В салоне машины повисло молчание. Леди отчаянно пыталась переварить информацию. Что, чёрт возьми, делал Фареев в их логове? Может, это месть за отказ? Или попытка самоутвердиться? А может, генерал просто спутал его с кем-то другим?
— Я полагаю, что в ситуации с Витей замешан Анисимов. Посудите сами: он работал в компании «The rhythm», а после передал данные бизнесмену. Неспроста есть такая связь. — Мысли девушки плелись в единые цепочки, подобно кружеву, и в итоге получилась забавная картинка.
— Даже если и так, Анисимова сейчас трогать не стоит — не буди лихо, пока оно тихо. В ближайшее время суд выпустит его, вот тогда будем разбираться. А пока со змеями нужно что-то делать!
Пара кивнула. Генерал как всегда оказался прав.
Спустя час все мужчины были отправлены по домам, а леди ехала в машине одна. Одиночество, которое способно помочь привести мысли в порядок, сейчас ей было просто необходимо, как та же вода или воздух. Багира начала рассуждать вслух:
— Мда, денёк… Ничего конкретного про Джесси эту не узнала, миссию выполнили не пойми как, да и Фареев под огромным вопросом. Что же его всегда несёт не туда? Ну сказала я «нет», что в этом такого криминального? Пусть радуется, что я его и пальцем не тронула.
Мысли леди были невероятно беспорядочны, хаотичны: она быстро пробежалась по всем произошедшим событиям, так и придя к новому выводу. Тем не менее, завтрашний день обещал быть продуктивным: леди была намерена лично встретиться с Эдрианом. Ей хватит всего одного взгляда, чтобы всё понять. Вопросы исчезнут после диалога — это девушка чувствовала. Её пальчики набрали на мониторе личный номер певца:
— Да? Багира, привет! — Его голос был расслаблен, спокоен и тих. Даме на секунду показалось, что не осталось никаких нерешённых вопросов и проблем, а все события шли своим чередом.
— Здравствуй. Эдриан, не знаю, как сказать правильнее, но между нами есть множество нерешённых вопросов. Вчера я обещала тебе, что мы встретимся и всё обсудим. Завтра в шесть вечера буду ждать тебя в ресторане «O, Belle!».
— Хм… — Судя по интонации, мужчина улыбался от осознания того, что всё сказанное Багирой не было просьбой. Леди, как всегда, просто поставила условие перед человеком, и не важно, кто он — дворник или звезда планетарного масштаба. Такая уж она есть, и этот факт очень забавлял певца. — Конечно. Я буду.
— Спокойной ночи.
— И тебе того же, принцесса.
Леди бросила трубку. С её души будто упал огромный камень. Встреча назначена, спектакль начинается. И в нём доминатором будет она.
Тем не менее, встретиться с Фареевым тоже нужно…
Леди поднималась на шестьдесят первый этаж одного из мегаполисов Москвы Сити. День обещал выдаться непростым: сначала встреча с Фареевым, после — с Джорданом. И если второй являлся вменяемым, то вот насчет первого были сомнения.
Сегодня девушка решила одеться в белый брючный костюм.
Багира вышла на крышу здания. Дневная Москва поражала: на шоссе пробки достигли самой высокой отметки, стояла дикая шумиха. Лишь здесь, на вершине, она не чувствовала себя частью этого водоворота. Наоборот, она словно стала наблюдателем со стороны, третьим лицом, что насмехается над всеми теми, кто погряз в работе.
Фареев стоял спиной к девушке, внимательно смотря на городской пейзаж.
— Здравствуй! — Голос леди был полон безразличия, но внутри бушевала буря.
Мужчина обернулся. Вместо классической рубашки и серых брюк он отдал предпочтение строгому чёрному костюму, которые приятно носить бизнесменам из верхушки. Багира, оценив образ, вопросительно вскинула бровь. Как бы мужчина не оделся, хоть в королевский смокинг, он всё равно оставался дешёвым альфонсом. Это в нём выдавало банальное выражение лица. Какая бы обертка не была, плохая на вкус конфета навсегда останется плохой — таков непреложный закон.
И всё же было в Фарееве нечто новое, нечто незнакомое девушке. То ли осанка стала прямее, то ли взгляд холоднее, то ли что-то другое. Вместо ненависти леди уже двигал интерес — что так поменялось в этом парне-нарциссе?
— Здравствуй. Зачем ты звала меня? Серенады от Джордана надоели?
