Все те три часа, которые ему пришлось ждать свободного воздушного коридора для полёта, Джеймс провёл за ускоренным усвоением невероятного количества информации, которая наталкивала его на весьма противоречивые мысли. С одной стороны, была стопроцентная зацепка, напрямую затрагивающая планы Асада и его местной свиты, — «ARES inc.», которая только за последние полгода имела проблем с антимонопольным комитетом больше, чем любая, в разы превосходящая её по капитализации и обороту компания в Австрии. Факт контрабанды оружия был очевидным, и несколько судебных процессов по этому поводу ещё не завершены, а новости о них время от времени появляются в венской прессе. Однако, с другой стороны, рядом, в каких-то пятистах милях разворачивалась куда более занятная драма, включающая в себя очередной сговор «ярых католиков», направленный на то, чтобы убрать неугодного им человека с вакантного места. Причастность Асада была пока лишь косвенно подтверждена словами Терезы, и Джеймс бы мог списать всё на банальное совпадение, если бы не одна сомнительная переменная в лице Беатрис Лэнг, так кстати мелькнувшая в прессе.
Частный рейс до Милана вылетел из аэропорта Люксембурга за десять минут до полудня. Час с лишним, что Джеймс провёл в воздухе, пролетел практически мимолётно. Он всё размышлял о том, каким будет исход их встречи с Беатрис, а именно за этим он и летел в проклятую Италию, которую, спустя месяц, что он провёл там, уже искренне ненавидел.
На отдых не было ни желания ни времени, но Джим чувствовал — ещё одни сутки без сна и нормального питания — и он пойдёт следом за тем несчастным Папой. Потребности организма, удовлетворение которых занимало солидную часть имеющегося времени, вгоняли Мориарти в откровенную скуку. Если и была вещь, о которой мог мечтать кто-то вроде него, так это о лекарстве от усталости. Ведь, если задуматься, убрав ту часть, в которой мы предаёмся грёзам, в нашей жизни остаётся куда больше времени на насущные дела.
«Еве бы это не понравилось», — подумал Мориарти, глядя на едва тронутый обед, который ему вынесла стюардесса.
Рука невольно потянулась к телефону, чтобы проверить полицейские сводки Виннергофа, но Джеймс вовремя осёкся. Прошло уже две недели, а Ева всё не выходила на связь. Она не была в Праге, он точно знал об этом, ведь заплатил круглую сумму местному баристе, чтобы тот время от времени посматривал в сторону часовой башни, проверяя, не объявилась ли Ева. Вероятность того, что она жива, стремительно приближалась к нулю. Объективно, он уже должен был давно отбросить эту девушку в прошлое и позабыть о ней, как о долгом бредовом сне, но, по какой-то причине, Джеймс так и не смог этого сделать. Он убеждал себя, что поступает правильно, гоняясь за следами Асада, разбросанными по всей Европе, но стоит ли оно этого? Нужно ли ему, человеку, впрочем, не столь сентиментальному мстить за смерть той, что была с ним каких-то четыре месяца? Он может пойти в подполье…
«Не можешь, и ты это знаешь», — пронеслись в мыслях слова, сказанные однажды Евой.
Стоит переждать год-другой — и в Европе опять станет безопасно. Япония была бы неплохим местом, чтобы продолжить дело. С азиатами никогда не бывает скучно…
«Ты же шутишь? Скажи, что ты шутишь, Мориарти?!» — воскликнул голос Евы где-то в глубине затуманенного усталостью и нескончаемым потоком проблем разума.
— Заткнись, — тихо попросил Мориарти и тут же поджал губы, поняв, что он в салоне не один.
— Что, простите? — растерянно спросила стюардесса.
— Ничего. Уберите это, — Мориарти кивнул на свой завтрак.
— А, да, конечно, — стюардесса поспешно забрала поднос с едой. — Мистер Мориарти, через десять минут мы пойдём на посадку в аэропорту Мальпенса. Прошу, пристегнитесь.
Его самолёт сел с лёгкой задержкой из-за неполадок со связью с диспетчером. Милан встретил Мориарти ярким солнечным днём, так неподходящим к пульсирующему раздражению, что поселилось в его мыслях. Такси от аэропорта Мальпенса к городу тянулось непростительно долго, а пробка на въезде едва не доконала уставшего и нервного Мориарти. Нескончаемый громкий гул клаксонов и крики излишне экспрессивных итальянских водителей ещё долго будут отдаваться эхом в уме Джеймса.
До центра Мориарти добрался через все круги ада, начиная с трёх аварий, что случились на одной из центральных улиц и застопорили движение на добрых пару часов, и заканчивая шумным митингом перед мэрией в защиту прав трудящихся, из-за которого перекрыли целый бульвар, прилегающий к историческому центру. Джеймс уже тихо ненавидел этот город, в сотый раз поглядывая на часы. Служба в соборе должна была закончиться с минуты на минуту. Если ему очень повезёт, то он застанет Беатрис там. В противном случае, придётся задержаться в этом городе, как минимум, до вечера.
На часах было полтретьего, когда из-за череды однотипных сооружений показался величественный Миланский собор с его готическими шпилями, устремлёнными в небо. Машина притормозила у памятника Виктору Эммануилу Второму. Джеймс наспех расплатился и с облегчением покинул душный салон такси.
Выйдя из машины, он оказался у небольшой пальмовой аллеи, что открывала длинную Соборную площадь. Вокруг сновали толпы весёлых туристов, издалека звучали звуки гобоя, отдалённо походящие на какой-то фольклорный мотив, а впереди была устланная брусчаткой дорога, что вела прямиком к собору. Мориарти в очередной раз машинально взглянул на часы, после чего весьма ловко влился в безликую толпу людей, гуляющих площадью. Среди всего этого марева из пёстрых курток и весёлых лиц он, облачённый в свое привычное черное одеяние, казался лишь тенью, которая вдруг поднялась с земли и решилась подобно обычным людям пройтись и полюбоваться окрестностями. Мориарти ощущал себя чужим в этом обществе. Он не разделял их радости при взгляде на невероятные произведения архитектуры — для него это были лишь изящно сваленные камни, которые неплохо вписывались в общую картину города и не более того. Ну, а на восхищение ими у Джеймса совершенно не было времени.
Внутри Миланский собор казался невероятно пустынным. А уж если взглянуть наверх, туда, где сквозь витражи на крыше в здание попадает солнечный свет, он и вовсе становился бесконечным. Центральный зал наводнили маленькие группы туристов, что пытались охватить объективами своих камер каждый тёмный уголок этого здания. В другом конце молодой парнишка в рясе закрывал большое церемониальное Евангелие и гасил горящие свечи. Служба только закончилась, и Беатрис должна быть где-то поблизости.
Джеймс шагал вперёд мимо стройных рядов деревянных лавок, осматриваясь по сторонам. На миг ему показалось, что он увидел мелькнувшую меж колонн белую маску и женский силуэт, что исчез во тьме коридора. Мориарти пошагал следом, стараясь не привлекать лишнего внимания. Он шёл вперёд, не глядя по сторонам. Всё его внимание было сосредоточено на той загадочной женской фигуре в белой маске — точно Беатрис, и он следовал за ней без оглядки.
— Простите, синьор! — окрикнул его со спины женский голос.
Мориарти остановился и обернулся. Прямо напротив него теперь стояла молодая монахиня с высокой восковой свечой в руках.
— Вам туда нельзя. Это служебное помещение. Вы что-то ищите?
— Я ищу сестру Беатрис.
