Нашла его Акено быстро. Искать нужные цели во Внутреннем мире со временем научились все. И вид у девушки был, скажем так, задумчивый… можно даже сказать отрешённый…

– Вот, – протянула она ему завернутую в кучу слоёв ткани перчатку Фредди, – и о чём ты только думал, давая мне такое страшное, и даже на вид смертельно опасное оружие? – поинтересовалась она.

– Да, перчатка Фредди выглядит опасно, но… только выглядит. Ведь после удара ею «жертва» умирает через сутки-другие, но она не смертоносная…

С точки зрения Акено, Найт сейчас сказал нечто такое, что в голове не укладывалось. Даже если это, нечто, попытаться уложить вдоль спинного мозга. И видимо её лицо выразило всё отношение к этим словам.

– Просто мне понадобился инструмент, для тех случаев, когда Вскрытие или мои атакующие навыки – чрезмерны. Образно говоря, скальпель опаснее ножа, но смерть от ножа встречается на шесть порядков чаще, чем от скальпеля…

И перед мысленным взором Найта мелькнула картина, как он отсекал поражённую Слезой Феникса свою кисть… и как разрезал Духовную оболочку Кибы, чтобы поместить простые духовные сущности в его святой механизм.

– …а тебе его я дал потому, что антропоморфным сущностям оружие придаёт уверенности в себе.

– Ну, знаешь! – возмутилась Акено, – я не какой-то там «зелёный новичок», которому оружие придаёт уверенности!

Бессмысленные разговоры Найта не интересовали, поэтому он направил разговор в нужное русло.

– И после того, как за тобой закрылась дверь…

– Ну, знаешь, – продолжила возмущаться девушка, – вообще-то, именно ты её и закрыл!

И хоть вопрос не прозвучал, но Найт его понял.

– Когда у антропоморфных сущностей отрезаны дороги к отступлению, они начинают думать.

– Ну, знаешь! – в третий раз это прозвучало ещё громче и возмущённее.

Но Найту были нужны данные. И понимание того, что произошло между Акено и Баракиэилем. Потому что он, Найт, не понимал…

И тогда он присел по-японски и похлопал себе по коленям. Акено фыркнула.

– Я дам тебе печеньку…

– Мороженку, – поправила парня Акено, устраивая поудобнее голову на его коленях.

Это была рекордная быстрая капитуляция. Может тут сыграло свою роль, что и Риас и Конеко уже были накормлены мороженым, а Акено – нет. Кто поймёт девичье сердце?

– Ты подошла к отцу… – начал Найт, удерживая мороженку за палочку так, что та находилась во рту девушки.

– Ммм, – издала отрицательный звук Акено.

– …к Баракиэлю, – поправился Найт, – посмотрела на него, а тот в этот момент сказал: «Шури», а затем после паузы «Акено». А ещё через некоторое время в уголке его глаза блеснула слезинка… а затем ты бросилась прочь, снеся по дороге пару дверей…

– Ммм…

– Да-да, я понял… они были хлипкие, и ты тут не при чём… А, теперь, внимание, вопрос. Почему ты не сделала, вообще, ничего?

Акено задумалась. Взгляд её стал задумчиво-отрешённым. И даже мороженку она облизывала без энтузиазма.

– Я тогда не думала… – начала она.

«Антропоморфные сущности они такие…», – мысленно вздохнул Найт.

– …наверное, всё же хорошо, что этот разговор… о крови и родстве… зашёл именно сегодня… а не полгода назад. Потому что полгода назад слово «семья» было для меня не просто пустым звуком, а хуже… чем-то ужасным… И я не знаю, как бы я повела себя тогда… Но сейчас, когда я услышала как он…

Выговорить слово «отец» Акено всё же не смогла.

– …зовёт маму и меня… – голос Акено дрогнул, – я поняла, что он всё ещё считает нас семьёй.

И хотя все слова в сказанном Акено, были Найту понятны, но главного он не понял. Кто и когда успел переделать жизненные принципы демонессы Акено Химеджимы, которая заявляла отцу… и такой образ был в сердце у Акено… что ненавидит того, и видеть его не желает. Никогда.

– А ты? – с интересом спросил Найт.

– А я на него зла… Но не так как пару часов назад, а… в общем, на свадьбу я его не приглашу!

– Свадьбу? – уточнил Найт.

[Бац!]

С лязгом ударились о стены створки дверей.

