Но Холмс молчал. Он оттягивал момент истины так долго, как только мог, в очередной раз демонстрируя пренебрежение к Дауэлу и их затянувшейся беседе. Хотя, возможно, он просто впервые не знал, что сказать.

Подул лёгкий ветер, проносясь рябью по тёмной глади лесного озера. Где-то рядом было слышно глухое постукивание — это наконечник дорогого зонта нервно бился о бетонный пол смотровой площадки. Марк мельком взглянул на Холмса и хотел было что-то сказать, но Майкрофт опередил его, тихо сказав:

— Кое-что нам просто не под силу изменить, правда ведь, Ричард.

Он слышал это обращение уже в третий раз за этот вечер, и если с уст Джеймса оно звучало, как детская издёвка, то Майкрофт произнёс его скорее на манер своей привычной угрозы. Любил же этот человек копаться в чужом дерьме — иначе бы и не занял свой кабинет. Личность вроде Майкрофта опаснее любого терориста — он невероятно умён и обладает доступом ко всему, что имеется в правительственных базах данных, что само по себе уже достаточно убийственная комбинация. И даже закостенелый снобизм позволял этому человеку время от времени по-настоящему удивлять.

А Холмс тем временем продолжил, выждав небольшую театральную паузу:

— Занятное имя у тебя с не менее занятной историей. Ричард Брук — раньше я думал, это просто забавная игра слов, но оказалось, что в этом обращении куда больше смысла. В конце концов, именно под этим именем погиб твой брат.

Нарочитый акцент на последнем слове слегка выбил Дауэла из колеи. Он никогда не раскрывал своего прошлого, а уж после случая с Броуди он и вовсе приучил себя помалкивать в компании министерских снобов. Но теперь у их с Джеймсом истории появилось ещё одно совершенно лишнее звено, и как бы не хотелось Дауэлу убрать его самым простым из возможных способов — он не мог этого сделать. А поэтому пришлось мириться со сложившимися обстоятельствами… в конце концов, этот идиот же не знает всего, если думает, что Джеймс и вправду убил себя.

— Нашёл же ты время… — невесело усмехнулся Марк.

Ему по прежнему не хватало забытых дома сигарет, а мерный стук дурацкого зонтика лишь усугублял это спонтанное желание.

— Я не использую это знание, как оружие, — парировал Холмс. — Я всего лишь хочу сказать, что семья — наша общая слабость, Марк.

Было нечто искреннее в его словах — нечто, отдающее до боли знакомым для Марка чувством. Майкрофт Холм, сколь бы бесчувственным и беспощадным он не казался, всё ещё имел другую сторону своей личности — ту, что однажды заставила его вмешаться в игры между Шерлоком и Джеймсом и создать нечто под названием «проект Лазарь». То, что младший Холмс ещё бродил этой бренной землёй не было новостью для Марка, но тот факт, что его личность заинтересовала Асада, не мог не удивлять. Шерлок был безобидным в контексте его игр — умён, но не влиятельный, сдержан, но слишком импульсивен, особенно что касается его окружения. Похоронить такого куда легче, чем взорвать очередное правительственное здание.

— Так Зейд нашёл его? — спросил Марк.

Майкрофт немного помедлил с ответом, и Дауэл впервые готов был выждать любую его паузу.

— Нашёл, да, — ответил немного невпопад Холмс, — но мой брат не так глуп, чтобы попасться даже такому психопату. После смерти Джеймса Мориарти подобные игры больше не доставляют ему удовольствия. Шерлок слишком самоуверенный, чтобы залечь на дно, а Асад слишком прямолинейный, когда дело доходит до угроз.

Слова Холмса в очередной раз доказали догадки Дауэла. И от этого невольно становилось паршиво, ведь теперь слухи о сотрудничестве Британии с Асадом переставали быть слухами и становились опасной константой. Множество вопросов роилось в его голове после откровений Холмса, но все они сводились к одному:

— И что это должно значить?

— Зейд Асад должен выжить, — незамедлительно ответил Холмс. — Со вчерашнего дня он находится под особой протекцией MI-6, и любой, кто попытается его убить, будет признан виновным в государственной измене и немедленно ликвидирован.

С уст Майкрофта Холмса подобные заявления звучали особенно угрожающе, ведь они вполне могли оказаться реальностью. Собственный план по уничтожению Асада теперь казался ещё более безумным, но Марка это не заботило. В каком-то смысле перспектива смерти даже выглядела заманчиво, если учесть, что смыслов продолжать своё существование больше не было. Однако это всего лишь лирика, а его интересует сейчас суровая и неприкрытая реальность.

— Так это предупреждение? — поинтересовался Марк.

— Скорее, настоятельная просьба не совершать глупостей.

Поучительный тон, с которым была сказана последняя реплика Холмса, заставил Марка ехидно улыбнуться.

— И как я могу устоять перед просьбой самого британского правительства, — сказал он.

Их взгляды пересеклись и Марк явственно ощутил презрение, с которым на него смотрел Холмс. Сложившаяся беседа ему явно была не по душе — куда проще было бы подослать киллера, что прикончил бы Дауэла одним точным выстрелом в лоб, — но в их мире, в мире драконов, так не поступают. Грубая сила ещё в далеком 2007 году, когда Марк поступил на службу в британскую разведку, казалась моветоном среди людей, что привыкли все споры решать путём словесных и бумажных воен. Такой подход пришёлся по душе Дауэлу, что не любил лишний раз марать руки чужой кровью, однако не стоит отрицать — временами, и даже сейчас, увидеть мозги Холмса на бетонном полу было его самым заветным желанием.

Жаль, что этой мечте суждено остаться несбыточной.

— Полагаю, обратно я доберусь без твоего сопровождения, — сказал Дауэл, оглянувшись на застывшую в нескольких ярдах от них машину. — Поэтому должен откланяться. Не хочу больше задерживать.

Он встал со скамьи и под пристальным взглядом старшего Холмса покинул смотровую площадку. Его тёмная фигура всё удалялась, уходя вглубь леса, пока не исчезла в тени исполинских дубов, что возвышались над узкой тропой. Разговор с Холмсом позабавил Марка — он хотел разубедить его совершить самую большую в жизни ошибку. Чёртов Майкрофт Холмс захотел побыть его здравым смыслом, спасая при этом собственную шкуру. От этой мысли Марк тихо засмеялся, сворачивая с лесной тропы в сторону ближайшего посёлка.

Домой он вернулся под утро в приподнятом настроении, держа в руках пару пачек сигарет, купленных в местном круглосуточном киоске, и горсть странного вида ягод, которые росли вдоль лесной тропы.

План начинал складываться воедино.

Комментарий к Глава 5.2 Война

[1] Война (с нем.) - автор Георг Гейм

Она восстала, восстала от долгого сна.

Из-под глубоких сводов восстала она.

Высится в сумерках, безвестна и велика,

И стискивает месяц черная ее рука.

[2] Перевод разговора Дауэла с арендодателем:

- Вам пришла предоплата?

- Да, но это слишком много!

- Это залог.

- Залог?

-Залог вашего молчания молчания. Надеюсь, мы поняли друг друга?

- Конечно.

Итак, это предпоследняя глава этой большой, поистине масштабной работе. События освещаются с перспективы трёх главных героев, что, как по мне, куда лучше раскрывает не только их мотивацию, но и сюжет в целом.