Чьи-то голоса ворвались в его мысли, вернули его из прошлого в настоящее. Осторожно ступая, Ремус подошёл поближе к маленькой двери, за которой хранились дрова, и услышал резкое:

- О чём вы с ней говорили?

- Не твоё дело!

- Нет, это моё дело, чёрт побери!

Финн и Урсула. Отлично, просто замечательно. Ремусу не хотелось видеть кого-либо из них; ещё меньше он хотел, чтобы они сами его увидели. Он отступил назад, прячась за облетевшими кустами, и увидел, как эти двое вылетели из зарослей. Финн попытался схватить Урсулу за руку, та развернулась и приставила кулак к его носу:

- Ещё раз попытаешься меня схватить – отрежу тебе пальцы. Понял меня?

Пулей пролетев мимо Ремуса, Урсула торопливо зашагала прочь. Неожиданно из-за угла дома вышел Хантер; завидев девушку, он широко улыбнулся:

- Привет, моя лапонька!

- Уйди с дороги! – рявкнула на него Урсула. – Только тебя не хватало, чёртов обдолбыш!

Финн посмотрел ей вслед. Взгляд у него был какой-то странный: не сердитый, как вчера, у костра; Ремус бы скорее назвал его обиженным и расстроенным. Дёрнув плечами, Финн ушёл в другую сторону. Ремус перевёл дыхание и отправился за дровами. Что ж, ни Финн, ни Урсула его не заметили и не наехали на него. День, можно сказать, начался удачно.

Вернувшись на кухню, он едва не выронил дрова себе на ноги: возле очага, хмуро глядя в огонь, стоял Грегор Гвилт. Ремус живо вспомнил о том, что произошло в прошлый раз, когда они с вожаком оказались вместе на кухне. Гвилт поймал его взгляд:

– Тебя-то я и искал. Положи дрова.

- Грегор, – робко заговорила Урсула, отходя от плиты. – Грегор, нам надо поговорить.

- Поговорим позже, – спокойно ответил Гвилт и снова перевёл взгляд на Ремуса: – Найди братьев О’Ши и Кроу. Скажи им, чтобы пришли ко мне.

- Хорошо, – проговорил Ремус, опуская дрова на плитку возле очага и отряхивая руки, прежде чем выйти обратно под снег.

Дэна он нашёл сразу – тот колол дрова. Его куртка была расстёгнута, воротник рубашки распахнут – он словно не ощущал холода. Расколов одно полено, он выпрямился и произнёс:

- Может, хватит уже притворяться?

Ремус застыл на месте, не зная, что сказать. Но Дэну уже ответили:

- Может, хватит указывать мне, что делать?

Голос принадлежал Урсуле, и Ремус не смог удержаться, чтобы не закатить глаза. Похоже, ему всё-таки не избежать встречи с ней. Он медленно пошёл вперёд, обогнул большую кучу дров и сразу заметил девушку – та сидела на бревне, лениво обстругивая ножом веточку.

- Если тебе нужна помощь, ты всегда можешь обратиться ко мне, – настойчиво продолжал Дэн. Урсула усмехнулась:

- Дэн, ты ещё хуже Хантера… хотя, нет. Ты хотя бы не предлагаешь мне наркоту. У меня всё в порядке, понял?

- Ничего у тебя не в порядке, – вздохнул Дэн. – Послушай ещё раз: если тебе нужна помощь…

- Да ну тебя! – девушка сердито отбросила ветку и резко поднялась на ноги. – Дэн, ты и себе-то помочь не в состоянии, куда уж тебе до моих проблем?

Дэн печально посмотрел, как она уходит, потом повернулся к Ремусу.

- Привет, – слегка улыбнулся он.

- Привет. Грегору нужен ты, и ещё твой брат и Кроу. Не знаешь, где они?

- Они в лесу, – Дэн посмотрел в сторону верхушек леса, еле различимых за снегопадом; дальние горы уже совсем скрылись в белой мгле, как будто их никогда и не существовало. – Пойдём, я тебя провожу.

Он отставил топор в сторону, застегнул куртку и направился в сторону леса, Ремус за ним. Пройдя мимо первых деревьев, Дэн начал рыться в карманах, вытащил что-то маленькое, кинул Ремусу:

- На, возьми. Позавтракать сможешь ещё не скоро.

Ремус поймал на лету маленький свёрток. Развернув бумагу, он неожиданно для себя улыбнулся: там лежал тыквенный пирожок. Вроде тех, которые продавались в Хогвартс-экспрессе.

- Спасибо, – искренне сказал он. – Где ты это взял?

- В Лондоне. Вчера мы с братом были в Министерстве.

