Она немного приподнялась – сразу закружилась голова, и Милли легла обратно.

– Лежи, тебе нельзя вставать, – раздался рядом тихий голос, и Милли чуть не подпрыгнула, резко повернув голову.

Только сейчас она заметила, что рядом с ее кроватью сидит Кристофер – слегка побледневший и уставший.

– Что случилось? – недоуменно спросила Милли, собственный голос прозвучал до странности хрипло и тихо.

– Ты заболела. Я думал, тебе просто холодно в этих горах с непривычки, а оказалось, у тебя грипп. Ты была без сознания два дня.

– О, – это объясняло ощущение слабости.

– Пить хочешь?

Милли кивнула – в горле пересохло так, чтобы было больно глотать. Она и моргнуть не успела, как Кристофер помог ей сесть, удобно подложив под спину подушку, и всунул в руки чашку с ароматным чаем. После чего шагнул к дверям:

– Я позову доктора Симонсона.

– Подожди, – Милли поймала его за руку, заставляя сесть обратно. – Расскажи сначала, что было, пока я тут валялась.

Кристофер тихонько фыркнул на ее формулировку и принялся рассказывать, пока Милли потягивала чай:

– Габриэль уже нашел тебе новую школу. Но ты поедешь туда, только когда окончательно поправишься. Доктор Симонсон говорит, не раньше Рождества. Все ужасно за тебя волнуются. Элизабет так вовсе ведет себя как наседка, и доктору Симонсону приходилось постоянно выгонять ее отсюда, чтобы не поднимала панику.

Теперь уже фыркнула Милли, подумав, что с Кристофером доктор Симонсон, видимо, не справился и решил, что проще смириться с его присутствием.

– Грант почти освоился в Замке, подружился с ребятами. Он, кстати, тоже за тебя беспокоится. В остальном – всё как всегда.

– А ты? – спросила Милли, поняв, что больше он ничего рассказывать не собирается.

– Что я? – недоуменно переспросил Кристофер, хотя явно прекрасно понял, что она имела в виду.

Милли немного раздраженно вздохнула и с нажимом уточнила:

– Сильно тебе влетело от Габриэля?

Кристофер слегка помрачнел, но тут же состроил беззаботное выражение лица и заявил:

– Ничего такого, с чем я бы не справился.

Милли снова вздохнула – на этот раз огорченно. Раз хорохорится, значит, у него были по-настоящему серьезные неприятности. На самом деле, Милли считала, что Габриэль был неправ, спустив всех собак на Кристофера. Да, он поступил импульсивно, подвергнув себя опасности. Но он всего лишь хотел помочь Милли. Если бы Габриэль сразу прислушался к ним, а не отмахивался, ничего бы и не случилось. Так что Кристофер вправе был злиться и обижаться.

Тем не менее, она не хотела раздувать конфликт, а напротив – хотела, чтобы они, наконец, помирились.

– Извинился бы ты…

Кристофер одарил ее взглядом: «И ты, Брут?» Милли закатила глаза, но продолжила предельно мягким тоном:

– Да, я тоже считаю, что Габриэль был не во всем прав. Но тебе не кажется, что уже пора заканчивать с этим?

Кристофер упрямо нахмурился и отвернулся, всем своим видом демонстрируя, что сдаваться он не собирается. Милли одним глотком допила чай и устало прикрыла глаза – безнадежно. Мало того, что он в принципе жутко упрямый, так еще когда считает себя правым, переубедить его просто невозможно. Остается надеяться, что Габриэль будет умнее и пойдет на компромисс. Иначе Замок может не выдержать дурного настроения Кристофера.

– Милли? Тебе плохо? – отвлек ее от этих мыслей встревоженный голос Кристофера. – Я все-таки схожу за доктором Симонсоном.

И раньше, чем Милли успела открыть глаза, он уже вылетел из комнаты. Милли улыбнулась и покачала головой, поставив пустую чашку на туалетный столик. Он несомненно беспокоился о ее здоровье, но не в последнюю очередь и хотел избежать этого разговора. Ничего, они вернутся к нему позже.

