— Готова? — спросил у леди Ник, подставляя ей локоть, на который она с благодарностью оперлась.
Джоанна шумно вдохнула воздух, приказала себе успокоиться, и затем выдохнула.
— Думаю, да, — ответила женщина. — Даже и не верится, что мы уже здесь.
— По сути, мы ещё не попали внутрь. Но ты права.
— Кстати, ты не забыл о танце? Ну, знаешь…
— Поговорим об этом чуть позже, — мягко завершил разговор он — ведь спутники подошли к охраннику на входе в особняк.
Его охраняли двое роботов-штурмотронов, способных уничтожить нарушителя в два счета, ведь они создавались специально для участия в Великой войне, и ещё один антропомофный робот в смокинге, что сверял гостей. С большим удивлением резидентка Убежища 111 отметила, что он взломан — его глаза ярко отливали красным в сумерках, постоянно предупреждая о том, что в его системы вторглись, и он предоставляет опасность.
— Ваши приглашения? — его искажённый голос прорезал тихо доносящуюся из залов музыку. Путники протянули ему свои письма. Сзади о чем-то шушукались Миллеры.
— Добро пожаловать, леди Джексон, — прочитав её приглашение, проговорил механический слуга, предварительно обыскав её на предмет оружия. А вот с Ником возникли трудности.
— Миссис Ребиндер щепетильно относится к безопасности гостей. Поэтому вам запрещён проход с тростью.
— Она не служит как оружие, — упрямо заявил он.
— Мне жаль, — безэмоционально проговорил робот. — Но с ней я вынужден отказать вам в проходе.
— Что тут за суматоха, LD-SJR? Почему задерживаем проход гостей? — раздался недовольно голос подошедшего из зала гуля, что, уперев руки в боки, наблюдал эту сцену.
— Мистер принёс на торжество оружие. Я вынужден…
Незнакомец мгновенно перевёл взгляд на них, и на короткий, едва уловимый миг на его лице отразилось удивление; это не ускользнуло незамеченным от леди.
— Пускай идёт, — распорядился он. — Мы же разрешили проход Лиатрисе Беннет с зонтиком. Просим прощения, сэр.
— Ничего, — удивлённо проговорил детектив.
— К слову, простите мою невежественность. Зовите меня Джорджем Ченингтоном. Я — главноуправляющий этим местом.
Тощий гуль поцеловал руку Джоанны и протянул свою для рукопожатия Нику.
— А мы… — начал было последний, но был перебит:
— Я знаю, — кивнул Джордж и нетерпеливо щёлкнул пальцами в белых перчатках, — леди Джексон из Пристанища и мистер Валентайн из Даймонд-сити.
Он коротко откланялся и удалился, а напарники остановились в прихожей.
— Ну и ну, — сказала Выжившая, всё ещё пребывая под впечатлением от этой небольшой сцены.
— Зато теперь мы знаем, кто оказался правой рукой хозяйки.
— Если знаем, — возразила та. — Здесь ведь творится какая-то чертовщина.
— Ох, леди, что это вы позволяете себе ругаться на таком приёме, — не преминул возможностью подтрунить над ней робот.
— Ну тебя, — не обиделась она и, переведя взгляд на напарника, улыбнулась: — Пойдём?
Её спутник кивнул, и вместе они двинулись к свету, музыке и едва различимому гулу человеческих голосов.
***
«Velvet rope, let us pass,
Drop an olive in your glass,
Put it on, a disguise,
It’s an opera of lies…»
Lorde — Meltdown*
На мгновение яркое свечение ослепило глаза леди, уже успевшей отвыкнуть от такой иллюминации, но, пока её очи привыкали к ней, Джоанна успела окинуть взглядом всё здесь.
Казалось, время было абсолютно не властно над этим местом. Огромных размеров зал, выглядящий невероятно внушительно на фоне тех трущоб, в которых перебивались каждый день жители Содружества, освещала массивная хрустальная люстра, отражая электрический свет. Она красиво искрилась и переливалась огоньками, словно редкий алмаз. От одного только взгляда на неё у Выжившей перехватило дыхание. Сложно было даже представить, сколько паровых и электрических генераторов питают одну только её. Даже Миллеры, что жили в сравнении с другими в роскоши, пользовались свечами и только позволяли себе освещение из небольшой лампочки в гостинной. Под ногами блестел натёртый воском паркет.
