Но когда я, как учёный, погружаюсь в прасинтезность и начинаю вызывать брожение прасинтезности внутри себя, включая познание метагалактики, то чем глубже и сильнее во мне бродит прасинтезность, тем быстрее меня метагалактика созидает не реальностью, как внешним бытиём (для нас реальность это внешнее бытиё, то, что вокруг нас), а материей, и как ни парадоксально, нашим внутренним бытиём. И тогда метагалактика переходит на творение. Представляете, как материалисты были правы, что всё состоит из материи! Только они под материей видели внешнее бытиё как реальность, и это была логическая ошибка. А необходимо было видеть материей внутреннюю реальность, входя в творение материей себя, реплицируя данное вокруг себя. Поэтому материалистический Советский Союз был таким творческим, что в науке, что в технических изобретениях.
Для метагалактики материя – это внутреннее бытиё прасинтезностями. И когда мы начнём так осмыслять материю, в том числе, как внутреннее бытиё, с различением с реальностью как внешним бытиём, где материя насыщается прасинтезностью, а мы говорили, что прасинтезность за пределами оболочки ИВДИВО – это материя, значит, подобное притягивает подобное. То есть, материя за пределами оболочки ИВДИВО притягивается на материю внутри ИВДИВО – метагалактическую материю. И тогда мы её осваиваем.
И поэтому мы сейчас ведём речь не о масштабах реальностей, где идёт операция множеством иных форм и реализацией, а максимально концентрированным качественным прасинтезным явлением метагалактики видами материи. Мы даже типы материи не затрагиваем, как вариацию этих видов материи. Это следующий вариант, когда мы дойдём до философии миров. А это у нас аж седьмой уровень этой парадигмальной освоенности. И только после этого мы можем говорить уже о контенте реальностей.
Более того когда мы говорим о парадигме философии, в публикации восьми кластеров развития парадигмы философии вообще нет слова «реальность». Почему? Потому что, если мы говорим о философии, как мудрости, которая управляет прасинтезностью, и мы говорим о контенте самых глубоких внутренних совершенств человека, определяющих его философскость, то ориентация на внешнее бытиё и реальность, если и должна быть, то только уже у науки философии, а не в философии. То есть, у некоего исследовательского применения, где парадигма переходит в практические результаты жизнедеятельности.
И на втором этапе, когда из парадигмы философии мы перейдём в философию, из философии перейдём в науку философию, а из науки философии распределим это по видам наук, мы как раз выйдем на реальности и бытиё. И это мы сейчас видим ещё один принцип иерархизации.
И мы подходим к философии иерархии, что с одной стороны категория одна, с другой стороны, если мы в голове постоянно держим иерархизацию и иерархию материи, огня, парадигмы, человека, состояния метагалактики, то мы начинаем улавливать иерархический контент прасинтезности, который или позволяет нам в это войти или не позволяет, или вообще без этого можно обойтись.
Можно метагалактику освоить 64-мя видами материи не привлекая типы материи? Можно. Она же состоит из 64-х видов материи, а у нас ведь 64 кодона генетики – не 256, не 4000, а всего 64. Значит, если мы активируемся по самой высокой содержательности прасинтезности в нас, мы метагалактику освоим 64-мя кодонами, 64-мя видами материи с прасинтезной насыщенностью этими видами материи. А вот если мы захотим это разнообразить, углубить, утончить, детализировать и иное по списку – мы перейдём в типы материи. И когда мы идём от человека внешнего, который привык жить природой вовне и исследовать внешнюю природу, то нам нужны типы материи и внешние активации на метагалактику. И метагалактика на такого человека, по его подготовке внешне воспринимаемых явлений, реагирует реальностями, реагирует типами материи, которых, в целом, 16 384. И познавая это внешнее бытиё многими эволюционными жизнями, с разными накоплениями ядер, человек примерно за 65 536 000 лет может освоить 16 384 внешних реальностей типами материи, сможет синтезировать себе нужное количество ядерности каждого вида материи, войти в глубину прасинтезности этого вида материи и познать метагалактику собою, в данном случае Метагалактику Фа. Срок в 65536000 лет освоения метагалактики, выявлен расчётами прасинтезной глубины возможных активаций человека 16384 типами материи синтеза 64 видов материи, оформляемых данной Парадигмой.
