Лаванда ахнула, и Гарри снова бросил взгляд на поле: Крам стремительно пикировал, преследуемый Линчем. Гарри снова приставил к глазам омнинокль, пытаясь найти снитч… Его не было, а значит, Крам просто использовал…

««Финт Вронского» — опасное отвлечение ловца» — увидел он надпись внизу картинки. Гарри и сам неоднократно использовал этот финт — правда, против дементоров, увлекая противника в погоню и взмывая вверх в последний момент; жаль, что дементорам столкновение с землей почти не вредило, лишь ненадолго сбивая их с толку.

— Так его! Так, Вики! — услышал он голос Лаванды.

Крам вышел из пике у самой земли, а вот Линч не успел среагировать и врезался прямо в грунт.

— С ним все будет в порядке, он только слегка зацепил землю! — Чарли успокаивал Джинни, которая испуганно высунулась за барьер ложи. — Чего Крам, собственно, и добивался…

— Тайм-аут! — прокомментировал Бэгмен. — Игра остановлена, пока целители приводят в порядок ловца ирландской команды.

— Крам действительно крут, — заметил Гарри. — После такого удара у Линча практически нет шансов поймать снитч.

— Вики, Ви-ик-ки! — продолжала скандировать Лаванда. Мистер Браун выглядел не слишком довольным.

Наконец, ловец Ирландии поднялся в воздух, и игра возобновилась. Теперь охотники зеленой команды полностью доминировали на поле, и счет вырос до ста тридцати к десяти. Маллет рванулся к шестам сборной Болгарии, но вратарь Зогров вылетел к нему навстречу и…

— Пенальти! Пенальти! — орала зеленая половина стадиона.

Хасан Мустафа дунул в свисток, указывая на кольца красной команды. Лепреконы ирландцев, взвившиеся было пчелиным роем, образовали надпись «ХА-ХА-ХА». В ответ вейлы распушили волосы и яростно затанцевали.

— Кто-нибудь, приведите в чувство судью! — кричал Бэгмен, указывая на мистера Мустафу, стоящего перед группой поддержки болгарской команды: он горделиво расправлял усы и демонстрировал вейлам мускулатуру.

Целитель из судейской бригады, в защитных очках и наушниках, подбежал к арбитру и сильно пнул его в голень. Тот пришел в себя и теперь выглядел очень сердитым.

— И… Хасан Мустафа, похоже, намерен удалить группу поддержки болгар с поля! Такого мы еще не видели! — с восторгом кричал Бэгмен.

Волков и Волчанов, болгарские загонщики, приземлились рядом с судьей и что-то доказывали ему, похлопывая по ладоням битами и корча страшные рожи.

— Еще два штрафных удара за недостойное поведение загонщиков болгарской команды! — выкрикнул Бэгмен, и болельщики в красном секторе взвыли от злости. — А Волкову и Волчанову лучше бы вернуться на метлы… да… что они и делают… и Трой завладевает квоффлом…

Игра стала напоминать Гарри матчи Гриффиндора со Слизерином. Вернувшиеся в воздух загонщики болгар не разбирали, по чему они бьют, по бладжерам или по игрокам соперника, а Димитров протаранил Моран, державшую квоффл, точно так же, как это хотел сделать Маркус Флинт в его, Гарри, первом матче.

— И четвертый штрафной удар на этом финале! Кажется, группа поддержки болгар немного обеспокоена… — прокричал на весь стадион Бэгмен.

Внизу кипело сражение: лепреконы изобразили гигантский неприличный жест, а взбешенные вейлы теперь ничуть не напоминали прежних красавиц: их лица вытянулись, превратившись в зубастые клювы, тела покрылись жесткими перьями, а из их скрюченных пальцев в сторону летающих человечков неслись десятки огненных шаров. Сотрудники министерства безуспешно пытались справиться с разошедшимися гарпиями.

— Внешность бывает обманчива, да, Ронникинс? — ухмыльнулся Билл.

— Моран забивает гол! — кричал Бэгмен. — И счет становится сто семьдесят — десять в пользу Ирландии!

— СВОЛОЧЬ! — закричала Лаванда. — Свинья ирландская! ВИ-ИК-КИ-И-И!!!

Гарри прокрутил картинку в омнинокле чуть назад: загонщик ирландцев Куигли мастерски послал бладжер прямо в лицо Краму.

— Тайм-аут! — закричал на весь стадион Бэгмен. — Болгария требует тайм-аут!

