– Так враги и с реки зайти могут, – хмыкнула магичка.
– К нам сюда с реки только однажды северные орки заплыли, – презрительно скривился чиновник. – Во времена Короля Всех Людей.
– А вы что, не знаете, что народы из-за Гор Пред Вечными Снегами активизировались? – уставилась женщина на него. Учитывая, что принц и сам в этом не был уверен, заявление потрясло Златко своей наглостью.
– Активизировались? – переглянулись, кажется, все. Могла ли быть какая-то новость хуже этой?
– Именно. Более того, некоторые неосознанные личности считают, что править на пепелище лучше, чем просто жить в достатке, и пытаются мутить воду в такой момент. Так как мне относиться к вашему поступку в такой опасной ситуации? Как к глупости или как к измене?
– Ничего подобного! – возмутился чиновник. – Никакой измены! Мы просто задержали юношу до выяснения! Что вы пытаетесь нам предъявить?! Кто вы вообще такая? Какая у вас должность?! Вы не имеете права!
– Как к глупости, – твердо оборвал его градоначальник. – И мы, госпожа Азилеску, готовы всячески ее исправлять. Как нам это сделать?
Рябинка милейше улыбнулась.
– Приятно видеть в людях такое понимание. Итак, прежде всего я хотела бы узнать…
Через некоторое время Златко вышел из кабинета вслед за волшебницей, и дверь за его спиной снова накрепко примерзла к косяку. Магичка тем временем вытащила амулет с зелено-синими камнями, активировала его и разве что не пропела:
– Твое высочество, ты мне до-олжен.
Из артефакта раздался недовольный голос принца, нелестно отозвавшегося о дорогой подруге.
– Да-да, я такой грязью заниматься не подряжалась. Я, твое высочество, зомби люблю погонять, василисков всяких, упырей, на худой конец, а ты заставляешь меня воевать с этими мерзкими бюрократами! – Она поправила свое дорогое платье и полюбовалась своим отражением в стеклянной дверце шкафа. – Я к такому не приспособлена!
– И что там? – заинтересовался принц.
– Как обычно, – Рябинка вздохнула. – Немного жадности, немного тщеславия, немного страха. Присылай своих бойцов. Пусть всю эту кодлу забирают.
– Прямо-таки всю?
– Городского голову – точно. Еще там один подпевала был. Очень борзый. Вот его точно нужно потрясти. Явно через него договаривались.
– Сейчас пришлю, только активируйте с юным Бэррином амулет, – Лучезар явно отвлекся, сказал что-то кому-то вне зоны артефакта, до слушающих донеслось только невнятное бурчание. Потом звук вновь стал разборчивым. – Вот как отправишь тебя куда-нибудь, так вечно всю верхушку власти приходится менять!
– Что поделаешь, что поделаешь, – усмехнулась волшебница, – меня учили уничтожать нечисть.
Принц хохотнул и скоренько попрощался.
* * *
Марион невидяще смотрела в морскую даль. Недавняя перепалка сожрала все силы. Не привыкла она к такому обращению. Да, отец всегда наплевательски относился к ней и сестрам. Но от остальных жестокости они не видели. Самое худшее – равнодушие, однако в основном ее и девочек любили, оберегали, даже жалели. В Академии Марион вообще выделяли, отмечая ее пространственное мышление и умение сочетать несочетаемое. Кто же знал, что именно это ее и подведет? Новый придуманный тип пентаграммы отличался запредельным уровнем сложности, но именно он позволял напитывать защитные структуры силой из пространства практически без участия чародея. Это могло решить проблему дальних крепостей, где всегда не хватало магической поддержки.
Осталось-то не так много. Уже совсем скоро она стала бы совершеннолетней и сама смогла бы управлять своей жизнью. Кто же знал, что ее преподаватель окажется такой сволочью? Связался со своим кузеном с далеких островов, куда волшебников так просто не заманишь. Тем более к настолько деспотичному хозяину. Тот уже нашел язык с ее отцом, который больше всего опасался, что придется за ней приданое давать, а тут не только без него забрали, так еще и заплатили, чтобы дал согласие на брак. Всего-то двух лет до совершеннолетия не хватило… И все довольны – преподаватель выдает ее пентаграмму за свою, его родственник Кейрон-дес получает того, кто может нарисовать сверхсложные защиты и избавить от расходов на этих мерзавцев-магов, ее отец радуется нежданным деньгам.