Но если мы говорим об учёном, который имеет восемь степеней подготовки или стремится к ним, который осмысляет, что такое аватар наук, который осмысляет, что такое владыка наук, и который погружается в свою прасинтезность на восемь уровней как минимум, а при углублении, допустим, в разные виды философии на 16 уровней (мы обосновали 16 видов философий и спецификами овладение ими), то он может вызвать на себя сразу 16 уровней прасинтезных компетенций соответствующего вида материи. И это будет один физический мир. А для отдельных людей, внешне ориентированных, на внешний природный фактор, на ядерность внешнюю, со слабой активацией прасинтезности – это будет физический мир из 4096-ти реальностей и соответствующих типов материи (16 × 256). А для людей, которые ориентированы на прасинтезность, на глубину иерархизации этой прасинтезности, на внутреннее освоение стандартов, законов, методов и правил, это будет просто 16 видов материи. Вопрос в том, что надо держать такой уровень прасинтезности, чтоб весь физический мир метагалактики помещался в 16 видов материи, а потом из этих 16-ти видов материи реплицировался свободно всеми 256-ю типами материи. Но всеми типами материи не получиться потому, что типы материи отражают 64 вида материи, соответственно надо будет сразу действовать не только физически миром, но ещё и тонким в 16 видов материи, потом метагалактическим – ещё 16 видов материи, а потом и синтезным, ещё 16 видов материи, четыре раза по 16. Но при этом, частностей у нас, именно и поэтому 16-ть, а значит, умный увидит, что активацией 16-ти частностей с концентрацией не на внешнем, а на внутреннем, на прасинтезности 16-ти видов материи, он вызовет на себя весь физический мир метагалактики, и освоит её. Вот такой парадокс.
Здесь ещё один момент – зачем всё это? Оставили бы 16 видов материи. Но природа живёт разнообразием. И чем многообразнее природа, тем разнообразнее жизнь. Посмотрите, чем больше богатства природного разнообразия, тем интереснее нам жить. Но есть ещё и другой вариант. В нашей Метагалактике это 64 вида материи. Никто не отменяет, что наша метагалактика Фа может входить в более высокий кластер метагалактик, которые мы с вами определяем, как изначально вышестоящая метагалактика, где наша метагалактика одна из 65 536 метагалактик. И тогда там уже будет не 64 вида материи, а допустим те самые 256 (с учётом того, что 256 × 256 = 65 536).
Соответствующем образом, 256-ю типами материи, как отражениями, мы пытаемся уже заранее подготовиться и войти в 256 видов материи, следующей, более высокой метагалактической ориентации – изначально вышестоящей метагалактики. И, с одной стороны, при погружении в виды материи они нас компактифицируют на прасинтезность данного метагалактического ареала обитания 64-х видов материи Метагалактики Фа. С другой стороны, отражениями в окружающем бытии типами этих 64-х видов материи они нас начинают поддерживать, постепенным накоплении этими отражениями, в освоения 256-ти видов материи следующего метагалактического ареала обитания изначально вышестоящей метагалактики. Но пока мы внутренне не освоим 64 вида материи и в отражении 256 типов материи и в реальности включаются базис исполнения, мы не сможем реально глубоко действовать изначально вышестоящей метагалактикой, то есть, следующим видом материи, выше, чем наша метагалактическая материя – изначально вышестоящей метагалактикой. Вопрос в этом.
Поэтому мы сейчас говорим именно о 16-ти видах материи. И эта содержательность позволяет нам говорить сейчас о видах материи в освоении. Поэтому говоря о парадигмальности, мы ведём речь о видах материи, потому что только виды материи дают активацию соответствующих частностей в активном режиме. Как только мы говорим о типах материи, частности начинают действовать более в пассивном режиме. Это не значит, что они не действуют – скорость действия повышается. Но если рассмотреть иерархизацию, то виды материи – максимальная скорость, а типы материи – минимальная скорость. Но если мы занимаемся с вами парадигмой и описываем парадигму частностями, то сама парадигма и это слово вызывает у нас повышенную скорость частностей. Даже тем, что мы собрались вместе и занимаемся таким явлением как парадигмой. У нас сейчас все системы, аппараты и части, максимально динамизируются, и начинают соответствовать спецификам этих 16-ти видов материи в той или иной степени, концентрировано-концентрировано, что повышают нашу скорость активации в осмыслении парадигмы как таковой. И мы видим, что нам интересно собираться на работу над парадигмой только потому, что какая-то иная среда создаётся вокруг нас – это концентрация видов материи, в отличии от привычных нам типов материи соответствующей реальности вокруг нас.