С тайм-аутом, однако, были проблемы: огненный шар из когтей какой-то вейлы поджег метлу судьи, так что Хасан Мустафа, сражаясь с огнем, просто не мог видеть, что происходит на поле.

— Снитч! Ловец сборной Ирландии Эйдан Линч увидел снитч, и…

Гарри вцепился в омнинокль. Ирландский ловец пикировал к земле, а Крам — с разбитым лицом, оставляя за собой ярко-алую струйку крови — преследовал его, сокращая расстояние.

— Как летит, а? Как летит! — пусть Ирландия и была выше своих соперников на голову, но королем воздуха в этот раз был болгарин — Гарри был вынужден признать это.

— Они разобьются! — взвизгнула Гермиона.

— Нет! — прокричал Рон.

— Линч оглушен, может и не вырулить! — крикнул ему Гарри, теперь уже действительно забыв про ссору.

Он угадал: Линч не справился с метлой, врезался в траву и тут же исчез под ордой разбушевавшихся вейл.

— Снитч, где снитч? — на всю ложу заорал Чарли.

— Он поймал его! Крам его поймал! Есть! — воскликнул Гарри.

— ВИ-И-И-ИК-К-И!!! Правда, правда, он замечательный? Но как же ему больно…

Крам, с окровавленным лицом, в алой, пропитанной кровью мантии, неторопливо поднялся в воздух — в его высоко поднятой руке искрилось золото.

«Болгария — 160, Ирландия — 170» — гласил итоговый счет на табло.

Трибуны не сразу поняли, что произошло: рев болельщиков болгарской команды постепенно замолкал, а на украшенных зеленью трибунах глубокий вздох разочарования постепенно сменялся торжествующими воплями.

— ИРЛАНДИЯ ПОБЕДИЛА! — провозгласил Людо Бэгмен. — ВИКТОР КРАМ, ЛОВЕЦ БОЛГАРСКОЙ КОМАНДЫ, ПОЙМАЛ СНИТЧ, НО ПОБЕДИЛА ИРЛАНДИЯ! Мерлин, ну кто мог ожидать такое?!

— Ну зачем, зачем он поймал снитч при таком разрыве? — расстроенно пробормотал Рон.

— Он просто знал, что болгарам никогда не догнать ирландцев — их охотники слишком хороши, — пожал плечами Гарри. — Крам просто хотел закончить игру на своих условиях. Я бы, наверное, сделал так же.

— Виктор поступил очень мужественно, — согласилась с ним Гермиона, склоняясь через барьер, чтобы лучше видеть, как садится Крам. Целая толпа целителей пробивалась к нему через свалку дерущихся вейл и лепреконов. — Лаванда?

Блондинка сжимала омнинокль так, что одна из бронзовых деталек, кажется, погнулась.

— С ним все будет хорошо, — успокоила подругу мисс Грейнджер, — вот увидишь.

Гарри снова приставил омнинокль к глазам. Окруженный целителями Крам выглядел еще более хмурым, чем на плакатах, да и вся болгарская команда пожимала друг другу руки довольно невесело. Вейлы опять вернулись к своему прежнему очаровательному облику, но вид у них был удрученный и печальный.

— Что ж, они храбро сражались, — послышался мрачный голос позади Гарри. Он оглянулся — это был болгарский министр магии.

— Вы… Вы говорите по-английски? — выпучил глаза Фадж. — А я-то пытался объясняться с Вами жестами…

— Это было достаточно забавно, — улыбнулся болгарин, и Гарри сделал себе пометочку, что на международной арене авторитет британского Министерства Магии не слишком высок и, возможно, этим удастся воспользоваться.

— Ирландская сборная выполняет круг почета в сопровождении своих талисманов, а Кубок мира по квиддичу вносят в верхнюю ложу! — объявил Бэгмен.

Ирландцы взмыли над стадионом, осыпаемые золотом слетевшихся к ним бородатых талисманов, а двое запыхавшихся волшебников внесли в ярко освещенную министерскую ложу увесистую золотую чашу, которую и передали Корнелиусу Фаджу.

— Давайте громко поаплодируем доблестным проигравшим — сборной Болгарии! — громогласно предложил Бэгмен.

Поднявшихся в ложу болгарских игроков встретила волна благодарных рукоплесканий; Гарри видел блеск и мерцание многих тысяч объективов омниноклей, направленных на спортсменов, которым по очереди пожимали руки оба министра. Крам, шедший последним, выглядел довольно неважно: вокруг глаз залегли черные тени, на лице запеклась кровь; он все еще сжимал снитч. Стоило прозвучать его имени, как весь стадион разразился громоподобным, разрывающим уши ревом.