Ремус уже это знал. Но изумлённо присвистнул:

- Ничего себе! Зачем вы туда ходили?

Дэн улыбнулся:

- Не могу сказать.

Ремус откусил кусок пирожка. Он был немного чёрствый, но очень вкусный. Сладкий, с оттенком корицы. Сразу вспомнился Хогвартс-экспресс, обитые красным бархатом сиденья, смех друзей, карточки от «Шоколадных лягушек»…

- Спасибо, – сказал он снова. – Куда мы идём? Туда, где в прошлый раз вы ставили ловушки на кроликов?

- Нет. Я пока не знаю, но скоро узнаю.

- Что? – не понял Ремус.

- Я почувствую, когда мы окажемся рядом.

Ремус недоверчиво усмехнулся:

- Как это?

- Можешь называть это чутьём, если хочешь.

- И… оно есть у всех оборотней? Это чутьё?

- Конечно.

- У меня нет.

- Есть. Ты просто не умеешь им пользоваться.

- Ну, не знаю, – протянул Ремус. Дэн вдруг остановился на месте.

- Сейчас я покажу тебе. Остановись.

Ремус остановился, настороженно глядя, как Дэн подходит к нему, становится позади, берёт его за плечи:

- Чувствуешь что-нибудь?

- Нет, – отозвался Ремус. – Хотя, да. Я чувствую себя глупо.

Дэн издал короткий смешок:

- Закрой глаза. Сосредоточься.

- На чём сосредоточиться? – пробормотал Ремус, но глаза послушно закрыл.

- На слухе. На ощущениях. Постарайся ощутить всё, что вокруг тебя. Подумай о воздухе, которым дышишь. О звуках, которые тебя окружают. Обрати внимание на любые ощущения, вообще любые.

Ремус сдавленно вздохнул и закрыл глаза покрепче, почти зажмуривая их. Ему хотелось сказать Дэну, что всё это глупости. Ничего он не почувствует, более того: ему не хочется чувствовать. Какова бы ни была эта особенность оборотней, она ему не нужна. Он всё ещё думал об этом, когда внезапно осознал: Дэн больше не стоит позади него. Его руки исчезли с его плеч, а он этого даже не заметил. Ремус быстро повернул голову в сторону, и только тут понял, что глаза у него всё ещё закрыты. Как глупо. Его веки задрожали, собираясь открыться.

- Нет, – спокойно сказал Дэн, совсем с другой стороны, не там, куда он повернулся в его поисках. – Не открывай пока. Подумай. Что ты чувствуешь?

- Холод, – сказал Ремус, облизнув губы. Что-то тёплое коснулось его уха:

- А теперь?

Ремус поднял руку, отмахиваясь от тёплого прикосновения, как от мухи, но не ощутил ничего, кроме воздуха.

- Как ты успел так быстро убрать руку?

- Я тебя вообще не трогал.

- Что? – Ремус не выдержал и открыл глаза. Дэн стоял в паре метров от него. Должно быть, у него было очень глупое выражение лица, потому что Дэн улыбнулся:

- Я просто смотрел. Видишь? Ты это почувствовал.

Всё ещё не веря, Ремус дотронулся до уха. Он мог поклясться, что в тот раз действительно ощутил прикосновение.

- Почему тогда я раньше этого не мог? – спросил он.

- Мог, просто не делал, – объяснил Дэн. – Ты этого не хотел, да тебе это было и не нужно. Это просто способность, Ремус. У всех она есть, но не все её развивают.

«Ты другой», – вспомнил Ремус слова Хантера. Он почувствовал, как его бросает в жар. Чутьё, способность контролировать себя в волчьем обличье… Ему казалось, что он знает о проклятии оборотня всё, что можно. Оказывается, ему нужно ещё учиться и учиться. Не нужно, одёрнул он себя. Это не для него. Он – волшебник, член Ордена Феникса. Это единственное, что имеет значение.

Они шли дальше. Через несколько минут Ремус спросил:

- И ты… ты умеешь чувствовать других оборотней? На расстоянии?

- Да, – просто ответил Дэн. – Дерек тоже, и многие другие. Перед полнолунием это ощущение усиливается, а в новолуние почти совсем пропадает. Как и другие наши особенности.

- Почему я не мог этого раньше? – повторил Ремус, больше сам для себя, чем для Дэна. Но Дэн всё-таки ответил:

- Тут дело ещё в том, что раньше тебя окружали только люди, а не оборотни. Мы не можем ощущать присутствие людей – только друг друга. То есть, конечно, можем чувствовать, что люди рядом есть – по слуху, по запаху – но это другое.