- Я не выдам тебя. Ты хочешь сбежать отсюда, я это знаю. Я тоже кое-чего хочу. Пообещай, что поможешь мне, и я помогу тебе подслушать их разговор. Если откажешься – разойдёмся и забудем обо всём. Ну, что?

- В чём тебе помочь? – прошептала Джин. Машинально она окинула взглядом красивую, ладную фигуру Урсулы. – Ты…ты чем-то болеешь?

- Потом скажу, – усмехнулась Урсула. – Сперва отвечай на вопрос. Да или нет?

Скуммель уже давно скрылся в доме. Драгоценные минуты утекали. Кто знает, о чём они там говорят, пока она стоит здесь и трусит! Джин сжала зубы и кивнула, пристально глядя Урсуле в глаза. Урсула кивнула в ответ и повернулась к стене, открывая дверь, которую Джин не заметила в темноте.

Они оказались в крохотном помещении. Здесь было темно и пахло дымом, но при этом так тепло, что Джин даже улыбнулась – за долгое время на улице она успела замёрзнуть. Запах дыма раздражал её, и она понадеялась, что они не задержатся здесь надолго – не хотелось бы, чтобы её начало тошнить. В полной темноте она услышала, как Урсула, тихо ругаясь, возится и двигает что-то.

- За стенкой кухня, мы с другой стороны от очага, поэтому так тепло, – прошептала она. – Здесь хранятся дрова. Осторожно, не урони их, а то нас точно услышат… Всё, теперь готово.

Джин почувствовала, как Урсула снова взяла её за руку и потянула поближе к себе. Они зашли за поленницу и прижались к стене. Джин ощутила слабое дуновение воздуха на своей щеке, нащупала рукой какое-то отверстие в стене и поняла, что Урсула отодвинула одну из досок потолка, чтобы стало слышно, что происходит в соседней комнате.

- Это моё секретное убежище, – прошептала Урсула и внезапно крепко схватила Джин за шиворот и прошипела ей на ухо, обжигая кожу горячим дыханием: – Не смей приходить сюда, если я не разрешу, поняла?!

- Поняла, – Джин аккуратно отодвинула её руку. – Давай послушаем, раз пришли.

Девушки затаили дыхание, прислушиваясь к голосам. К счастью, Гвилт и остальные разговаривали громко, не таясь.

- Я не знаю, Грегор, – с сомнением произнёс приятный высокий голос, голос Эйнара Скуммеля. – Сам я не могу проникнуть в Корпус Авроров, сам знаешь, но слухи, которые доходят до меня, неутешительны. Говорят, Барти Крауч не просто разрешил своим подчинённым пытать заключённых – ходят слухи, что некоторые не выдерживают и умирают раньше, чем их отправят в Азкабан. Я не уверен, что Скотт ещё жив.

- Шанс ещё есть, – ответил звучный низкий голос Гвилта. – Мы должны попытаться.

- Главное, чтобы кто-нибудь ещё не погиб, – проворчал следующий голос, в котором Джин не сразу узнала Адама – оборотня, который стал их с Квентином соседом.

- Это зависит только от нас, – сказал Гвилт. – А что у вас, парни? Смогли что-то выяснить?

- Не очень много, – отозвался молодой мужской голос, глуховатый, но мягкий и приятный. Джин услышала, как при звуке этого голоса Урсула встрепенулась и нервно заёрзала, придвигаясь поближе к стене. – Мы не смогли узнать ничего насчёт Скотта, но… Дерек, покажи им.

- Это Дэн, – удивлённо проговорила Урсула. – Странно, я думала, он вернётся только утром…

Джин понятия не имела, кто такой Дэн, и не испытывала особого желания спрашивать. Напрягая слух, она разобрала слабое шуршание. Её охватило разочарование: похоже, этот Дерек притащил какие-то бумаги, и теперь вместо разговоров они будут читать, и она ничего не узнает.

- В Министерстве было совещание, – сказал голос, похожий на голос Дэна, только чуть более хриплый. – Я смог украсть часть протокола, ту, что касается нас.

- Хорошо, – в голосе Гвилта прозвучало что-то, похожее на сдержанное восхищение. Почему-то Джин это поразило. Она привыкла думать о Грегоре Гвилте, как о бесчувственном чудовище. Она не могла поверить, что в его голосе звучит восхищение, так же как вчера, когда он лечил её, в нём звучала тревога. Это было неправильно, это раздражало. Она не хотела признавать в нём что-то человечное, вся её душа боролась против этого.

Снова зашуршали бумаги.

