С окружающим миром в этой комнате начало происходить что-то странное. И каждый из присутствующих, как будто, ощутил себя на месте семилетнего Иссея, и увидел своими глазами того самого «дядьку».
А затем Иссей изменив голос пересказал одну из историй, рассказанных ему «дядькой».
– Давным-давно. За тридевять земель жили-были Дед да Бабка. Однажды Дед отправился в горы косить траву. А Бабка к речке, устроить стирку. И когда она наклонилась постирать…
И своим обычным голосом Иссей сказал, нагнетая напряжение.
– Я ждал развитие сюжета дальше затаив сердце. Дядька сменял картридж, улыбаясь мне.
А потом поставил эффектную точку в той маленькой истории.
– Выскочили сиськи.
А потом размеренным голосом продолжил рассказывать о своих детских впечатлениях об этих историях.
– Ещё совсем юному мне было очень интересно смотреть на детальную картинку сцены, когда у Бабки выскакивают сиськи во время стирки. Они занимали большую часть слайда и казались очень реалистичными. Да… помню, я страшно хотел, и пощупать, и лучше рассмотреть. Помню, ещё восхищался детальностью прорисовки картинок дядьки.
И вновь перейдя на имитацию голоса «дядьки», Иссей сказал:
– Дёрг-дёрг. Брык-брык. Дёрг-дёрг. Брык-брык. Кто бы из проходящих не посмотрел – это были огромные сиськи даже больше шестого размера. Объём... Форма... Воистину это были лучшие сиськи.
И снова перейдя на обычный голос Иссей продолжил.
– Моё сердце начинало колотиться как бешенное, каждый раз, когда речь заходила о сиськах с самого раннего детства. Кушая пудинг в форме сисек, я слушал много невероятных историй. И о том, как демоны был побеждены сиськами. И о том, как Дед стал счастливым благодаря им. Даже был отрок, который получил божественную силу от сисек. Слушая истории о сиськах, я постепенно познавал мир. Однажды я спросил дядьку после окончания шоу, когда он уже собирался уходить…
Тут Иссей изобразил свой детский голос.
– Дядька, а вам приходилось щупать сиськи?
А затем продолжил взрослым голосом.
– Дядька ответил мне с улыбкой: «Конечно, приходилось. И много раз. Парень. Сиськи созданы не только для того чтобы их щупать. Ты можешь даже их пососать!»
Иссей сделал паузу.
– Э… Но разве не это делают совсем младенцы? – сказал он детским голосом, – Тогда я свято верил, что сиськи созданы, чтобы их щупать. Но был неправ.
И добавив хрипотцы в голос продолжил.
– «Парень, ты ещё ребёнок, тебе не понять. Но поймёшь однажды, когда станешь постарше. Стремление сосать их. Любой взрослый мужчина живёт, сражаясь с непреодолимым желанием это сделать каждый день» – сказал мне тогда дядька. Тогда я не понимал смысл слов дядьки. Единственное что мог уловить из его речи – он говорил что-то крутое.
Иссей сделал какое странное движение руками и окружающим показалось, что в его руках… пудинг?
– «Слушай внимательно, парень. Их сосать надо вот так» – говорил мне он. И дядька начинал посасывать пудинг в форме сисек начиная с верхнего кончика. Таким макаром пудинг моментально исчезал во рту дядьки.
– К… крутотень! – ещё совсем молодой я был покорён этим зрелищем. Услышав эти слова, дядька был рад и говорил мне: «Вот. Я дам тебе несколько своих сисько-пудингов. Практикуйся дома». Дядька говорил мне так, словно воспитывает своего преемника. Я конечно брал эти сисько-пудинги и отчаянно тренировался дома в тайне от родителей. Но у меня так и не получалось сосать так же круто как у дядьки. И уже тогда я начинал осознавать всё величие дядьки, и он всё больше покорял моё сердце. Но… случилась трагедия…
Иссей сделал паузу. И все поняли, что эта была не какая-то там театральная пауза. А ему действительно грустно, и он сейчас с трудом сдерживается от того, чтобы не заплакать.
– Одним жарким летним днём. Я, как обычно, нёсся на своём велосипеде, переполненный нетерпением. Сегодня день для новой истории! Дядька нарисовал новую историю о сиськах! О чём же она будет в этот раз? Весёлая история? Грустная история? Будут ли в ней большие сиськи? А может маленькие? Я не мог удержаться от нетерпения. Эмоции переполняли меня. Перед моими глазами по прибытию в парк развернулась следующая картина…
Иссей сглотнул комок в горле.
