— Это её кабинет, — произнесла сотрудница.

Мы с Аято хором поблагодарили её, я снова постучал и, распахнув створку чуть резче, чем надо было, быстро прошёл в небольшой кабинетик.

Здесь всё было сдержанным и строгим: серые стены, светлая мебель, металлические архивные шкафы, запиравшиеся на замок. Сама хозяйка издания — худая женщина с короткими завитыми волосами — сидела за стандартным офисным столом и при виде гостей встала.

Такада Сачико была в точности такой, как на фотографии: её энергичное лицо несло на себе печать горя и потери, но глаза смотрели ясно и прямо, а осанка поражала своей горделивостью.

— Я могу чем-нибудь помочь? — спросила она, бесстрастно глядя на нас.

Решимости у меня поубавилось, и я бы с радостью повернул назад, но делать так было не в моём характере: раз уж взялся за что-нибудь, надо идти до конца, иначе терялся смысл всего этого. Так что я, набрав полную грудь воздуха, начал говорить:

— Такада-сан, меня зовут Фред Джонс, со мной мой соученик Айши Аято. Мы ведём расследование убийства, произошедшего в нашей школе двадцать девять лет назад и хотели бы поинтересоваться у вас как у лица, которое…

— Стоп, — Такада Сачико выставила ладонь и нахмурилась. — С каких это пор школьники выполняют работу следователей?

Я замялся. Зная, насколько японцы не любили выскочек, я понимал, что объяснить этой женщине причину наших действий становилось проблематично, но всё же её показания могли стать решающими для дела.

— Как нам известно, виновника так и не нашли, — вымолвил я, неловко поправив ручки сумки на плече. — Мы хотели разобраться во всём, чтобы привести подлинного преступника к ответу.

— Вы? — Такада смерила нас взглядом. — Два школьника? Думаю, вы вряд ли преуспеете там, где провалились профессионалы.

— При всём уважении к работе полиции, — я склонил голову. — Мой дедушка — бывший агент ФБР, и его советы при случае…

— Достаточно, — Такада снова села за свой стол и легонько ударила по его поверхности ладонью. — Моя Ёрико уже давно не со мной, её душа успела переродиться, так что ваши потуги не к месту. Я предпочитаю не вспоминать об этом деле и пустить все силы на то, чтобы у людей при звуке имени Ёрико возникали лишь благоприятные ассоциации. Вы же, со своим никому не нужным расследованием, только заставляете других людей страдать. Не знаю, что вы там думаете о своих детективных способностях, но вы явно себя переоцениваете. Я требую, чтобы вы двое немедленно ушли прочь. И если вы продолжите расспросы по поводу кончины моей Ёрико, я сделаю всё, чтобы привлечь вас к ответственности!

Я опешил. Когда я шёл сюда, мне казалось, что она воспримет это предложение пусть не позитивно, но с желанием докопаться до истины. Я был на сто процентов уверен, что мать погибшей поддержит наше стремление докопаться до истины, но на деле она предстала одним из самых активных противников каких-либо действий в этом направлении. Даже более того — она агрессивно запрещала нам что-либо предпринимать.

Аято пришёл в себя куда быстрее, чем я. Быстро бросив: «Извините за беспокойство!», он схватил меня под локоть и поволок прочь. Мы молча прошли через зал с постоянно разговаривавшими по телефону сотрудниками и снова оказались в узком коридоре.

— Это полное фиаско, — произнёс я, коснувшись лба ладонью. — Не ожидал, что она среагирует так экспрессивно.

— Люди редко ведут себя так, как мы представляем, — философски заметил Аято, отпуская мой локоть. — Куда теперь?

— Не знаю, — я расстроенно пожал плечами. — Все мои надежды были на эту Такада и на информацию, которую она могла дать. А теперь… Я просто не представляю себе, что делать дальше.

Айши склонил голову набок и изучающе посмотрел на меня.

— Может, Такада-сан права, — проговорил он, облокачиваясь плечом о стену. — Ты не думал о том, чтобы оставить расследование, раз наши действия всё равно ни к чему не приведут?

— Ни за что! — я воинственно вздёрнул подбородок. — Я не сдамся и добьюсь полного восстановления справедливости в этом чёртовом деле, пусть даже весь мир ополчится против меня!

