– То есть ты как бы мой папочка, – ляпнула, не подумав Каттлея.

– Ты уверена в своём желании? – спросил Найт.

«О чём? Чтобы обо мне позаботились? Конечно, да!», – подумала Каттлея, кивая.

– Объявляю тебя моей дочерью! – сказал Найт обнимая Каттлею и положив ей руку на голову, и осторожно гладя её по затылку.

В первое мгновение Каттлея хотела сказать, что она не это имела в виду, и, что она хотела бы видеть его своим парнем. Но затем…

Слёзы неудержимым потоком полились из глаз Каттлеи. И она зарыдала, уткнувшись носом в плечо Найта. И если бы её кто-то спросил, когда же она в последний раз плакала, то Каттлея не смогла бы ответить на этот вопрос. Потому что это было в далёком-предалёком детстве, и она уже давным-давно забыла о том, каково это плакать. Но на плече у Найта вдруг оказалось так спокойно. И сейчас она просто выплакивала из себя всё напряжение, копившееся в ней даже не годами, а столетиями, и бросившее её в самоубийственную атаку, весь ужас растворения в Абсолютном Ничто, и шок от едва не закончившейся её новой жизни.

А ещё она чувствовала, что слова «Объявляю тебя моей дочерью!» не пустой звук. И о ней действительно позаботятся. И это давало ощущение покоя на сердце.

А в это время Найт с удивлением констатировал, что, оказывается, духовные сущности могут плакать. Сам же он ни намёка на такую потребность не испытывал. Ни сейчас. Ни когда либо раньше.

Десять минут спустя

– Удлиняй руки! Пасти на конце рук делай побольше! И зубы поострее! И побольше! – советовал Найт, наблюдая, как на Каттлею набрасываются толпы монстров, а та, трансформировав конечности, перекусывает тех пополам.

Внутренний мир. Несколько минут спустя

– Сейчас зашьём раны и продолжим, – сказал Найт, подходя в лежащему в центре арены изуродованному и окровавленному телу. В его руках возникла иголка с нитью для наложения хирургических швов, которую он тут же воткнул в лежащее перед ним тело.

– [Стон!] – издала невнятный звук Каттлея.

– Итак, в ходе этой лёгкой разминки…

– [Стон!]

– Ты узнала, что духовные сущности на инстинктивном уровне умеют трансформировать своё тело и наносить урон оболочке души противника. Для духовных сущностей это не проблема. Но в бою они такими глупостями не занимаются. Точнее против таких же духовных сущностей это применять бессмысленно. Потому что пока у противника есть энергия, тот может моментально восстановиться от самых «ужасных» ран. Против материальных сущностей такие атаки применимы. Но делать это имеет смысл, лишь пока духовная сущность – зелёный новичок вроде тебя, и не имеет в своём арсенале толковых навыков.

Внутренний мир. Несколько минут спустя

– Папа… может не надо? – неуверенно спросила Каттлея, глядя на целящегося ей в лоб из револьвера экзорциста Найта.

– Надо, Лея, надо.

[Выстрел!]

– Ай! Больно! У меня дыра во лбу! И кровь идёт! И на затылке кровь!

– У духовных сущностей нет уязвимых точек. И даже потеря Ядра души не фатальна. Ну, минут пять духовная сущность может прожить и без него.

– А потом… развеется? – почему-то шёпотом спросила Каттлея.

– Потом можно сделать демоническое Псевдо-Ядро. Оно конечно только и может, что поглощать чужую демоническую энергию… и ещё куча негативных последствий, о которых тебе пока ещё рано… не поймёшь, потому что нет нужных знаний… но до победы протянуть можно.

И тут до Каттлеи дошло кое-что.

– То есть у меня не настоящее Ядро души? Я инвалид?

– Не навсегда. Каждый раз, когда разумное существо принимает важное решение, побеждает в тяжёлой ситуации или решает важную проблему, Ядро души укрепляется. Пересмотри образы Каттлеи, прими по ним решение, и новое Ядро души начнёт формироваться уже сегодня.

– Знаешь, па! Я вдруг почувствовала, что у меня всё получится! Стреляй!

[Выстрел!]

И между Найтом и Каттлеей застывает в воздухе пуля.

