— Так куда мы отправляемся и на кого охотимся? — почти безразлично спросил мальчик чисто для проформы. Дину это не понравилось — оба Винчестера подозревали о существовании “пелены” и не одобряли ее использование — но он промолчал, даже решив, что мальчик опять прибег к ее помощи без особой, как он думал, нужды. “Прогресс,” — отстраненно отметил Грей, — “Еще пару недель назад он бы устроил скандал, пытаясь строить из себя заботливого папочку.” — Пока начнем с простого. Отрубленные головы, скорее всего просто охотник и вампиры, но нужно проверить, городок неподалеку, три жертвы. Возможно, это просто немного эксцентричный призрак. — коротко отчитался Сэм, оглянувшись к мальчику. — Помнишь, что нужно делать? Тот кивнул. — Круг из соли для защиты, железо — развеять призрак, дает дополнительные восемь секунд для работы, сжечь кости для уничтожения. Дополнительно также действуют определенные заклинания из раздела о Некромагии. Дин ошарашенно моргнул, оборачиваясь. — Ты где это вычитал?! — Книги. Прекрасное изобретение человечества, может, ты о нем слышал. Если бы ты заглядывал в них почаще, то знал бы как минимум четыре заклинания для уничтожения разбушевавшегося духа с вероятностью свыше девяноста процентов. Нет, мне не рано. — предвосхитил следующий вопрос мальчик. — Я учусь у преемника Аластора, уже нет того, что для меня “рано”. Нет, Дин, засунь свои пошлые шуточки в тот порно журнал, из которого их вычитал, сохрани мою и без того покалеченную той сценой психику. Старший Винчестер оскорбленно фыркнул, ловя веселящийся взгляд Сэма, от которого ожидал поддержки, и пробормотал что-то, смутно напоминающее “предатель”, однако глаза светились гордостью. — О какой сцене идет речь? — Дин обреченно застонал, когда мальчик позади предвкушающе-злорадно протянул: — О-о-о, это целая история... — Бога ради, заткнись. — Разве твой любимый братик не должен знать, как ты в соседней с моей комнате резвился с той официанточк... — Помолчи! — Дин сделал что?!
— Странно... ЭМП не было вообще. Я забыл упомянуть, но... там не было вообще ничего. Ни клыков, ни нечисти в отражении. Охотников тоже не было. — повернулся к Дину Сэм.
Тот нахмурился, бросив быстрый взгляд в сторону кровати, уже мечтая наконец уснуть.
— А какая еще тварь могла лишить человека головы на трассе, где людей нет в радиусе километра? — Помимо призраков есть и другие твари, если вы забыли. — фыркнул Грей, листая бумажки с заключением патологоанатома. — К тому же след среза неровный, будто... будто от зубов. — А на кой черт кому то откусывать головы? Не великоваты ли зубки должны быть? К тому же в жертвах почти нет крови, либо она вытекла, либо ее выпили, но ведь пить ее и удобнее можно. — не понял Дин. Сэм тяжело вздохнул. Когда Дин хотел спать, он становился тупым. Очень тупым. — Монстр. Голод. Неизвестный монстр и неизвестно какой образ жизни. Чувствуешь запах логики? — приподнял брови мальчик, и старший Винчестер медленно кивнул, являя миру тяжелую работу мысли на лице. — Спи уже, сейчас ты бесполезен. Дин молча плюхнулся на кровать, даже не подумав возразить. Грей пересел за стол, к сосредоточенно что-то высматривающему в ноутбуке Сэму. — Это может быть кто угодно. — тяжело выдохнул Винчестер, откинувшись на спинку стула. Мальчик фыркнул, поворачивая чудо техники к себе. — Я бы так не сказал. Кандидатов не так уж много, если честно. Я где-то читал... вот. Винчестер сощурился, пробегаясь взглядом по сухим строчкам, и тяжело вздохнул. — Огромный кровососущий неуязвимый скелет больше нас раз в пятнадцать. Как раз то, чего нам не хватало для идеальной жизни, да... Мальчик усмехнулся, вновь перечитывая статью про Гашадокуро. Со средневековья изобрели множество способов уничтожить кости. Один должен сработать. На совсем уж крайний случай у него есть книга заклинаний, многие из которых он уже опробовал...
====== Глава 14. ======
—...ты... ты сейчас серьезно? — устало потер переносицу Дин. — Гашадокуро? И как нам убить эту тварь? — Первое, что приходит в голову — кислота. — отозвался эхом мальчик, покачиваясь на стуле. — Она разъест кости с вероятностью в... тридцать восемь процентов. — Сэм приподнял брови, не понимая, почему вероятность настолько низкая. — Это сверхъестественная тварь, возможно, это не сработает. Просто польем его этой дрянью и будем рвать когти. — Очешуенно. То есть либо оно сработает и мы выживем, либо оно не сработает, и нам откусят головы? — с иронией спросил Дин, смотря на Грея. Тот кивнул. — Очешуенно. — повторил он. — Просто супер. Мальчик лишь пожал плечами.
Что ж... когда Грей говорил “просто обольем”, он немножко недооценил противника. “Немножко” — это на сотню метров. И сейчас, смотря на один только палец твари, что была больше него раз в пятнадцать, мальчик ощущал полузабытый страх, все такой же неприятно-липкий и холодный.
Оно было огромным. Серьезно, огромным. Как огромный скелет дикой помеси лягушки, человека и динозавра. Грязно-белые кости едва слышно стучали друг о друга, но ничего больше не было. Ни мышц, ни кожи, ни сухожилий. О том, что движение без всего этого невозможно, мальчик старался не думать. Это ведь, мать ее, магия...
Каждый шаг существа отдавался потоком ветра, но никакого шума не было, словно оно ничего не весило. Он появился прямо из воздуха, когда Винчестеры с Греем и честно позаимствованной требуемой жидкостью ехали мимо леса на Импале в сторону гостиницы, в которой они остановились, и два Охотника, судя по всему, сумасшедших, решили использовать такой шанс. Голос разума в лице Грея был успешно проигнорирован. Спрятаться ночью в лесу было совершенно не сложно, а вот не шуметь... с этим были некоторые проблемы, благо что звуки голого черепа существа не достигали. Сэм, находящийся рядом, мысленно прикидывал, насколько большим должен быть объем сосуда для кислоты и где взять шланг. Вот уж кто давно привык к подобному дерьму. Грей же таким спокойствием не отличался, сердце пропускало удары при каждом шорохе и, кажется, вовсе замерло, когда Дин, стараясь не шуметь, вылез из соседних кустов, сжимая в руках специальную тару для особо едких веществ. Серная кислота, кажется, входила в список “особо едких’’. Тварь словно его и не замечала. Тихие шаги, едва слышный плеск жидкости о стенки сосуда, затаенное дыхание, стук собственного сердца и стрекот сверчков — вот и все, что было слышно все то время, пока старший Винчестер двигался к высматривающему что-то вдалеке костяному монстру. Все эмоции притупились даже без пелены, возможно, от шока и волнения, но факт оставался фактом. Только благодаря этому ребенок еще не закричал и не заработал инфаркт. Резкий поворот отливающего гнилостно-желтым под тусклым светом луны черепа вызвал мурашки по коже. Мальчик, конечно, многое видел, но это... это было даже отвратительнее купающихся в речке Дурслей. Те двигающиеся при малейшем движении слои жира и обвисшей, дряблой кожи еще долго снились ему в кошмарах... Звук тихо льющейся воды вывел его из противных воспоминаний, от которых он даже забыл о страхе перед монстром, полностью отдавшись отвращению и брезгливости. Зря.
Дин тонкой струйкой лил тихо шипящую жидкость на гигантский вытянутый палец-кость, и та вроде бы даже начала разъедать верхний желтовато-белый слой, но...
...но он не видел, как пустыми глазницами на него уставилась тварь, опустив голову.
Зато это видел Сэм, и лицо его перекосилось ужасом. — Дин, беги! — свистящий шепот-крик, и мужчина перевел недоуменный взгляд на брата, приложив ладонь к уху, словно пытаясь прислушаться. И Сэм практически в панике закричал, позабыв о том, что они вообще-то прячутся, о том, что их самих могут сейчас убить, позабыв обо всем: — Беги, блять! В то же мгновение огромная костяная рука бесшумно накрыла не успевшего даже дернуться старшего Винчестера, обдав сильнейшим потоком ветра все вокруг. Деревья закачались, некоторые просто переломились, как тростинки. Вдалеке взмыли в небо разбуженные птицы, и, кажется, ускорились даже облака. Мальчик с трудом устоял на месте, схватившись за основание ствола одного из деревьев. То качнулось, под потоком воздуха почти наполовину вырвавшись из земли прямо с корнем и обдав лицо инстинктивно зажмурившегося ребенка тысячами комочков холодной, влажной земли, но удержалось. Пелена почти сразу же, как он открыл глаза, накрыла сознание, заполнившееся иррациональным ужасом, и спокойствие накатило так же внезапно, как обычно исчезало. Это уже начинало раздражать. О том, что у Сэма такой пелены нет он, к сожалению, забыл. — Дин! “Безрассудно, глупо и совершенно бессмысленно.” — отметил равнодушно и словно отстраненно разум, когда Винчестер, забыв обо всем, резко сорвался с места, ко все еще лежащей на земле неподвижной конечности монстра, тщетно пытаясь сдвинуть с места огромные костяные фаланги. — Сэмми, я живой! — с неверием и странным восторгом послышалось из клетки пальцев, и сквозь довольно крупную щель показалось лицо ошалело улыбающегося Дина — грязного, поцарапанного, с окровавленным виском, но живого. Глаза младшего Винчестера словно вспыхнули, когда он шумно облегченно выдохнул и уже куда спокойнее оглядел желтоватые пальцы, испещренные многочисленными трещинками и сколами. В ход шло все: кулаки, пистолет, нож. Сэм с каким-то странным для мальчика остервенением бил по неподвижной конечности, сбивая костяшки пальцев в кровь, бил острием ножа Руби, не оставив ни царапинки, стрелял, расходуя патроны и наплевав на все вокруг. Он словно не замечал, как к нему со свистом приближается вторая конечность монстра, полностью отдавшись этому дикому и глупому занятию. Для него существовало лишь оно... Этого Грей не понимал. Зачем он рискует собой, пытаясь спасти того, кто от малейшего движения чудовища превратится в кровавую лепешку? К чему эта бессмысленная жертвенность? Вряд ли Гашадокуро с радостью отпустит Дина если Сэм умрет, скорее уж старший Винчестер будет сожран чуть позже, сначала в полной мере насладившись тем, как его брату откусывает голову почти неуязвимая костяная тварь и выпивает его кровь через шею, как ебаный пакетик сока. Сэм вскрикнул и резко затих, когда его точно также прижали к земле костяные пальцы. Поток ледяного ветра с отвратительным запахом гнили на мгновение стер пелену с сознания, и спокойствие сменилось всепоглощающим ужасом, точно таким же, какой прозвучал в крике старшего Винчестера. Но это было лишь мгновение. Одно коротенькое, крошечное мгновение, после которого эмоций не осталось вообще. Лишь пустота и ледяное спокойствие, как во сне. Словно он — и не он вовсе.
