Команда «Отбой» всегда желанна для любого курсанта. Повторять ее два раза никогда не требовалось. Все быстренько рухнули в еще неостывшие койки досматривать прерванные сны.
Поспали. Досмотрели. Утром встали, *здец – десятка хлястиков как не бывало!
Хлястики стали навязчивой идеей всех и каждого. Их снимали с шинелей друг у друга и у соседей по батальону. Снимали со старых шинелей, найденных в ротной каптерке и оставшихся от предыдущего выпуска.
Тем не менее хлястики все равно пропадали. Как будто они были живые и активно разбегались при малейшей попытке оставить их без присмотра.
Хлястики снимали во время увольнений в город в раздевалках многочисленных Домов культуры города, где проводились дискотеки для молодежи. С большим удовольствием снимались хлястики с шинелей курсантов ракетного училища и училища внутренних войск, которые базировались в нашем городе.
Известен случай, когда три курсанты нашей альма-матер пришли на танцы в ДК им. Гагарина и обнаружили фракцию «стратегов» из ракетного училища, лихо отплясывающих на танцполе. Пользуясь подавляющим численным преимуществом, ракетчики с нескрываемой издевкой в голосе посоветовали «летунам» уносить ноги, пока целы и пролетать мимо дискотеки по траверсу «как фанера над Парижем», ибо все девушки уже заняты.
Курсанты ВВС всегда отличались умом и сообразительностью. Нарываться на конфликт при семикратном преимуществе «стратегов» было бессмысленно. Инстинкт самосохранения удержал наших «ястребов» от нестерпимого желания резко и доходчиво ответить на выпад ракетных острословов …или сразу ввязаться в законную драку.
Вежливо и церемонно откланявшись, наши ребята перед отступлением на исходные позиции, заглянули в раздевалку Дома культуры. Где в отместку за необоснованную грубость ракетчиков, сняли все хлястики с их шинелей.
Улов составил двадцать один хлястик, которые были незамедлительно розданы личному составу 4-й роты под одобрительное улюлюканье и обидные комментарии в адрес «соратников по оружию» из ракетного училища.
Нам живописно представлялись унылые физиономии «стратегов», когда закончив куражиться на дискотеке, они собрались возвращаться в ракетную бурсу.
Их мордуленции явно перекосило до полного неприличия, к бабке не ходи! Ничего, хамов надо учить. В следующий раз будут вежливей.
При сдаче гарнизонного караула умудрялись снимать хлястики у вновь заступившего состава наряда, который уже впрягся в несение дежурства. Естественно, при условии, что нас меняли курсанты из ракетного или «помидорного» училища внутренних войск. За пределами альма-матер у своих пацанов снимать хлястики – грех.
При удачном раскладе из гарнизонного караула умудрялись привозить от двух до пяти хлястиков. Они мгновенно расходились по рукам страждущих ребят, профукавших (самый мягкий литературный вариант, поверьте на слово) родные хлястики.
Все шинели, доставшиеся по наследству от старших курсов обучения, были безжалостно распущены по швам на отдельные куски войлока. В училищном ателье нашили горы запасных хлястиков и распределили поровну по всем ротам 1-го курса. Или по-честному?! Не помню как именно распределили, но хватило всем и не по одному.
В итоге у каждого курсанта-первокурсника в полевой сумке лежало по два-три запасных хлястика. Четвертый хлястик висел на шинельке, пришитый намертво …и все равно хлястики продолжали пропадать с безысходной периодичностью. Просто фантастика! Удивительное явление, лежащее за пределами разумного объяснения.
А вот солдатские хлястики в эпоху тотального дефицита нас не интересовали по-определению. Сукно солдатских шинелей радикально отличается по цвету от курсантских. Поэтому солдаты Красной армии могли спать спокойно. Они в сферу повышенного интереса охотников за шинельными хлястиками для курсантских шинелей не входили ни при каком раскладе. Согласитесь, что носить рыжеватый хлястик на темно-серой шинели – моветон.
Офицерские хлястики так же не трогали ни при каких обстоятельствах – иерархию и единоначалие в Советской армии никто не отменял.
Самое смешное, что как только на левом плече курсантской шинели, прямо под шевроном появились две курсовки , хлястики перестали пропадать. Причем совсем, абсолютно!
Интерес к ним самопроизвольно сошел «на нет». Хлястики оставались мирно висеть на законных местах, независимо от длительности нахождения шинели вне зоны пристального внимания хозяина.
Хм, стало как-то неинтересно учиться. Приходишь в раздевалку после очередного занятия. Сердце трепетно колотится в азартном сомнении. Сняли хлястик или все же не сняли? Нет, не сняли. И уже не снимут. Второй курс, однако. А это уже каста «неприкасаемых», не хухры-мухры. Куда деваться?! А жаль, было так весело.
Лишь однажды у киевлянина Лелика Пономарева, когда он учился уже на третьем курсе, кто-то из «минусов» по личной дурости или, потеряв остатки инстинкта самосохранения, попытался снять хлястик.
Неизвестный потенциальный самоубийца уже отстегнул одну пуговицу, удерживающую хлястик. В предчувствии долгожданного момента обладания дефицитным предметом армейского одеяния, злоумышленник бросил мельтешаще-вороватый взгляд на левый рукав шинели Лелика… и, увидев «батарею» из трех курсовок, был неприятно удивлен. Он явно оцепенел от ужаса. Испытал слабость в коленках. Руки бессильно повисли вдоль тушки. Потеряв остаток самообладания, неустановленный «минус» панически бежал с места незавершенного преступления.
Будем надеяться что, не замочив галифе. Ибо в нашем военном училище ребята, переступив порог третьего курса обучения, ребята переходили в разряд «полубогов» …или что-то в этом роде.
Что ни говори, а в альма-матер уважение к старшим всегда оставалось неотъемлемой частью воспитания и передавалось из поколения в поколение. Передавалось абсолютно ненавязчиво, без каких-либо карательных или унизительных воздействий со стороны старшекурсников. Просто так было заложено в самих взаимоотношениях между ребятами.
Старший – значит мудрый. Он видел больше тебя. Прошел дальше тебя. Умеет и знает то, до чего ты пока еще не добрался, в силу своей молодости и неопытности. И уже только этот факт заслуживает искреннего уважения со стороны младшего поколения. Так было, так есть и так должно быть. И к пресловутой «дедовщине» это не имеет никако отношения, поверьте на слово.
Итак, эпидемия пропажи хлястиков с момента нашего перехода на второй курс неожиданно закончилась. Закончилась мгновенно, одним днем. Как будто кто-то невидимый нажал на секретную кнопку. Раз …и все завершилось.
Зато новый, только набранный первый курс ходил как стадо «поголовно беременных кошелок» в необъятно просторных одеяниях бесформенных шинелей.
И уже мы, повинуясь установившейся традиции, передавали по наследству неопытным и откровенно паникующим «зёмам» из рук в руки по два-три остродефицитных хлястика для их шинелей.