И на пороге возникла Риас Гремори. Поправка, окутанная аурой Разрушения… Аловолосая Принцесса.

– У меня такой же вопрос – что ещё за свадьба? – с угрозой в голосе протянула Риас, – Почему я тут места себе не нахожу… беспокоюсь… а оказывается, что тут кое-кое пытается пролезть на первое место!

Вместо ответа Акено только приняла ещё более расслабленную позу, лёжа на татами, с головой на коленях у Найта и мороженым во рту.

И выждав театральную паузу, в ходе которой, далеко высунув розовый язычок, Акено старательно облизала цилиндрик мороженого, и лишь потом ответила.

– Я не против и третьего места. Да… именно, третьего... Мне кажется, это место мне очень подходит. От него так и веет изменой, что меня дико возбуждает. А-а-ах, Найт… У меня столько фантазий связанных со словом «три»…

С точки зрения Найт странный разговор становился всё страннее и страннее с каждым мгновением, но… кроме прочих навыков, Найт ещё вдобавок ко всему неплохо развил скилл «Уход от темы».

– Ученики ждут, – сообщил девушкам Найт.

[Щелчок пальцами!]

И невесть откуда сваливаются Дискорд, Иссей и Гаспер Влади.

Девушки же поспешили откланяться. Нет, пару раз они оставались на уроках, но… Так и не поняли зачем это нужно? Философия, логика, психология и история… Ведь по их скромному мнению, это время можно было бы потратить на отработку боевых навыков, чтобы, когда появятся враги, быть во всеоружии.

С точки же зрения Найта, эти науки давали ответ на вопрос: «Кто же твой настоящий враг, которого надо уничтожить».

====== Глава 65. Представить себе, что ты – это он? ======

Утро. Территория возле старого школьного здания академии

Зеновия и Конеко тренировали Гаспера. Асия присутствовала на тот случай, если… зачёркнуто… когда Гаспер получит травмы от Зеновии или Конеко. Особенно от Зеновии.

Сама же тренировка заключалась в том, что Зеновия и Конеко швыряли в Гаспера теннисные мячики. Для большого тенниса, само собой. И само сбой, швыряли их не сдерживая себя. И само собой, получив удар такого «снаряда», Гаспар издавал звук резиновой игрушки с пищалкой, на которую случайно наступили со всего размаху, и улетал на пару-тройку шагов. Но не сдавался, и не плакал, а каждый раз мужественно вставал вновь и вновь.

Именно в этот момент к ним подошел Найт.

– Неплохую тренировку Воли вы придумали, – похвалил он Зеновию с Конеко.

Но девушки не стали присваивать себе незаслуженные почести и честно признались:

– Мы хотим научить Гаспера останавливать время. А про тренировку Воли мы и не думали. А зачем такая нужна?

Но Найт их проигнорировал. Вместо этого он, посмотрев на Асию, сказал:

– Я-то думал, что научил тебя… Но, ты либо забыла, либо решила придержать информацию в секрете от окружающих…

И с видом человека, который сказал всё, что хотел сказать, Найт направился прочь.

В глазах Асии заблестели слёзы. Другая девушка на её месте разобиделась бы на Найта на всю оставшуюся жизнь, да так, что даже разговаривать с ним бы не стала. Но не Асия Ардженто, которую можно было называть «Святой» не только за её механизм Сумеречное Исцеление, но и за её кроткий ангельский характер.

Потому что, сорвавшись на бег, обогнув Найта и встав перед ним, та с поклоном и со слезами в голосе попросила:

– Найт-сан, помогите… объясните… где и в чём я ошиблась…

– Я же говорил… без всяких хонорификов, – традиционно произнёс Найт. А Асия традиционно проигнорировала его просьбу, потому что знала – в Японии хонорифик «сан» означает уважение к этому человека. А Найта она очень сильно уважала.

Вообще-то, вся эта маленькая сценка предназначалась Иссею. И её целью была дискредитация Асии Ардженто в глазах Иссея. Правда такой странной реакции Найт не ожидал. Он ожидал обиды… попытки поспорить… а уж на словесном поле переиграть его, Найта… для этого окружающим его демонам надо было, хотя бы, ознакомиться с учебниками философии. Ну, или хотя бы ходить на уроки с его учениками – Дискордом, Иссеем и Гаспером, где упражнениям в риторике уделялось достаточно времени.