- Похоже, старина Джим Хейвуд всё ещё жив, – усмехнулся Гвилт. – Смотрите: Барти Крауч настаивает на том, чтобы отправить его в Азкабан до полнолуния. И не только его, а целую партию заключённых!

- Без суда? – глухо спросил Адам.

- Теперь это обычное дело, – равнодушно промолвил Скуммель. – Впрочем, какой тут может быть суд? Никто не захочет выслушивать показания Хейвуда, или Сириуса Блэка, и уж точно никто не встанет на их защиту.

- Сириус Блэк до сих пор не в Азкабане? – спросил визгливый голос, от которого у Джин по телу побежали мурашки, а внутренности скрутило от отвращения – Кевин Мур.

- Нет, но он отправится туда очень скоро, – отозвался Дерек, или Дэн – кто-то из них, Джин не разобрала.

- Раз Крауч хочет засадить Хейвуда в тюрьму, значит, в ближайшие пять дней он точно его не убьёт, – произнёс Гвилт. – Может, и Скотт ещё жив?

- Может быть, – мрачно откликнулся Адам. – Если он жив, то его отправят в Азкабан одновременно с Хейвудом, до полнолуния.

- Мы выясним, когда их будут перевозить, – решительно сказал Гвилт, – нападём на конвой, и вытащим Скотта. И Хейвуда тоже прихватим, – в его голосе зазвучала холодная злость. – Я давно мечтаю открутить башку этому мерзавцу.

- Это опасная затея, – вмешался Скуммель. – Если мы смогли узнать эти сведения, то где гарантии, что Фенрир Сивый не смог их узнать, или не сможет в ближайшее время? Где гарантии, что он не решит сделать то же самое, и не нападёт на конвой одновременно с вами?

- Стая Сивого не такая, как наша, – возразил Дерек. – Его волки для него – всё равно что слуги. Он не станет рисковать своей шкурой ради одного из них. Он всегда может обратить кого-то ещё.

- Джим Хейвуд – не просто один из его волков, – резко одёрнул его Скуммель. – Он был с ним дольше, чем кто-либо ещё. Ради него он рискнёт. Грегор, если вы столкнётесь снова, повторится то, что было в Стантон-Лонг!

- Не говори про Стантон-Лонг! – прорычал Адам. – Тебя там не было! И тебе ещё надо доказать мне, что это не ты тогда подставил нас!

- Не смей обвинять меня в сотрудничестве с аврорами, Спайдерсон! – злобно прошипел Скуммель.

- А ты не смей учить нас осторожности! Ты повсюду оставляешь за собой трупы, мало тебе было авроров – ты ещё и французскому Легиону работы подкинул!

- Не болтай, чего не знаешь, пёс! Думаешь, я не избавился от тела той француженки? Её никто никогда не найдёт, и Легион никогда не свяжет эту историю с нами!

Джин сжала кулаки так, что ногти глубоко впились в кожу.

- Довольно! – резко сказал Дерек. – Грегор, это ещё не всё. Прочитай дальше.

Снова воцарилась тишина. Потом в этой тишине глухо, опасно, как далёкий раскат грома, прозвучал голос Гвилта:

- Проклятье. – И, сразу после этого, повторил уже в полный голос, практически прорычал: – Проклятье!

- В чём дело? – в голосе Адама прозвучало какое-то подобие страха. Вместо ответа Гвилт проревел:

- Что ещё за «Берег Ведьм»?!

Джин едва удержалась, чтобы не вскрикнуть.

- Паршивая газетёнка откуда-то с южного побережья, – тихо сказал Дэн. – Этот номер вышел два дня назад. Кроме Дамблдора, его мог прочитать кто угодно.

- Это всё ты, – голос Адама трепетал от сдерживаемого рыка. – Ты проболтался, ты или твой приятель, кто-то из вас!

- Он мне не приятель! – возмутился Скуммель. – То, что мы оба служили Тёмному Лорду, ещё ничего не значит!

- Грег! Грег, послушай меня, я говорил, что не стоит ему доверять…

- МОЛЧАТЬ! – голос Гвилта вонзился в уши оглушительным раскатом грома. Тишина, которая воцарилась после этого, была такой полной, что Джин даже испугалась, что крик Гвилта разорвал её барабанные перепонки.

- Всё не так плохо, – заговорил Гвилт спустя какое-то время. – Это промах… досадный промах… я не знаю, кто в этом виноват, но я выясню. И всё же это ещё не конец. Ни этот журналист, ни Дамблдор не знают сути дела. Они считают, что это всего лишь осквернение могил.