Удивительно, но здесь играли самую настоящую живую музыку, к которой Джоанна незамедлительно прислушалась. Классические произведения исполняли несколько гулей: один с виолончелью, другой сидел за роялем, третий держал в руках флейту, ещё один был с трубой. По центру в силу почтенного возраста сидела на кресле старушка и вдохновлённо водила смычком по струнам красивой скрипки. «Сто лет не слушала классики!» — восхищённо проговорила спутнику леди.
Избранные, попавшие сюда, разбрелись по всему залу и поделились на небольшие группки. И кого здесь только не было! Всевозможные национальности, расы, начиная от людей, заканчивая старыми довоенными гулями. А ещё тут было полным-полно роботов леди Ребиндер. Знакомых лиц не наблюдалось, а Миллеры успели куда-то пропасть, так что Джоанна с Ником двинулись вглубь помещения. Мимо проплыл механический официант с подносом и предложил бокалы с сухим белым вином. Увы, до сегодняшнего дня традиционное на таких приёмах шампанское не дожило. Немного рассеянно миссис Джексон приняла один и отпила из него. Горьковатый вкус разлился по горлу, но приятно согрел тело. Глотнув напитка во второй раз, Джоанна, прищурившись от удовольствия, как кошка, неспешно оглядывала толпу, как вдруг заметила кое-кого знакомого.
— Это же Литрис? — переспросила она у Валентайна, и он, приглядевшись, ответил утвердительно. — Литрис! — махнула ей рукой женщина.
Та вскоре заметила их и пружинистой походкой подплыла к ним.
Выглядела робо-девушка сейчас просто сказочно благодаря, очевидно, стараниям той же Гарриет. Её наряд из тёмно-синего шёлка с сиреневыми вставками плотно облегал стан и оголял плечи, расширяясь пышной юбкой до колен. Одеяние украшали пиковые узоры, тонкие ремешки на талии и полосатые рукава, а так же совсем литрисовский элемент — болтающиеся на шее гогглы. Под стать платью были подобраны сапоги, а ноги до колен обтягивали сетчатые чулки. В то же время волосы Литрис в этот раз были собраны в два низких пучка, а у затылка красовался гребень. В руках она, кстати, держала подходящий зонт. Но завершающим элементом была маска, продолжающая тематику карточной масти.
— Ты сегодня Пиковая дама, Литрис? — обратилась к ней Джоанна и всё никак не могла оторвать взгляд от великолепного наряда знакомой.
— Да так, скорее, десятка, — фыркнула та. — Все мы знаем, кто на самом деле здесь Пиковая дама.
К слову, хозяйка торжества нигде не наблюдалась, словно её и не было вовсе. Выжившая сочла это странным, а двести лет назад это приняли бы за выражение самого дурного тона.
— Ненавижу бывать здесь, — тихо призналась Литрис, охватывая взглядом толпу. — Праздник лицемерия. Все веселятся, вроде бы на следующий день не придется опять на голодных пустошах бороться за крышки и патроны. И считают это за должное. Если бы не Беннеты, никогда бы сюда не пришла.
Джоанна отчасти разделяла её настрой. Весь показушный лоск этого места сбивал с толку, заставлял забывать о тяжёлой жизни, но стоило только присмотреться — и всё вновь возвращалось на свои места. Это виднелось в шрамах на телах гостей, их беглым недоверчивым взглядам, выпирающим скулам, хилой осанке, нарядах в заплатках. Зачем их сюда пригласили? Просто чтобы пообщаться? Едва ли.
— Давай хоть расскажу, кто есть кто? — предложила Литрис миссис Джексон и, получив согласие, перехватила её у Валентайна, взяв под локоть. Она неспешно повела её вдоль залитого светом зала и сообщала подробности о некоторых гостях:
— Ага, замечаю Миллеров. Отец, кстати, не посещает балы после того, как исчезла его жена.
— Видишь женщину слева? Это смотрительница Убежища 81. Оно до сих пор рабочее. Навести его, там интересно.
Сама глава убежища болтала с каким-то пожилым мужчиной, и леди про себя отметила, что та одета в платье от ВолтТек за неимением другого, подобное которому она носит до сих пор, только обрезав его.
