— Оставаться на севере небезопасно, — произнес Шрам. — Когда гомункулы и Отец поймут, что Энви и Кимбли пропали, начнут искать нас здесь. Надо уехать. Я собираюсь изменить эту страну, — пафосно произнес Шрам, хотя на его лице была скорбь. — И мне нужна твоя помощь, Марко.
— Хорошо. — Кивнул доктор.
— Что вы намерены делать? — спросила Рейли.
— Нужно подготовить все для обратного алхимического круга, который составил мой брат. И один я не справлюсь, мне нужен опытный алхимик.
— Надо чтобы кто-то нашел Хоэнхайма и Эдварда, — сказала Рейли.
— Мы с Уинри поедем в Лиор, — сказал Ал. — И если Джерсо и Зампано составят компанию…
— Я с радостью поеду с тобой, парень, — ударил себя в грудь Джерсо.
— И я. — Зампано положил руку на плечо Альфонсу, и тот одобрительно кивнул.
— Тогда мы с Кимбли отправимся на поиски Эдварда и Хоэнхайма, — сказала она. — И привезем их в Лиор. Но… Так может случится, что на это уйдет больше времени. И к тому моменту, когда мы их найдем, вы уже будете в другом месте.
— И что тогда? — спросил Ал. — Как нам с вами связаться?
Симона задумалась. У гомункулов отличным связным был Прайд. Использовать его метод удобно, но он запросто может перехватить любое сообщение. На телефонную связь так же нет смысла надеяться — каждый звонок прослушивается армией Централа.
— Доктор Рейли, — вдруг произнес Альфонс, и Симона подняла голову, взглянув на него. — Гомункулы упоминали Тот Самый День. О чем они говорили?
Энви демонстративно фыркнул и посмотрел на бывшую напарницу, намекая, чтоб она держала язык за зубами.
— Это день солнечного затмения. Они бывают пару раз в год, но им нужно именно то, которое закроет весь Централ. Не буду вдаваться в подробности и объяснять, как движутся планеты, но если они упустят этот день следующей весной, то потом точно такое же затмение произойдет примерно через двести или триста лет.
— Значит, они точно не перенесут эту дату, верно? — уточнил Альфонс.
— Да, все верно. Они во что бы то ни стало сделают то, что задумали именно следующей весной, — подтвердила Рейли. — К чему ты клонишь?
— Если вы найдете Эда и папу, но не сможете связаться со мной или Марко-саном, то условимся встретиться за двое суток до Того Самого Дня близ Централа. Так будет надежнее, чем если наши сообщения перехватят гомункулы.
Недолго подумав, Рейли утвердительно кивнула. Альфонс действительно был благоразумен и осторожен, в отличие от Эдварда. Он более расчетлив и педантичен, да к тому же не спорит и не орет, как его надоедливый старший брат. Симона ухмыльнулась, вспомнив тот задорный пыл Стального. Этот мальчишка несомненно нервирует. Но именно такие люди как он умеют вдохновлять своим яростным и непоколебимым стремлением к справедливости.
Раздалась негромкая возня в передней, и Шрам тут же напрягся, посуровев еще сильнее. Симона сразу узнала голоса Уинри и Кимбли, который убеждал ее в своем здоровье, но девчонка упорно не хотела пускать его в комнату.
— Неужели вы рассчитывали провести свое собрание без меня? — спросил он, заходя внутрь.
Уинри обреченно вздохнула и приземлилась рядом с Альфонсом. Симона махнула ей рукой, чтоб та не переживала из-за невыполненного задания. Рейли от умиления едва сдерживала улыбку. Кимбли надел на себя высокие сапоги из свалянной овечьей шерсти и по уши закутался в медвежью шкуру. В таком виде с красными щеками и носом он походил на огромный меховой шар. Но такой шар, который преисполнен чувством собственного достоинства.
Шрам стоял прямо за спиной Рейли и скрипел зубами от злости. Атмосфера в комнатке накалилась до предела, но Кимбли это только забавляло.
— О, мои подчиненные тоже здесь, — протянул он, а Джерсо и Зампано словно языки прикусили. Симона усмехнулась. Куда же делась их смелость, когда они имели наглость ставить себя выше нее? А теперь только увидели того, кого боялись до смерти, так сразу же трусливо поджали свои хвосты. — Рад снова видеть и тебя, Энви.
