, воровка, карточный шулер, хакер. Могу поднять десяток дел, где она косвенно фигурировала. Наследила много где, но неуловима, как призрак…
Сингх и Ситар переглянулись с вытаращенными глазами, и даже Талгайды-Суум повернулся в сторону закутка убойников — с потрясённым, наверное, всё-таки выражением лица.
— Нара? Эта? Ого… Нет, я не удивлён, компания там была вообще цветистая… Хотя что её занесло в эти края… И почему её не убили с остальными?
— Не поднялась рука на женщину?
Начконтрабанды хмыкнул самым скептическим тоном.
— Женщины среди трупов тоже были. Хотя, чаще всего это трудно назвать женщиной… Видимо, ещё один метод устрашения…
За себя Дайенн не могла сказать, что имя этой Нары произвело на неё такое же впечатление, как на коллег, хотя она его определённо слышала. Слушая краем уха обсуждения коллег, понимала, что не могла не слышать. Но гораздо больше её сейчас занимал вопрос, как этой женщине удалось спастись. Спряталась, притворилась мёртвой, потеряла сознание? Могло ли это обмануть сильного телепата, прежде не оставлявшего выживших? Те пленники на Яришшо не в счёт, он не почувствовал их сквозь толстую переборку… А если б почувствовал? То что — убрал, как свидетелей? Мог ли он всё же почувствовать их — и оставить именно в расчёте, что их найдут и освободят? Мог ли у него быть настолько смелый и дерзкий расчёт? Наверное, здесь можно предполагать уже что угодно. Если он по-хозяйски входит на тайные пиратские базы и делает там всё, что считает нужным — далеко ли до предположения, что и прибытие полиции, и скорость её прибытия в его расчёты входят? Что там говорит Альтака про болтливость силовиков и ремонтников… Что там, болтливость Сингха стоила им жизни Гароди — впрочем, нет, тут даже Альтака всерьёз не думает так, Маниша Каури привезла эти проклятые ничилины с собой, значит, точно знала, что Гароди здесь, скорее у Махавира она надеялась выведать что-то ещё полезное… Интересно, приходит ли этой женщине в голову, что в камере она в куда большей безопасности, чем на свободе? Должно бы, наверное, придти. Как знать, не попадись она тогда — не лежал ли бы сейчас её обескровленный труп в груде таких же на этих фотографиях? Или не сидела б она сейчас такая вот искалеченная и беспомощная, как дерзкая и неуловимая когда-то Аделай Нара? Спастись — это, наверное, всё же не самое удачное было слово…
