Достал сменную одежду и только тут понял, что в сумке она не очень-то и просохла. Но деваться было некуда. Пришлось напяливать как есть. Порылся в сумке в поисках кроссовок или может чего ещё туда сунул, и вдруг обнаружил сапоги. Да, те самые, что шил мне обувщик. Довольный как слон, отправился к морю, но на полпути замер. А на фига? Потом мокрые ноги в сапоги совать? Во идиот. Вернулся к кустам. Кое-как отёр о траву, после чего с чувством великого удовлетворения натянул обувку. Теперь надо было озаботиться ночлегом. В принципе пожрать бы не мешало. Но вот еды у меня точно не было. Как-то в голову не пришло кинуть хоть пачку сухарей. Заниматься поисками ягод тоже не фонтан. Тем более что солнце уже практически ушло за горизонт и над берегом нависли сумерки. Скоро вообще темно будет, как искать ягоды в такой темноте?..

   Попытался наломать веток с кустов. Увы. Мелкие, колючие, а главное плохо ломаются, как ива. Сухой листвы не наблюдалось, но это и неважно. Стал рвать обычную. А они мелкие, никуда не годные. Минут десять рвал всего жменю набрал. Спать на земле, как пишут в книжках, очень даже неудобно. И дело даже не в холоде, а в поверхности. Найти абсолютно ровную практически невозможно. А на той, что имеется, то кочка в бок, ноги выше головы, то козявка какая-нибудь на тебя залезет.

   Я же спать не собирался. Откуда мне знать, кто в этом лесу или роще водится. Может медведь, или того хуже тигр. Да обыкновенной лисы хватит. Цапнет, зараза, и убежит. А мне с бешенством бегай по пляжу. Не, такое счастье мне без надобности. Сидеть же на песке ночью дело не самое лучшее. Это днём он тёпленький, даже горячий бывает. А вот ночью он очень даже холодный. Я бы даже сказал неприлично холодный. Поэтому подыскал местечко более или менее ровное, рядом с кустами, на земле. Хотел костерок сообразить, но тереть палочки не умею, да и не было здесь сена. Даже мха тысячелетнего не было. Всё сочное, свежее. А такое даже дымиться не станет.

   Тяжело вздыхая о судьбинушке своей несчастной, уселся под кустами, глядя на море. Некоторое время его ещё было видно, вскоре только звук прибоя остался. Для ориентира. Ночь вошла в свои права.

   Сидеть, как выяснилось, тоже не очень удобно. Мало того, что земля очень быстро остыла, и стало совсем не комфортно, так ещё и задремав падаешь либо на кусты, а они всё же не перина, или в песок, что ещё больше не доставляет удовольствия. Добавить к этому зудящих над ухом комаров, бабочек норовящих влезть в то же ухо, странных звуков из леса и становится понятным, сон - недостижимая мечта.

   Рассвет я встретил злой, не выспавшийся, раздражённый донельзя и голодный, как волк. Ощупал одежду, вроде высохла. Собрал, сунул в сумку. Ботинки, конечно же, не высохли. Даже, кажется, мокрее стали. Но это точно, кажется. Не могли они стать ещё хуже чем были. Всё равно оставлять их на кустах смысла не было. Пришлось так и засовывать в сумку.

   Собрав шмотки, постоял, в раздумье, в какую сторону идти. Слева на горизонте вроде горы. Рассвело ещё не очень хорошо. Но ещё вчера во время заката обратил на это внимание. Могут ли там быть люди? А фиг его знает. Может прямо? Но там лес. Что-то не хочется. Даже ножа нет, чего там делать? В противоположную сторону от гор? А куда ещё? Позади море. Решено. И я отправился вдоль берега прочь от гор.

   Идти по песку не самое большое удовольствие. Потому, старался топать ближе к кустарнику. Но вскоре он закончился. Море вроде отодвинулось вправо, а лес влево. Или это джунгли? Не знаю. Не бывал никогда. Взял ближе к лесу. Там земля твёрже идти удобнее. А ещё через некоторое время вдруг обнаружил, что море совсем отодвинулось на неприличное расстояние. Как-то это известие немного озадачило. Осмотрелся и с удивлением увидел впереди домики. Город? или село? Вот это уже было что-то, и я прибавил шаг.

   Вскоре стало ясно, это предместье. На окраине дома были одноэтажные, сельского типа. Но буквально через квартал они сменились уже на двух, трёх, и даже пяти этажные со своими двориками, детскими площадками, песочницами, качелями, а в одном даже карусель была.

   Если продолжить идти прямо то, скорее всего, выйду в порт, к морю. Почему-то решил я и свернул влево. Дома снова стали возвращаться к сельскому варианту. За ними проглядывался тот же лес. Я остановился. Что-то тут было не так.

   Всё это было странным. Ни звуков тебе, ни запахов жизни. Ароматы цветов, разумеется, были. А вот свежим хлебом, булочками, да и вообще любой едой не пахло. Такое ощущение, будто в этом странном городе вообще никого нет. Но почему тогда дома такие ухоженные? Почему на улицах порядок, ни мусоринки нигде, при этом абсолютно все виденные мной урны блестят чистотой?

   На грани слышимости раздался звон. Я вздрогнул. Прислушался. Нет, не церковный. Стучали металлом по металлу. Ещё раз прислушался повнимательнее. Определил направление и двинулся туда.

   Вскоре улица закончилась, и я вышел на окраину города. Здесь на поляне, хотя назвать это поляной язык не поворачивался, поле, громадное поле, на котором стояло несколько строений типа сарай, и возле некоторых из них валялись куски рассыпанного угля. Чуть дальше располагалось строение, по-видимому кузня, откуда доносился звон металла, а из трубы валил густой чёрный дым. Справа от кузни находился пруд, заполненный водой. Возле него стояло несколько бочек, тоже не пустых.

   Я подошёл к распахнутой двери кузницы и заглянул внутрь. У железного стола стоял коренастый гном и лупил здоровенной кувалдой по предмету, лежащему на наковальне.

   -- Шура?! - Невольно вырвалось у меня.

   молот замер в самой высокой точке, после чего аккуратно опустился на пол. Гном, не меняя позы, повернул голову и глянул в мою сторону ничего не выражающим взглядом.

   -- Ты кто? - Спросил он.

   -- Я? - Растерялся я. - Я, Свар. А ты что тут делаешь?

   -- Откуда ты знаешь моё тайное имя? Ты Бог? - Не ответил на мой вопрос гном.

   Если б я знал, почему назвал его Шурой?.. Может потому, что других кузнецов мне как-то не довелось встречать? Честно говоря, и Шуру я не видел в игре. Это само как-то выскочило.

   -- Нет. Я не Бог. Так что ты тут делаешь? - Снова задал тот же вопрос я, ощущая опасность. Хотя ничего угрожающего в действиях гнома не было.

   -- Разве не видишь, кую.

   -- А ты уже научился ковать?