— Завались, Кимбли, — пропищал гомункул. — Ты проиграл еще больше моего.
— Возможно. — Багровый осторожно забрал банку из рук Мэй, а девочка даже не сопротивлялась. Хоть Кимбли и был простым человеком, но энергия от него шла чудовищной силы. Он приблизил банку с Энви к лицу и практически беззвучно, но так, чтобы услышал именно гомункул, сказал: — Но впервые в жизни я понял, что если бы я выиграл, то остался бы ни с чем.
Энви задумчиво посмотрел на него, но горделиво отвернулся в другую сторону, отказываясь дальше вести диалог.
— Так на чем вы остановились? — спросил Кимбли, садясь рядом с Рейли. Шрам тут же поменял локацию и встал так, чтобы лучше всего видеть алхимика.
Альфонс и Симона быстро пересказали ему дальнейший план действий, и Багровый погрузился в раздумья, напряженно потирая подбородок.
— Вы упускаете одну важную деталь.
— Какую? — спросил Альфонс.
— Шрам все еще в розыске, и не думаю, что армия прекратит его преследовать. А значит, он и Марко-сан находятся под прямой угрозой. Также военные с подачи фюрера будут охотиться на каждого и нас, включая тебя, Альфонс Элрик. Еще есть Прайд, Грид и Глаттони, которые будут искать меня и Энви. А это начнется сразу, как только мы перестанем выходить на связь.
— Что ты хочешь сказать? — рыкнул Шрам.
— Думаю, что чем ближе Тот Самый День, тем сильнее военные будут давить, чтобы помешать вам что-то сделать. И если им будут помогать гомункулы, шансов нет.
— Полковник Мустанг на нашей стороне, — произнес Ал, а Кимбли с Рейли только усмехнулись. — И генерал-лейтенант Армстрог тоже.
Кимбли тут же изменился в лице.
— Если армия Бриггса окажется в Централе в разгар событий и сможет удержать войска фюрера… Генерал-лейтенант не упустит шанса раздавить своих начальников. И полагаю, она на это способна.
— Нам нужно средство связи с каждым, кто участвует в деле, — сказала Симона. — Если мы все разбредемся в разные стороны без какой-либо перспективы сойтись в одной точке, все пойдет прахом. Почти за год возможно всякое, и нельзя исключать, что таким составом мы можем больше не встретиться. Распланировать дальнейшие действия и то, как мы свяжемся друг с другом в случае их изменения, нужно именно сейчас.
Кимбли задумчиво тер подбородок, перебирая различные варианты. Каждый раз, отметая очередной, он хмыкал и принимался размышлять над следующим.
— Гомункулы так сильны потому, что используют энергию многих душ, — произнес он с легкой улыбкой. — Мы тоже можем воспользоваться этой схемой.
— Использовать философский камень? — уточнил Марко, слегка побледнев.
— Можно сказать и так, — ответил Багровый и перевел взгляд на Альфонса. — Нужно собрать как можно больше людей, готовых помогать вам. И они должны быть надежными. От них будут зависеть наши жизни. Эти люди должны на этот год забыть о своих прошлых жизнях, и стать теми, кто сможет затеряться в толпе. Таксистами, официантами, почтальонами, да даже продавцами цветов. И рассредоточиться по Аместрису, чтобы в каждом более менее крупном городе было два человека. Второй — для страховки, если с первым что-то случится. Дело рискованное, не у всех хватит духа пойти на него.
— Я вас понял, подполковник, — произнес Ал. — У нас есть друзья, готовые нам помогать, я уверен в этом.
В течение долгих часов велись разговоры о планах до Того Самого Дня, которые необходимо притворить в жизнь, однако Симоне все еще не нравилась шаткость их положения. Слишком много было этих «но» и «если». Однако выбор у них не большой, другого варианта не остается. Только довериться друг другу, выжить во что бы то ни стало и завершить свое задание, чтобы в нужный момент сыграть свою партию в этой пьесе.
Вдруг Симону как током ударило. Они слишком сильно сфокусировались на действиях Отца, гомункулов и центральной армии, что совершенно упустили из виду еще одну сторону.
— Погодите, — она остановила яростный спор Кимбли со Шрамом, который уже становился перепалкой на грани рукоприкладства. — Есть еще одна деталь, которая ушла из виду.