– Навык «Пауза», как видишь, осваивается духовными сущностями просто-таки инстинктивно. Против духовных сущностей непригоден абсолютно. А против материальных… разве что против самых слабых противников. Тут есть несколько тонкостей, связанных с вложением своей Воли в атаку, но это мы изучим на отдельной тренировке. В общем, пока что используй «Паузу» чтобы остановить физическую или магическую атаку.

Пару минут спустя

– Всё поняла? – спросил Найт, создавая над ладонью шар из демонической энергии, – тогда… Давай! – скомандовал он.

– РАЗВЕЙСЯ! – скомандовала, вложив силу в голос Каттлея.

И сгусток энергии рассеялся чёрным дымом.

– Так можно развеять любую энергию, не только мою. Домашнее задание – довести навык развеивания до уровня мысленного усилия. Тренируйся на всём, что видишь…

– А…

– Всё что ты видишь вокруг – это мой Мир. Тут всё состоит из моей энергии. Развеивай всё что хочешь. Оно потом автоматически восстановится.

Каттлея кивнула.

– А сейчас…

Каттлея мысленно вздохнула. Тяжело вздохнула.

– …мы прогуляемся по материальному миру…

– Правда?! – подпрыгнула на месте Каттлея.

– Да, необходимый минимум для самообороны ты знаешь. И, я же вижу, что тебе хочется взглянуть на солнце. Зря… но ты сама сейчас всё увидишь. Начнём урок перемещения из Внутреннего мира в материальный.

– [Стон!]

– Это не больно. Смотри и запоминай…

Внутренний мир. Несколько минут спустя

– Иссей, у тебя появилась племянница. Ей полчаса от роду… [Вздох] И зачем было падать наземь и оставлять материальную оболочку лежать на земле?

[Приближающий цокот копыт]

Нарушая все законы инерции перед Найтом и Каттлеей останавливается маленький розовый пони. Из глаз его текут слёзы счастья.

– Иссей, это Лея.

– Я…

– Забудь старое имя. Когда духовная сущность находит свою кьюти-марку она берёт новое имя. Я взял имя Ночной Кошмар не из-за его красоты, а потому что это – моя кьюти-марка. Ты же пока можешь называться этим бессмысленным именем.

– П-поняла.

– Дискорд, – обратился куда-то в сторону Найт.

– Я тут, папа! – возник из пустоты весело машущий Каттлее… или всё же Лее… Дискорд.

– Познакомь её с Драйгом и Чичи. А я пока что возьму управление телом на себя, а то Иссей ещё долго в себя приходить будет.

– Полчаса! Не меньше, па!

И с этими словами Найт пропал.

Десять минут спустя

– У тебя замечательная семья, – сказала вынырнувшая из тени Найта, Лея.

Что сказать в ответ на такое, Найт не знал. Подобные «простые фразы» ставили его в тупик сильнее всего. И он просто промолчал.

– Сын у тебя просто замечательный! Такой милый малыш…

– Он старше тебя.

– Ну, ты понял…

Найт опять не понял. И опять решил промолчать.

– Брат у тебя тоже милашка. И… он всегда так много плачет?

– Да.

– А Чичирютей всегда так страшно ревёт?

– Всегда.

– Он мне показался дружелюбным, как домашний пёс.

Найт только мысленно вздохнул. По его плану Чичирютей должен был вырасти бдительным и чутко чувствующим фальшь хищником, в любой момент готовым нанести ответный удар. И передающий эти качества Иссею. Но не «дружелюбным, как домашний пёс».

– А Драйг мне показался вежливым и обходительным. Как друг семьи, который уже много лет гостит в одном доме с ними.

И снова Найт не знал, что на это сказать.

Но Лея не ждала ответа. Увидев лоток с сахарной ватой она летящей походкой направилась к нему. Затем замерла, и резко отпрыгнула обратно.

– Что это было?

– Как я предупреждал, тебе не понравилось. Это ощущение холода и разрежённого воздуха возникло вследствие работы Защитных механизмов твоей души. Они сообщают тебе что в окружающем тебя пространстве мало энергии… совсем мало… и твой запас энергии начинает уменьшаться. А когда ты подошла ко мне поближе, то приток энергии извне превысил расход оной.

Лея приложила палец к виску, подумала, а затем подошла поближе к Найту, обняла того за руку, и констатировала: