Почти мгновенная способность освоения незнакомого языка показалась чем-то мистическим, странная, хотя и очень доброжелательная форма общения с гостями, да и между собой – все это было слишком необычным, чтобы не обратить на себя внимание. Этого оказалось достаточно, чтобы нежданные поселенцы показались для рода Магира чужаками, а значит незащищенными от нападений.
Род Магира, и соседние крепости поклоняясь многим богам, часто враждовали друг с другом и с недоверием и страхом относились к пришлым, настолько сильно отличавшимся от них своим образом жизни и верованиями. Кличка «чужак» так и закрепилась за родом Тины.
Торане были мирными людьми, но воины крепости, расположенной в десяти километрах, были насмерть испуганы способом, которым они защищали свое поселение.
Однажды воины соседней крепости решили напасть на поселение. Они подходили тихо, бесшумно перебегая от одного ствола дерева к другому. Бывалые охотники знали, что сила нападения в его внезапности. Ряд добротных рубленых домов, построенных только из сухих стволов мертвых деревьев (никто из соседей не мог понять подобную прихоть), стояли среди возделанных полей, расположенных на старом лесном пожарище. Казалось, никто из обитателей не замечает приближения врага и рассветную тишину будит только пение просыпающихся птиц. Охотники, вооруженные «до зубов» медленно подошли к открытой местности, далее передвигались ползком, стараясь как можно меньше тревожить высокую траву, покрывающую поляну.
Окружив частокол со всех сторон, охотники молча, как тени продвигались вперед. Каково же было их удивление, когда воины, находящиеся со стороны ворот, обнаружили, что те открыты! Ожидая подвоха, охотники сообщили знаками остальным об этом и собрались для совещания.
– Эти топико или сумасшедшие, или колдуны – решили они посовещавшись.
Страх сковывал движения язычников, воспитанных в страхе перед всем сверхъестественным, но добыча была так близка. Кроме того, добыча обещала быть богатой, судя по величине и добротности домов, и обширности обработанных участков земли. Кроме того, ходили слухи о прекрасных женщинах этого рода, нежных и хрупких с виду, но способных пройти десятки верст без отдыха и провианта. Уже ползли фантастические слухи о способности этих чужаков жить в лесу без крова и пищи, питаясь ягодами и съедобными кореньями, которые они знали в совершенстве. Кроме того, поговаривали, что пришли они из богатых земель, в которых много диковинных вещей, и кто-то даже говорил, что чужаки вообще с неба свалились!
Жажда наживы победила страх, и охотники вошли в ворота. Двери в жилищах оказались не запертыми. Обойдя все, охотники обнаружили, что маленькая крепость покинута жильцами и даже мелкой утвари не осталось в жилищах! Поживиться было нечем! Разгневанные охотники решили спалить поселение, но внезапно почувствовали неладное Ворота тихо заскрипели на петлях и к ужасу охотников, не знавших страха перед зверем, в них стояли два ронго. Их круглые головы как всегда, были неподвижны, так как имели восемь пар глаз, расположенных на равном расстоянии по всей верхней части головы похожей на внешнюю сторону воронки, словно обручем опоясывая ее. Четыре мощных ноги нетерпеливо переступали. Круглые копыта как у майноров, но с острыми, как нож краями, срезали стебли травы под их ногами. Жесткие костяные пластины, покрывающие их тела, медленно двигались в такт мощному дыханию. Острые зубы показывались всякий раз, когда ронго жадно облизывались, предвкушая вкус добычи.
Даже на охоте встретиться с ронго было совсем нежелательно. В схватке и этим хищником топико всегда проигрывал и считалось удачей, если ронго съедал только одного охотника. А убить ронго считалось геройством почти равным убийству дракона. Мистический страх напал на мужчин! Следом за двумя взрослыми ронго, шедшими вразвалку во двор, что было не реально, ведь это не были самец с самкой, а два взрослых ронго – самца, которые никогда не обитают рядом, вдруг появился третий! Этот зверь был похож на крупную самку ронго, но этого воины уже не рассмотрели…
Нервы бывалых охотников сдали. Каждый из них понимал, что два ронго никогда по своей воле не останутся и минуты вместе на одной территории без боя. Но трех одновременно никто из них не мог себе представить даже в самой смелой фантазии. В этом было что-то мистическое! Объятые ужасом охотники кинулись под защиту домов. Однако ронго быстро, с грациозностью огромного хищника, перерезали им путь к строениям. Путь к воротам был теперь открыт. Забыв про оружие, охотники помчались к выходу, что было сил. Скорость их бега увеличилась во много раз, когда неожиданно, непонятно откуда, они услышали громкий, задорный смех множества голосов, как им показалось.
Попыток нападения больше не предпринималось. Посовещавшись, главы племен, соседствующих с пришлыми, решили заключить с ними мир.
– Если врага не победить – изрек старейшина – нужно попытаться сделать его другом.
На том и решили. Через некоторое время после совета послали ходоков. Предложение о мире, пришлые приняли с видимым удовольствием, дело решилось, и все успокоились.
Несколько поколений торане (как они сами себя называли) прожили среди топико, не смешавшись с ними, твердо придерживаясь своих верований, стиля жизни и понятий. Браки торан и окружающих племен были исключительной редкостью, несмотря на красоту женщин пришлых, бытовало мнение, что ловарец, женившись на женщине из торан, в конце концов, обязательно откажется от преданий предков. «Их вера, как чума, которой трудно противостоять, говорили волхвы. И мужчины местных старались не смотреть на девушек из племени торан. Однако время от времени торане женились на женщинах местных племен, но брали себе жен из самых мирных родов. Девушки соседних родов, живущих в полях, славились кротким и стыдливым нравом. Бытовало мнение, что женщины торан могут «заказать» пол ребенка, но, если бы это было так, не было бы нужды искать жен на стороне.
Многие девушки из местных племен, зная о дефиците женщин среди торан, мечтали выйти замуж за торанца и согласны были отказаться от верований предков. Они соглашались на брак, несмотря на то, что женщина, вышедшая замуж за торанца, не должна была посещать дом своих родителей больше одного раза в год. Кроме того, она должна была изучить обычаи и веру торан до вступления в брак, и брак заключался только в том случае, если верования пришлых были ей по душе, и она принимала их. Но мужья торан относились к женам настолько ласково, даже с почтением, отдавая им честь, как продолжательницам жизни, что многие девушки завидовали тем, кому посчастливилось найти себе суженного среди племени чужаков и суметь убедить своего отца, отдать их в замужество. Сказывалось и то, что торане жили богаче, несмотря на странность верований (они не убивали животных, напротив, считали их своими друзьями), как ни странно, животные отвечали им тем же. В этом местные племена убедились в самом начале, и впоследствии имели еще много возможностей узнать об этом.
Странность племени торан была еще и в том, что дети от смешанных браков обычно не могли говорить правильно на их наречии, и более того, не имели способностей легко изучать другие языки. Бывали исключения, но эти исключения были очень и очень редкими. Иногда эта способность проявлялась в случае тяжелого стресса или трудных обстоятельств, что было еще одной причиной избегать смешанных браков.
Для топико, в основном промышлявших охотой, не возлагающих больших надежд на урожай, было непонятно, как на небольших полях можно вырастить урожай, способный прокормить не только семью, но и для обмена оставить большую его часть.
Племена Ловара выращивали немалый урожай на своих угодьях, но Ловар давал торанцам урожай несоизмеримо больший, чем тем, кто считал себя исконным ее хозяином.
– Нам ли не признать их – решили, наконец, главы окружающих племен – если планета признала их за своих.
Глава 4