– «Быстрей шевелись. Просто кошмар. Показывать детям подобное средь белого дня» – говорил какой-то полицейский, куда-то забирая Дядьку. Не может быть! Почему дядьку? Он ничего плохого не сделал! Для еще совсем юного меня этот дядька был всем. Я тут же помчался за дядькой. «Дядька! Дядька! Почему… Почему!» – кричал я им вслед. Но… меня схватил второй полицейский и я не мог спасти дядьку. «Нет! Тебе нельзя к нему подходить! Он плохой человек, который показывает детям то, чего нельзя показывать!» – сказал он мне. «Дядька совсем не плохой! Он учил меня сиськам! Сиськи! Дядька! Сиськи! Дядька!» – я отчаянно кричал сквозь слёзы. Дядька научил меня многому. Он не может быть злым. А дядька улыбнулся, глядя на меня, и тихо произнёс: «Парень. Однажды пощупай сиськи. А потом их пососи». И это были последние слова, оставленные мне дядькой.
Иссей прервался ненадолго, чтобы смахнуть слезинку из уголка глаза.
– «Эй, что ты говоришь ребёнку!? А ну шевелись скорей!» – говорили полицейские. «Дядька! Дядька! А новая история!? Что с новой историей!?» – кричал я им вслед. Но всё без толку. Правоохранительные органы силой забрали у меня Дядьку. Я лишь видел, как полицейский уводил его всё дальше и дальше от меня. Я так и не услышал новой истории. Что же за история это была? От одной мысли на меня находит печаль. Верните моего Дядьку обратно! Верните мне мои сиськи! Мои… В парке, в котором плачут цикады… я... я потерял нечто ценное.
И со всхлипом вздохнув, Иссей закончил рассказ.
– Вот так оно и было.
А затем взгляд Иссей перестал быть затуманенным грустными воспоминаниями из прошлого, и он посмотрел на окружающих его девушек. Плакать никто из них явно не собирался. И судя по тому, что поверхностно прочёл Иссей в их сердцах – Асия собиралась его утешать, Ирина собралась высказать что-то очень резкое в адрес «Дядьки», а Равель Фенекс, не знакомая с реалиями людской жизни, ничего не поняла. А вот Драйг того понял почти на все сто процентов.
И жестом попросив девушек помолчать минутку, Иссей обратился к Драйгу.
– Драйг, ты же ведь всё понял, – сказал он без вопроса в голосе.
– Да, – согласился дракон, – сложно прожить полгода в компании Найта, и не узнать ничего про все эти Духовные связи, сердца, символы, ритуалы и клятвы. Ты же хочешь, чтобы мы… как это говорил Найт, объясняя тебе то, что он сделал с механизмом Кибы… синхронизировали сердца.
– Да.
– [Молчание]
– На днях Уроборос спросила тебя: «Ты станешь Сиськодраконом?». Я думаю, она уже тогда догадывалась, что ты хочешь оставить путь Господства. Ведь ты действительно этого хочешь… Только стесняешься… Тебя пугает, что тебя не поймут… И что будут смеяться…
– Достаточно, Иссей. У меня перед глазами было достаточно примеров того, что можно жить, не переживая по поводу того, что о тебе кто-то там чего-то там подумает… и тем более посмеётся. И ты и Найт, мне это неоднократно демонстрировали.
– Ура! – аж подпрыгнул на месте Иссей, – образы в твоём сердце стали ещё ярче и чище!
– Давай обойдёмся без комплиментов, – проворчал Драйг.
Но в голосе его кроме смущения, чувствовалось ещё и удовольствие.
– Только как мы это сделаем? – спросил Драйг, имея в виду, что за ритуал поможет им в этом.
Иссей не стал говорить, что ритуалов, связывающих сердца истинных ценителей женских сисечек, не существует, но он, Иссей, уже успел разработать один таковой.
– Ты правильно сказал «мы», Драйг. Любое искреннее и неэгоистичное действие имеет силу ритуала. А когда его одновременно выполняют двое – получается могущественный ритуал, соединяющий сердца.
Глаза у трёх девушек стали круглыми-прекруглыми. В этот момент Иссей не походил сам на себя. И выглядел как-то… возвышенно и даже мудро…