Полюбить и украсть принцессу? Королеву?
Кейси, к сожалению, глубочайшему и бесконечному, видел с полдюжины принцесс и королев. Не пляшет. Ни ваша, ни наша. Никто не пляшет. Божественная Одри – это настолько идеальная ложь, что в нее можно даже не верить. Ей все равно.
Власть? Деньги и совокупленный с ними большой гедонистический набор?
Еще смешней.
Так что?
Любопытство, которое всегда возникает при исследовании какой-то новой социальной метафоры, вот, пожалуй...
Да. Я, имярек, и далее – знать желаю.
Именно. Не разгадывать, не владеть, а знать. Я – хочу – знать!
А значит, играем дальше по своим правилам. Надо выявить этого нового игрока и предложить ему дополнительную дебютную схему. Так что, пожалуй, можно позвонить Жюлю и попробовать спровоцировать и Регард, и Фачжань. И рвануть в слепой поиск. Там уж как оно само выведет.
<p>
<a name="TOC_id20241360" style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium; background-color: rgb(233, 233, 233);"></a></p>
<a name="TOC_id20241362"></a>Третий манифест Тантры
Надо знать свое лицо. У нас постоянно находятся аргументы, чтобы не знать. Это я совсем не к тому, что надо спешно открывать всем глаза на жизнь. И глядеть не хочется, да и смотреть не на что.
Можно не говорить вслух чудовищные гадости про человечество, потому что есть объективная моральная, культурная и политическая необходимость не говорить. Но их неплохо было бы знать. Надо знать свое лицо, надо честно в него смотреть и видеть именно таким, какое оно есть, а не таким, которое устроит всех и никого не обидит. Зачем? Чтобы не ошибиться лишнего.
Люди – омерзительные, подлые твари, лживые, трусливые и кровожадные. Дети свиньи и гиены. Выблядки свиньи и гиены, если точнее. И совсем-совсем не гуманисты, не строители коммунизма, не толерантные либералы и т.п.
Это просто надо знать. И понимать, что это норма. Чтобы всякий раз не удивляться лицемерно, что – ах! – эти толерантные строители коммунизма, социализма, капитализма, экуменизма и пр. почему-то ведут себя как подлые твари и не придумывать кучу лживых политкорректных оправданий такому поведению.
Надо лучше всмотреться в свое лицо. Но не для тупо-изумленного лицезрения, а чтоб понять – как сформировалась эта физиономия. Какие черты в ней естественны, а не только безобразны.
Люди – падальщики и трупоеды. Наши предки взяли в руку дубину не для того, чтобы сбивать идиллические бананы, а камень – не для того, чтобы колотить не менее идиллические орехи. Палкой они раздвигали и ломали ребра трупов, чтобы добраться до остатков мяса. Камнем они разбивали обглоданные птицами и шакалами черепа, чтобы съесть мозг.
Люди – не просто каннибалы и антропофаги. Они ели своих сородичей регулярно и долго. Не отдельные группы в качестве уникальной извращенной практики кризисных голодных лет, а все. И тысячелетиями. А потом тысячелетиями выращивали кормовой молодняк для пропитания своих двоюродных братьев, палеоантропов. Да-да, все жрали, и кровь младенчиков пили все, не только дикие злые евреи.
Люди начали говорить задолго до того как научились думать. И первыми их словами были «Нельзя!» и «Не трожь!». А уже потом, в мрачных пещерах в депривационном наркотическом бреду у них прорезалась первая мысль – «Хочу!»
Да, чуть не забыла: люди – бараны. И попугаи. Едва один из них давал команду «Нельзя», как она немедленно приводила к нужному результату. Но совсем не потому, что остальные ее выполняли, а потому, что все тоже начинали орать «Нельзя!». И дружно забывали – что нельзя, как и почему.
Можно еще долго рассказывать – какими были люди на заре времен. Можно и нужно, потому что многое с тех пор слабо изменилось. Во всяком случае, в принципах и схемах функционирования разума и психики. Неразумной психики и психованного разума. Но я не буду этого делать, потому что Борис Поршнев в книге «О начале человеческой истории» уже сделал. Блестяще, гениально и надежно. Так что я буду говорить о другом.
Почему ничего нельзя изменить? Почему нельзя остановить, передвинуть, пересмотреть, отменить надвигающийся пиздец? Почему?!
Потому что – люди...
В массе своей – ан масс – они именно что выбегаллов кадавр, ибо не умеют остановиться. Они давят друг друга и сами себя, потому что это давление есть основание возникновения и существования разума. Сознания. Но в процессе совершенствования суггестивных механизмов они создали такую чудовищную инфраструктуру, обеспечивающую автономную стабильность давления, что затормозить ее маховик невозможно.
Да, отдельные индивиды могут вырваться из круга, но люди вообще – нет.
Поэтому для индивидов есть исихазм, сатори и Телемское аббатство. А для людей только война, чума и Армагеддон. Иначе не сбросить маховик с оси и не уничтожить миллиарды хомячков, бегущих в этом колесе.
Не факт, что после падения колеса славные телемиты и телемчане не обнажат свое истинное, человеческое лицо – омерзительных выблядков свиньи и гиены.
Был такой праздник у индейцев – потлач. Не совсем праздник, а чемпионат. Олимпиада. Даже война. Побеждает тот, у кого остальные сожрут всю еду, выебут всех женщин и переколотят всю посуду. Победитель теряет все. Но именно он выиграл. Ибо вынудил всех взять его добро.
Да-да, жрите мое тело, пейте мою кровь. Самый главный, самый непревзойденный кредитор в истории человечества – Христос. Он расплатился за наипервейший, изначальный грех. И взял его на себя. Переписал. Выкупил. Так что по факту, ему должны все. Никто уже его не переплюнет. (Есть, правда, маза – надо заглянуть чуть раньше и расплатиться за прото-грех, за акт творения. Но это не так-то просто.)
