Я прикасаюсь тыльной стороной ладони к его лбу, но ожидаемо он был такой же горячий, как и всегда.
— Температура у тебя… ну, вроде нормальная, — выношу я вердикт, стараясь не обращать внимания на то, как песчаный постарался приластиться к моей лапе. — Глаз как?
— Ещё страннее, — усмехается дракончик, прикрывая свой правый глаз, оставляя смотреть лишь в сотворённый дракомантией. — Он видит всё слишком хорошо. Резкие границы, цвета, которые я до этого не замечал. Это сбивает с толку. При этом по краям виден тёмно-бежевый оттенок. И ещё я чувствую, как он поворачивается на своём месте. Это даже щекотно.
— Ну-ну. Всё тебе щекотно, — хмыкаю я, ловя морду песчаного двумя своими лапами за скулы. — Ещё раз вытворишь что-то подобное, я тебя лично убью после. Если ты выживешь. Понял меня?
— Между прочим, я хотел вас защитить… — Каракурт тут же и замолкает, когда я чуть надавливаю на его щёки и подтягиваю его морду ближе к себе.
— Ты сам в это веришь? Я вот нет, — фыркаю я, чем заставляю песчаного смущённо отвести взгляд в сторону. Или это он не из-за раскаянья… Стоп.
Я чувствую своими ладонями, как он вздрогнул. Как слегка потирается своей мордой о мои пальцы. Нет. Нет-нет-нет. Только не это! Уж лучше два злодея вселенского масштаба, да хоть три, только не эта абсолютно дурацкая сцена, которая в данных событиях ещё и полностью неуместна! Если он сейчас скажет то, о чём я думаю, всё произошедшее со мной за последнее время ещё больше будет похоже на дурацкую, плохо и безвкусно написанную книгу.
— Водомерка… мне кажется, что я тебя… — смущённо начинает говорить Каракурт, и я спешу его заткнуть, сжимая его челюсти своими лапами и направляя взгляд дракончика к себе.
— Я поняла. И я отказываюсь. Сразу же, — без всякого сожаления наношу я беспощадный удар по этому дракончику, решившему броситься в ещё одну самоубийственную битву. В его взгляде я замечаю вспышку боли и разочарования, сомнения в себе. Мне даже на секундочку становится жалко беднягу. — Понимаешь… Давай начнём с того, что то, что ты сейчас испытываешь, скорее всего своеобразная форма страсти, но никак не любовь. И вообще, я считаю, что любви не существует. Все эти «высокопарные» высказывания — чистейшей воды глупости, придуманные романтиками, думающих чем угодно, но не своей головой.
Уши песчаного опускаются, но он внимательно меня слушает, не решаясь меня прерывать.
— В общем, это чувство рано или поздно исчезнет, оставив после себя лишь злость и разочарование. Во-вторых, ты не находишь, что обстановка несколько, хмм… не подходит для таких признаний? Ну, тебя чуть не убили, мы, по сути, сидим под присмотром нового Мракокрада… Сплошная романтика, да? Ещё и в окружении сокрыльцев. Нет. — Постепенно я разжимаю свои лапы, и песчаный неуверенно кивает, соглашаясь с каждым моим доводом. Хорошо хоть, он не потерял голову от нахлынувших на него чувств. — В-третьих, вполне возможно, что твои чувства сейчас ко мне — это аффект от пережитого тобой.
— Я испытывал это к тебе уже несколько дней, — растерянно отвечает Каракурт, видимо решивший оправдать своё неестественное и спонтанное чувство.
Интересно, чем оно обусловлено? Может, какие-то драконьи инстинкты? Я прислушиваюсь к себе, заодно накрыв ладонью нос песчаного, таким незамысловатым образом прося его помолчать. Нет, во мне ничего такого нет. Никакой «любви». Так, скорее симпатия, которая вызывает идущую у меня изнутри волну страха, но… Это немного другое, завязанное на том, что мне даже противно думать об отношениях, при воспоминаниях из прошлой жизни. И вообще, я не хочу думать о всех этих глупостях! Вот серьёзно, мне нет до этого никакого дела.
— И последнее. Сколько мы друг друга знаем? Даже месяца нет, — с укором в голосе продолжаю я, приводя свой последний и наиболее железный аргумент. — Это только в красивых легендах герои влюбляются за считанные дни. Реальность куда сложнее… Давай, хмм, для начала станем с тобой хорошими друзьями? Узнаем друг друга поближе, а там, через пару лет, уже будем размышлять что и как? Заодно в себе разберёшься, что это за эмоция. Хорошо?
— Угу, — неохотно, но всё-таки выдыхает песчаный дракончик, слегка поведя своими крыльями. — Наверное, ты права.
— Не поверишь, но я очень часто права, — соглашаюсь я с песчаным, затем медленно поднимаясь со своего места и направляясь к сопящей на шкурках Тростинке. Разве что остановилась, чтобы обернуться на приунывшего дракончика, медленно двинувшего лапами обратно к своему спальному месту. Может, сказать ему что-нибудь ободряющие? Уровня «не всё потеряно, боец»? Нет, это всё лишнее, тем более с учётом того, что я сама не до конца уверена в том, чего хочу на самом деле. Так что, пристраиваясь около своей сестрички, я скажу лишь банальное: — Спокойной ночи, Каракурт.
Комментарий к Глава 27. В которой спасение пришло откуда не ждали.
Ну что. 1ое сентября 2020, в час ночи - самое время для новой главы? :D
Спасибо бете за самоотверженное редактирование.
Из интересного:
Вообще, стоит отдать должное в этой главе гамме(которая есть, но не на фикбуке). Главный герой чуть было не превратился в нытика, потеряв приличную часть своей соображалки. А это для него совсем было бы не свойственно. Да и многие другие моменты были изменены в значительной степени. Кстати, за одну перестановку спасибо и бете :D
И ещё. В группе автора в ВК появились как наброски предысторий Жнеца и Брайникл, так и пара фанартов от одного из читателей.
Из житейского:
Всё говорю, что глава выйдет с задержкой, а задержка не получается. Я уже привык писать.
Но вообще, я устал. В том плане, что эта очень объёмная работа, которую я до этого никогда не выполнял(в плане писательского творчества) в достаточно быстром темпе. Забавно.
Вскоре первый вступительный экзамен, так что на этот раз глава точно выйдет с задержкой.
Ну и, конечно же, авторскификбуковская чепуха:
Стройте свои коварные злодейские теории, оставляйте свои размышления. Восхищайтесь высотами протезирования, достигнутых пиррийскими дракомантами! (Шутка?)
И, естественно, оставляйте ждуны и лайки. Автору приятно, и это неплохо его подпинывает творить дальше.
Кстати. Новый рекорд по объему страниц за главу. Бесконечность – не предел!
========== Глава 28. В которой утро начинается с урока истории и рояля в снегах. ==========
Естественно, мой сон после всего произошедшего не мог быть спокойным — нехорошее предчувствие не оставляло меня даже во время отдыха. Почему-то я ощущала себя попавшим в ловушку мотыльком; маленькой пылинкой, которую навсегда закрывают в темноте, оставляя наедине лишь со своими домыслами. Что я здесь делаю? Зачем я пошла сюда?
«В душе ты добрая», — выдвигает предложение та часть моего сознания, которое отвечает за эмпатию и сострадание, но я лишь отмахиваюсь от него, переворачиваясь на другой бок и прижимая к животу хвост.
Что-нибудь более разумное и адекватное есть?
«Интерес?» — вспыхивает в моей голове одно из предположений логики.
Хмм, возможно, хотя всё ещё далеко от истины. Должно быть что-то иное, более глубокое и тяжело признаваемое. Что-то, что толкало меня в это безумие наперекор любым адекватным доводам.
«Желание почувствовать себя избранным? Стоящим выше обычных драконов? Мечта получить предназначение?» — сразу несколько вопросов вспыхивает в моей голове, и я недовольно пофыркиваю во сне, медленно елозя своими лапами по шкурам под собой.
Это больше всего похоже на правду. Или прогрессирующую шизофрению. Может, тараканы в моей голове собрались в одного большого таракано-дракона, обретя собственную личность?
В любом случае последние три вопроса, заданные самой себе, больше всего походили на правду. Совсем не благородные посылы толкнули меня на это приключение, не желание спасти мир или борьба со злом. Лишь жажда насыщения своего существования необычными событиями; давящее изнутри желание оставить свой след в истории этого мира. След, который запомнят и будут воспевать в легендах спустя сотни лет. Если подумать, то многие даже не задаются вопросами о том, что останется после них, кроме кучки пепла и, быть может, нескольких потомков, дети которых уже и не будут ничего знать о тебе. А с учётом того, как продолжают свой род земляные драконы, бросая детёнышей на произвол судьбы, а детишки не особо интересуются судьбами своих родителей, — меня вполне могли забыть сразу же.