Вот только у нее не спросили, хочет ли она отправляться замуж за того, кого не видела никогда. Хочет ли бросить так удачно начинающуюся карьеру? Попрощаться с вольной жизнью, о которой она так мечтала? К которой привыкла. Сейчас ее сковывало хоть и почти номинальное, но подчинение отцу, все же зарабатывать она пока не могла. Да и девочки-сестрички еще маленькие. А после Академии можно наконец найти работу. Тем более и наметки есть. Да и после того, как ее пентаграмма стала бы известна, сложностей с зарабатыванием денег не возникло бы вообще! А еще можно было бы при Академии остаться. По крайней мере, пока мелкие не доучатся… Проклятье! Проклятье!
Все-таки правы были создатели Стонхэрмского Университета – магов нужно сразу учить защищаться. Как там у них говорят – сначала нужно выжить? В Порукской Магической Академии первые годы обучения уделяли изучению теории. Прекрасно, конечно. Вон она как преуспела. Да и большинство действительно эффективных заклинаний придумали их выпускники. Только какое это имеет значение, если, похоже, выжить ей как раз не удастся? Ведь всё, что она умеет, – это лишь самые простые заклинания. Этого может хватить отбиться от пьяных в темном переулке или от незадачливого грабителя. Но как противостоять опытным наемникам, которые озаботились соответствующими амулетами? Более того, эти артефакты, скорее всего, рассчитаны на сражение с полноценным боевым магом, не такой недоучкой, как она. Что теперь толку от ее знаний? Пентаграммы хороши для защиты крепости или ловушек для нечисти, никак не против воинов… И ведь теперь развиться и не получится. Кто ее там будет обучать? И зачем?
«Вот же ж дура. Нужно было молчать о пентаграмме. Молчать! Доучиться и самой на ней зарабатывать… Какая же дура…» – Эти мысли снова и снова проносились в голове, каждый раз ввергая девушку в бездонный омут самобичевания.
«Еще и эти… охранники, мать их гоблинша…» Опытные циничные вояки, готовые ко всему и лишенные какого-либо пиетета перед женщиной или волшебниками. На Марион никто никогда не поднимал руку. Она даже представить не могла, что такое произойдет с ней. Это все было из мира каких-то других людей, чужих несчастий, которые возмущают, но не трогают. И теперь… за ней везде таскается эта троица. Только и ждет… Пока рядом был отец и его люди, они молчали. На корабле их тоже окружают матросы и пассажиры. А вот что будет, когда они сойдут на берег? Хорошо, по городу пойдут у всех на глазах, но потом будет дорога до поместья Кейрон-деса. Несколько дней пути… Не отыграются ли они за все произошедшее? Если их хозяин действительно такой, как о нем говорят, то ее ожидают отношение только как к прислуге, еженедельные изнасилования и, возможно, тумаки за неуважение.
Как же так она попала-то?.. Все же было так хорошо… Впереди была жизнь в достатке и с интересной работой. От нее хватило бы денег девочкам на учебу или на хоть какое-нибудь приданое. А там… рано или поздно… Да что она, сама не девушка? Да, она тоже мечтала, что однажды в ее жизни появится заботливый и сильный мужчина, готовый защищать и способный это сделать. У них будет маленький уютный дом и пара детишек. И он обязательно будет понимать ее увлечение магической наукой. Зачем, ну зачем она для него берегла себя? Девчонки-сокурсницы гуляли направо и налево, не пропуская ни одного красавчика, будь то эльф, орк или человек. Чего она ждала?
Кейрон-деса? Пятидесятитрехлетнего вояку с язвой и перепадами в настроении? С одним официальным – взрослым – наследником и тремя непризнанными бастардами? Посылающего за невестой наемников типа Дестина с разрешением применять силу, если попытается сбежать?
Боги, почему же она не поступила в какую-то другую Академию? Почему не промолчала?.. И что же ей теперь делать?