— Нет, хотя остроумно. Я сейчас не хочу играться с тобой, у меня слишком мало времени, плюс твоя персона того не стоит. Хочу лишь спросить: тебе жить надоело? Жизнь альфонса уже не радует, а дурочек не осталось? — Девушка безразлично улыбалась. Такого рода слова всегда ранили в разы сильнее.
— О чём ты? Что ты имеешь в виду? — Фареев был сбит с толку.
Леди, закатив глаза, окинула взглядом его фигуру. Повисло молчание, которое нарушал лишь шум машин внизу. Взгляд девушки зацепился за рукав пиджака, и тут же в памяти всплыл образ татуировки змеев. Тонкой рукой Багиры обхватила его руку, а второй оголила кожу. С её губ сорвался невольный всхлип: злополучное слово на английском языке теперь принадлежало и ему.
— Как ты… Как? Зачем?
— Это тебя не касается! Отпусти! — Фареев попытался вырваться, но стальная хватка девушки не ослабла.
— Дурак! Ты не понимаешь, что не вхож в эти игры? Тебя убьют и не одумаются!
— Не лезь не в своё дело. Это моя жизнь! Выбрала своего певца, свою мега-звёздочку, так и иди к нему! А меня не трожь! — Фареев закатил рукав и сложил руки на груди. — Из-за тебя столько людей погибло! Скольких ты убила? Десятерых? Пятнадцатерых? А может, больше? Будто они раньше киллера не могли нанять!
— Я защищала себя и то, что принадлежит мне. И буду защищать. Я не просто так убивала — не трогали бы меня, и конфликта не было бы! Более того, Фареев, если уж ты встал на их сторону, то я не ручаюсь за свои поступки. Пуля полетит без лишних раздумий, если потребуется.
Мужчина приблизился, и расстояние между ними сократилось до считанных сантиметров.
— Теперь берегись меня…
Леди отпрянула от него, отойдя на несколько шагов. Куда же делся тот неуверенный в себе глупый парень, грезящий несбыточными мечтами?
— Значит, война? — Леди с улыбкой показала пистолет, но не достала его.
Мужчина лишь ехидно улыбнулся и пошёл прочь. Молчание — знак согласия, как бы горько сейчас это не звучало.
Багира почувствовала себя опустошённой. Из-за ревности какого-то альфонса в списке её врагов оказалось прибавление. Скоро вновь прольется кровь, но чья?
«От него стало нести опасностью, как и от Вити и тех трёх змеев. Может, ему что-то вкололи? Даже если так, то неспроста змеи приняли к себе этого инвалида. Он драться толком не умеет! Значит, он будет моим личным палачом в их группе. Василий Григорьевич говорил, что от компашки осталось всего пятеро, а теперь шестеро… Уже лучше».
Девушка набрала первый номер в списке контактов. Казалось, гудки шли в два раза дольше, чем обычно.
— Зафар? Привет! В общем, Фареев с ними. И, очевидно, его взяли, чтобы убить меня. — Багира вертела в руках первую попавшуюся вещицу из сумочки. В трубке повисло молчание.
— Прежде всего нужно засадить его. Ты ведь это понимаешь?
— Или застрелить… — Эти слова сами собой сорвались с губ.
— Ну, или так. — Зафар тяжело вздохнул, — ладно, ты сейчас куда поедешь?
— К Эдриану, узнать кое-что. Да, не беспокой меня до завтра, ок?
— О, хорошо.
Девушка бросила трубку. Зафар, конечно, не знал ни о Джесси, ни о той информации, что отрыла Багира. Он вообще ничего не знал. Свою любовь мужчина похоронил глубоко в сердце, как это бывает. Зафар ни слова не проронил с того вечера после проверки, но леди чувствовала его разочарование. Бизнесмен стал грубее, скрытнее и холоднее. А потому целью леди визита станет и поиск достойной пары для брата.
Сегодня вечером леди была намерена узнать ответы на все свои вопросы. Довольно загадок, довольно ревности и боли. Слишком уж заигралась она в страдающую женщину. Довольно!
Ресторан «O, Belle!» распахнул свои двери лишь для Эдриана и Багиры. Девушка арендовала весь ресторан, ибо то, о чём пойдет речь, было слишком сокровенно, чтобы кто-то смог это подслушать. Сама возможность того, что их кто-то услышит, не устраивала леди. Да и, тем более, за певцом всегда ходит хвост из журналистов или фанаток. Но, если первых можно просто прогнать, то вот вторые будут стоять грудью ради автографа.