========== О ревности ==========

Доктор Симонсон по-прежнему не позволял Милли выходить из комнаты, что было бы ужасно неприятно, если бы не постоянно навещавшие ее друзья. Все они по очереди, а иногда и вместе, заходили к ней поболтать. И чаще всех – Кристофер. Милли даже подозревала, что он прячется у нее от Габриэля. С другой стороны, когда Габриэль сменил гнев на милость, и жизнь в Замке вернулась к обычному течению, визиты Кристофера реже не стали.

Но в тот день Кристофер не показывался. Так что Милли даже забеспокоилась, не случилось ли чего-нибудь еще, и спросила об этом у Конрада. Но тот заверил ее, что ничего необычного не происходило и Кристофер с Габриэлем не ругался.

Кристофер появился поздно вечером, когда разошлись все друзья, и Милли уже почти собралась ложиться спать. И был непривычно тихий и какой-то поникший.

– Что случилось? – удивленно спросила Милли.

Кристофер пожал плечами с деланно равнодушным видом:

– Ничего. Почему ты спрашиваешь?

Может, кто другой и обманулся бы, но Милли слишком хорошо его знала и видела, что его что-то беспокоит. Однако она также знала, что в подобном настроении он ничего ей не расскажет. Поэтому она только вздохнула и постаралась завести разговор на нейтральную тему.

К еще большему удивлению – и беспокойству Милли – Кристофер в нем практически не участвовал. А потом вдруг внезапно спросил:

– Тебе нравится Грант, Милли?

Милли ошарашенно моргнула, не зная, что и думать о таком вопросе, и машинально поправила:

– Его зовут Конрад, Кристофер, сколько можно?

Кристофер никак не отреагировал – и это уже было странно, – просто продолжал пристально смотреть на нее, ожидая ответа.

Милли закатила глаза:

– Конечно, он мне нравится. Конрад – прекрасный друг. Я рада, что мы познакомились с ним, – и после короткой паузы добавила: – Я думала, ты тоже так считаешь?

Кристофер кивнул, немного повеселев. И тут Милли, наконец, поняла:

– Постой-ка… Ты что, ревнуешь?

Кристофер вздрогнул, слегка покраснел, но тут же напустил на себя величественный самоуверенный вид.

– С чего ты взяла? – спросил он с великолепно естественным недоумением.

Однако его короткого замешательства было достаточно. Для Милли достаточно, во всяком случае.

– Дурак, – ласково произнесла она и, не успел Кристофер возмутиться на такую характеристику, подалась вперед, чтобы поцеловать его.

Всего лишь мгновенное целомудренное прикосновение к губам, однако вызвавшее у обоих бурю эмоций. Некоторое время они не отрываясь смотрели друг на друга, замерев и почти не дыша. Милли почувствовала, как неудержимо начинает краснеть под изумленно счастливым взглядом пронзительных черных глаз. А потом Кристофер лучезарно улыбнулся и в свою очередь наклонился поцеловать ее.

С тех пор тема ревности в их разговорах никогда не поднималась.

========== О браке ==========

Милли наконец-то позволили передвигаться по Замку, но не выходить на улицу. Впрочем, она не особенно и стремилась, несмотря на то, что давно уже чувствовала себя совершенно здоровой. Наступил ноябрь – не самый приятный месяц в Англии, всегда вызывавший у Милли желание завернуться в плед с чашкой горячего шоколада в руках.

Собственно, именно так она в данный момент и сидела, устроившись на кровати Кристофера – как только она выздоровела, их вечерние встречи переместились обратно в его комнату. Сам Кристофер растянулся на кровати, положив голову Милли на колени.

За окном шуршал мелкий моросящий дождик – наверняка ледяной и очень противный. Тем приятнее было находиться в теплой комнате, освещенной лишь настольной лампой. Милли с наслаждением потягивала горячий шоколад, свободной рукой рассеянно перебирая черные кудри Кристофера. На этот раз они почти не разговаривали, но уютное молчание в обществе друг друга было ничуть не хуже.

– Милли, а ты выйдешь за меня замуж? – вдруг спросил Кристофер, подняв на нее взгляд.

Милли чуть не подавилась шоколадом.

– Тебе не кажется, что нам немного рано задумываться об этом? – осторожно поинтересовалась она.