Дама сидела за столом из красного дерева. Казалось, всё сейчас было красным: её образ, дизайн ресторана, подаваемые блюда. Леди отпила из бокала, и алое вино обожгло пищевод. В голове на первый план вышло жизненно необходимое безразличие, а в крови забушевал приятный адреналин. Её хрупкие пальцы, которые увенчивал перстень, коснулись декольте и покоившееся на нём колье. Россыпь гранатов на бриллиантах приятно светилась в приглушённом свете люстр, визуально делая фарфоровую кожу прозрачной.
Её мысли были далеко от темы разговора. Багира всё обдумывала дальнейшие поступки Фареева, его стратегию. Между прочим, он сказал одну фразу, которая сильно беспокоила девушку: «будто они раньше киллера не могли нанять». Раньше. Как интересно, однако, выходит: мужчина не умел толком стрелять, а его взяли в качестве стрелка. Очевидно, ему придётся проходить обучение, благодаря чему леди выигрывает время. Только на что она потратит драгоценные дни? Компромат на Фареева будет уж очень сложно найти, его местоположение толком не известно, ибо змеи наверняка его прячут, да и схемы на сработают. Остаётся лишь поиск материалов для ареста. Это уже позволяли широкие связи Багиры. Ей предстоит тяжелая работа — это факт.
Дверь открылась, и в зал вошёл Эдриан. Он явно понятия не имел об аренде целого ресторана. Переступив порог, певец ошарашенно осмотрел интерьер заведения, состоящий из мебели из дуба, винтажных картин и небольших статуэток. Он буквально кожей почувствовал, что игра началась. Невероятно увлекательная игра… Как интересно. Мужчина ослепительно улыбнулся, заставив стоящую в углу официантку задрожать от восторга. А эти двое друг друга стоит! Обольстительница, покорительница сердец и самый притягательный мужчина. Сошлись две стихии. Огонь и вода. Ангел и демон. Земля и небо. Киллер и гуманист. Убийца и пацифист. Расчёт и эмоции.
— Здравствуй, Эдриан. Садись, расслабься.
Мужчина смирно сел, не переставая улыбаться. Леди говорила спокойно, размеренно и тихо. Она вжилась в антураж заведения, стала частью приятной загадки. Пара её опьянённых изумрудных глаз скользила по фигуре Эдриана. Роскошный синий бархатный жакет, подчёркивавший белоснежную кожу, так притягивал внимание. У мужчина были такие идеальные черты и не менее идеальная сущность! Но принадлежала ли она, Багира, ей? Именно этот вопрос донимал девушку в глубине души. Ответом служила безграничная любовь в теплых карих глазах. Однако Виктор много лет смотрел так же. И предал. Цинично бросил. Десять лет назад или вчера? Старые сказки повзрослеют, но никогда не умрут.
— И… Милая, зачем я сюда пришел? — Певец не видел смысла говорить за занавесом. Проще уже прямо. Тем не менее, он старался играть по её правилам: говорить на полтона тише, вдумчиво, слегка улыбаясь, стараясь стать частью тайны. Всё это можно было бы разрушить, но смысла не было: мужчина хотел хоть раз попробовать себя в иной роли. Внутри него жило нечто дикое, невероятно притягательное, дерзкое и животное, но это нечто он старательно скрывал от мира, выставляя себя милой душкой.
— Скажи, разве тебя не заставила разгневаться моя проверка? Я ведь поступила так жестоко.
Сейчас Эдриан видел в леди нечто незнакомое. То, о чём она предупреждала не единожды. То, о чём она кричала. Он видел дикую, ледяную и одинокую сущность женщины. Словно бы кто-то подменил его милую и жаждующую заботы девочку. Но такова была истинная сущность Стальной леди. Истинное «я», лишённое маски дружелюбия. Чувствовал ли певец отвращение? Нет, ни в коем разе. Сейчас эта чертовка лишь манила. В сторону ушла детская невинность, оставив место лишь животным инстинктам.
— Нет. Нет, нисколько. Ты мудрая женщина. — Певец пригубил из бокала. — Но ты так и не ответила, почему мы здесь, а тем более одни.
— Не сказать, что я сожалею о проверке или мне стыдно. Нет, ни капельки. Я иная, не такая, как ты. Пойми.
Раздался нежный, как перезвон колокольчиков, смех. Но не было в нём счастья.