Аято улыбнулся — красиво, но как и обычно — одними губами.

— Честно говоря, другого ответа я от тебя и не ожидал, Фред, — сказал он, распрямляясь. — Что ж, раз мы продолжаем расследование, у меня есть предложение: как насчёт того, чтобы опросить свидетеля тех жутких событий?

— Которого? — я встрепенулся и уставился Айши в глаза. — Их много. Я и сам подумывал о том, чтобы найти тех, кто учился в Академи в то время, но потом отказался от подобной мысли.

— Думаю, кое-кто из них мог бы сообщить нам важную информацию, — Аято улыбнулся. — Я говорю о Руто Тоширо.

Я нахмурился. Фамилия, которую он назвал, казалась очень знакомой.

— Отец Руто Оки, — пояснил Айши, сложив ладони вместе. — Он держит эзотерический салон в этом самом центре.

— Очень хорошо, приятель, — я развёл руками. — И почему ты выбрал именно его?

— Он был одним из тех дежурных, который обнаружил тело, — спокойно доложил Аято

========== Глава 24. Нити судьбы как паутина. ==========

Я с одобрением посмотрел на своего партнёра по расследованию и потрепал его по плечу. Он оказался куда более сметливым, чем я думал: уже успел разузнать те детали дела, которые для меня оставались тайной.

— Что ж, идём к господину Руто, — я хлопнул в ладоши. — Будем надеяться, что он окажется чуть более сговорчивым, чем Такада.

И мы вместе пошли к лестнице, чтобы подняться на восьмой этаж и заглянуть за гостеприимно распахнутую дверь с табличкой в виде зороастрийского знака.

Эзотерический салон Руто назывался «Чакра жизни» и представлял собой небольшую комнату, заваленную всякой всячиной. Стены украшали разноцветные индийские платки с этническими узорами, пол покрывал яркий ковёр, по которому в беспорядке лежали подушки для сидения. На столах и комодах, расставленных непонятно как, стопками высились тома с незнакомыми письменами на обложках. Посреди помещения высился стол хозяина всего этого великолепия с креслом, на которое была наброшена накидка, сделанная под тигровую шкуру, а также два стула для посетителей.

Руто Тоширо был невысок, чуть полноват и совершенно лыс. В его лице присутствовало что-то жабье: выпученные маловыразительные глаза, большой тонкогубый рот, широкий нос. В дополнение этого сходства он был облачен в атласный ярко-зелёный халат и жёлтые шаровары. На пухлых пальцах сияли кольца с разноцветными камнями, а запястья украшали браслеты, звеневшие при каждом движении этого странного джентльмена.

— А! — при виде нас Руто-сан всплеснул руками. — Я ждал вас юноши. Проходите же!

Его голос, высокий, как у кастрата, как ни странно, не был неприятным.

Мы послушно вошли и, поклонившись хозяину, сели на гостевые стулья.

— Руто-сан, меня зовут Фред Джонс, — начал я. — А это…

— Айши Аято, — Аято перебил меня, мягко положив свою ладонь на мою.

Этот контакт длился всего каких-то полсекунды, но меня успело прошить разрядом тока раз пятьдесят. Я ошалело уставился на собственную руку, лежавшую на тёмно-синей школьной сумке, ожидая увидеть сонм микроскопических молний, пробегающих по коже. Но их, конечно же, не было и могло быть.

А Аято тем временем продолжал:

— Мы учимся вместе с вашей дочерью в Старшей Школе Академи и наслышаны о вашем даре.

— О! — Руто был явно польщён: его дряблые щёки зарделись, а жабьи глаза прищурились. — Ока так мало рассказывает о своих соучениках, но я слышал о белом юноше в её классе. Знаете ли, у неё тоже есть дар — он передался по наследству от меня. Мне кажется, её способности ещё мощнее моих, но для того, чтобы это определить точно, конечно, нужно время.

— Вот как, — Аято вежливо склонил голову. — А как именно в вас раскрылся этот дар, если не секрет?

Я, справившись, наконец, со своим ступором, изумлённо посмотрел на Айши. Мне было не совсем понятно, к чему он тянет время и топчется вокруг вместо того, чтобы сразу перейти к основной теме, но я решил пока помолчать и посмотреть, что будет дальше: мало ли, может, у Аято имелся свой план.