Я расплакалась, когда увидела кадры пустых улиц Милана. По телевизору не показывают мёртвые тела, зато показывают отсутствие живых людей. Этого достаточно, чтобы испугаться и поверить в происходящее. Сердца городов перестают биться. Городов, которые не так давно были забиты туристами со всего мира. Сейчас все сидят по домам, гадая, что будет дальше.
Я никогда и представить не могла, что такое однажды случится. Что люди окажутся пленниками своих квартир. Карантин. Ранее чужое слово стало часто повторяемым. Изоляция. К ней никто не был готов. Мы так привыкли к сумасшедшему ритму, что не можем остановиться. Нам нужно куда-то бежать, что-то покупать, с кем-то встречаться. Суета стала неотъемлемой частью жизни. Мы не можем просто остаться дома и подумать о собственной безопасности. Хорошо, что я этим не страдаю. Хорошо, что я обожаю сидеть дома.
Люди, которые ранее самоизолировались по возвращении из неблагоприятных стран на четырнадцать дней, воют от скуки. Люди, перешедшие на удалённый формат работы, воют от недостатка общения. Люди, оставшиеся наедине со своими детьми, воют от переизбытка ответственности. Кто-то, наоборот, сам берёт отпуск, чтобы побыть дома, а кто-то продолжает считать коронавирус очередным инфоповодом для отвода глаз. Вот только от чего? От самих себя, наверное.
Я сижу взаперти три дня, а всего их будет девять, но вскоре мне придётся снова ехать в офис. Какой смысл в недельной изоляции? Мы опять выйдем на улицы и заполоним метро. Конечно, дома сейчас далеко не все. Больницы, аптеки и продуктовые магазины продолжают работать в штатном режиме. Плюс коммерческие организации, которые чихали на рекомендацию отпустить сотрудников с сохранением зарплаты.
В любом случае придётся работать, чтобы на что-то жить. Если вдруг уволят, у меня есть деньги, отложенные на отпуск. Всё равно поездки на море и в Питер не светят ещё минимум год. Сомневаюсь, что пандемия быстро кончится. Хочу верить, что мы её переживём. Вирусологи предсказывают, что за два года короной переболеет семьдесят процентов населения Земли, после чего у всех выработается иммунитет. Хочу верить в силу своего организма и силу молитвы от инфекции, текст которой недавно утвердили.
Уже болит рука, но я выселю мысли из головы, потому что боюсь не успеть дописать чёртовы книги, которые ещё больше не дают покоя. Чувствую себя героиней постапокалиптического фильма, которая пытается не сойти с ума в диких условиях.
У меня до осени был каждый месяц распланирован. Вчера и сегодня не состоялись концерты. В мае ожидается фестиваль комиксов и кино, но, чувствую, и его отменят, как «Евровидение», «Чемпионат мира по футболу», «Олимпиаду» и другие масштабные мероприятия. Когда такое было?
В июле я собиралась идти на музыкальный фестиваль, на котором выступили бы группы «My chemical romance», «Sum-41», «Fever333» и другие. С самого начала было такое ощущение, что это слишком круто, чтобы быть правдой. Теперь проведение фестиваля под ещё большим вопросом. В принципе, я уже мысленно смирилась и попрощалась с деньгами, потраченными на билеты. Кстати, группа «Wildways» ещё до объявления пандемии, в феврале, анонсировала концерты на ноябрь. Ребята будто знали о надвигающейся буре.
Двенадцатого марта мэр на месяц запретил проводить мероприятия с участием более пяти тысяч человек. Оставалась надежда на проведение концертов на площадках вместимостью меньше допустимого количества слушателей, но через пару дней это число сократили на два нуля. Кинотеатры стали отменять некоторые сеансы и пускать в зал ограниченное число зрителей так, чтобы между ними было расстояние в одно кресло. Буквально за неделю привычная жизнь стала рушиться. Нас ждёт что-то поужаснее отмены массовых мероприятий.
Мои планы и будущее планеты под угрозой. Уже ничто не будет как прежде. По крайней мере, в ближайшее время. Сколько должно пройти, чтобы вирус угомонился? Месяц, два, три? Год? Я мечтала в апреле гулять по набережной Питера, а в июле – побывать дома и на море. Об этом уже и речи быть не может. Внешне я сохраняю спокойствие. Убеждаю бабулю, что всё будет хорошо (а у самой сердце кровью обливается), что по телевизору (которому она всецело доверяет) всё преувеличивают, а в душе знаю, что всё, наоборот, преуменьшают, чтобы не сеять панику. Так не должно быть. Это похоже на ночной кошмар. Я должна проснуться, но не получается. Последнюю неделю я ездила в метро, с трудом сдерживая слёзы, глядя на несчастных людей, которые, как и я, должны несмотря ни на что работать, чтобы прокормить семью и позволить себе что-нибудь приятное перед неизбежностью.
30 марта, понедельник
Четвёртый день дома. Нерабочий понедельник нерабочей недели в стране. Вчера в городе ввели обязательную изоляцию для жителей всех возрастов. Ранее должны были сидеть дома только школьники, студенты, люди старше шестидесяти пяти лет и все, кто вернулся из стран с неблагополучной эпидемиологической обстановкой. Теперь это коснулось всех. Это значит, что нельзя без необходимости появляться на улице. Можно выносить мусор, ходить в магазин в ста метрах от дома, в аптеку и выгуливать домашних животных. Позже введут систему пропусков, и вот тогда-то начнутся голодные игры.
Люди несут ответственность не только за себя, но и за окружающих. Нельзя запретить распространение инфекции. Да, собираются вводить штрафы за нарушение карантина, но режим чрезвычайной ситуации в стране пока не объявлен. В то время как в Индии, например, народ палками загоняют домой.
Может, и у нас наконец поверят в реальность происходящего. Хотя иногда я тоже просыпаюсь и не понимаю, что с этим миром не так! Лента новостей на всех сайтах заполнена коронавирусной темой. Соцсети ломятся от историй и фотографий домашнего офиса и видео сходящих с ума от скуки людей.
Мне нравится изоляция. Я пишу, как не в себя. Рисую. Учусь. Когда, если не сейчас? Нет времени на панику. Нужно просто принять ситуацию и творить, творить, творить. Надеюсь, что через неделю меня не вызовут в офис, потому что посещать его нет желания, тем более без маски.
Я стараюсь не унывать. Использую подаренное время по максимуму. Иногда возникает чувство, что вселенная даёт мне возможность реализовать задуманные планы и тычет в них лицом. Если так, я не имею права лежать на диване и ждать чего-то ещё, что сподвигнет меня дописать начатые книги, дорисовать арты и записать песни. Пора действовать!
Через две недели отпуск. Первый на новой работе. Спасибо, что мне его оплатят. Бывшая коллега сидит две недели на карантине за свой счёт. Она полетела в Амстердам в разгаре пандемии (вовремя успела вернуться до закрытия границ) и не предупредила начальницу, хотя знала, что та параноик. Я со странного места работы давно сбежала. Полгода была личным контент-менеджером, заполняла карточки одежды в электронном гардеробе и помогала фотографу. Сейчас бы тоже сидела без денег в неоплачиваемом отпуске, чтобы не заразить семью. Богатые работодатели и раньше с отвращением смотрели на людей, которые ездят в метро, а сейчас, наверное, и за людей не считают.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.