Леди поднялась, открывая обзор на платье-русалку. Легкая ткань струилась по нежному силуэту. Певцу так хотелось обнять её и спрятать, но нельзя — он чувствовал настрой любимой. Она медленно и плавно прошла к столику напротив и облокотилась на бархатное кресло, подперев голову рукой.
— Эдриан, разгадай загадку… Вы ждёте поезда. Вы знаете, куда хотите поехать. Но не знаете, куда едет поезд. — Леди изящно жестикулировала, заставляя камни на кольце переливаться всеми цветами радуги. — Скажи, почему вы сядете в этот поезд, не задумываясь? Почему?
Эдриан напрягся. Столь абстрактный вопрос загнал его в тупик. Он понимал, что этот раунд игры проигран с треском, а потому вопросительно вскинул бровь.
— Потому что вы будете вместе… — Его голос дрогнул на секунду. Девушка подошла к своему клатчу, брошенному на кресло, и достала оттуда конверт. Она брезгливо бросила его в пустую тарелку Эдриана. — Открой его.
Мужчина осмотрел конверт. Сколько раз ему протягивали нечто подобное? Он чувствовал себя подсудимым, которого раз за разом обвиняли в том, что он не делал. Сколько раз они пытались всё разрешить? И перед миссией, и на кладбище, и на поле… Когда, наконец, наступит белая полоса в их любви, без смертей и обмана? Когда пара получит заслуженное потом и кровью счастье?
— Да где вы только этой блатной романтики нахватались…
Эдриан театрально закатил глаза, однако его реплика осталась без внимания. Леди присела перед певцом и сложила руки домиком. Сейчас она напоминала ледяную статую, застывшую во времени. Мужчина перед тем, как открыть конверт, пристально рассмотрел черты её лица, такие женственные и утончённые. Как бы ему хотелось просто провести пальцем по этой нежной фарфоровой белоснежной щёчке, дождаться мурашек и пылающего следа на щеках после его касания. Девиз леди напоминал правило музея — «смотрите, сколько хотите, но не смейте трогать». Наконец, тонкие пальцы Эдриана вскрыли злополучный предмет, беспощадно освобождая содержимое от плотной бумаги.
— Ого! — воскликнул певец без капли раздражения в голосе. Леди слегка поёжилась, испытывая страх за то, что по собственной воле была поймана на ревности.
Эдриан начал рассматривать кукольно красивое лицо Джесси.
— Ты… ничего не хочешь мне рассказать? — спросила Багира, отпивая из хрустального бокала.
— Да, конечно хочу. Моя сестрёнка, потрясающая девушка! Я её обожаю. К слову, она приехала в Москву вместе со мной.
— Эдриан, я пробила её. Она рождена незаконно, фамилия ненастоящая. Расскажи, как это можно объяснить? — Багира говорила самым тихим и самым спокойным тоном, на который только была способна, ибо знала, что её необоснованная ревность может вбесить мужчину.
— О… Ну, раз ты так просишь. — Эдриан очень тяжело вздохнул и осушил бокал. — Официант!
Миловидная девушка шустро подбежала из-за угла и немедленно наполнила бокал алой, как кровь, жидкостью.
— Мистер Джордан, можно ваш… — Леди бросила уничтожающий взгляд на сотрудницу, а сам певец поддержал её. — Всё-всё, простите…
Цокая каблуками, официантка тут же испарились. Пара вновь вернулась друг к другу.
— Так, на чём я остановился? А, точно. В общем, мой отец… Он часто изменял моей матери, Царство ей небесное. Все мы, братья и сестры, прекрасно это понимали, но стоило завести разговор на эту тему с мамой — пощады не жди. Однажды одна из его любовниц забеременела, и, конечно, наша семья была в курсе. Вскоре после родов та любовница погибла, это был несчастный случай, и моя мама по доброте душевной приняла девочку в семью. Мы назвали её Джесси и признали своей сестрой. С тех пор мы начали скрывать её от прессы, ибо очень дорожили репутацией. Можешь представить себе, как быстро разлетится новость с ярким заголовком: «Незаконнорожденная сестра семьи Джорданов растёт не по дням, а по часам. Эксклюзивные фото». Журналисты летали бы на вертолётах над нашим домом, желая получить хоть какой-то материал!
Весь рассказ леди сидела, раскрыв рот от удивления. Откровенность мужчины вновь сломала все её барьеры и рамки. Она не ожидала такого. Да и сама история лишний раз подчёркивала моральные качества этой семьи.