— Я уже боялся, что ты не придешь. — будучи чем-то окрыленным, парень сверкнул темными зрачками и произнес свою фразу со странным тоном, вынудившего Деймона недовольно закатить глаза и поразиться такому количеству скрытой загадочности в одной простой фразе. Сальваторе решил промолчать, поэтому спустя всего лишь мгновение, пока Деймон устало окидывал местность серо-голубым взглядом, Энзо продолжил говорить. — Знаю, мы далеки от доверия, но… Сегодня я не хочу говорить только о нашей сделке. Выпьем?
— Есть идея получше. — хмыкнув, отозвался брюнет. И Сент-Джонс заинтересованно немного наклонил голову набок, проявляя свой интерес к каким-то чересчур холодным словам Деймона. — Любишь колеса? Может, порошок?
— В виде исключения. — ухмыльнувшись, согласительно произнес Энзо, и оба парня понимающе переглянулись, двинувшись в сторону машины в полном молчании.
Елена и Кэтрин без единого слова преододели небольшое расстояние от крыльца дома Паркера до маленького сквера напротив, где было безлюдно, но завораживающе красиво. Девушки, допивая горячий кофе с надеждой избежать неминуемый и всё-таки тяжелый разговор, медленным шагом вышли на узкую тропинку, петляющую между высокими стволами старых дубов, свежая зелень ветвей которых пробивала сквозь себя тонкие и теплые полосы солнца, золотистым светом озаряющего безоблачное небо. Елена не могла успокоить свою тревогу, что билась в один такт бешенно скачущего сердца, но лицо Кэтрин выражало абсолютное спокойствие и присущую ее темному взгляду надменность, посылающую Гилберт нескрываемую неприязнь.
— И зачем мы встретились? — первой подала голос Елена, когда вместе с Пирс она села на ближайщую деревянную скамейку. Вокруг совсем никого не было, и эта пустынность вынуждала шатенку опасливо относиться ко всему происходящему, а в особенности к неразгаданной хитрости и уверенности по-кошачьи сузившихся глаз Кэтрин.
— После того, что я услышала от тебя, я подметила необходимость этого разговора. — не слишком информативно и многословно разъяснила причину Пирс и внимательно посмотрела на Елену, которая попыталась выдержать прикованный к себе взгляд, однако не выдержала мысленную брезгливость к ней рядом сидящей девушки и сдалась, поспешно отвернувшись в сторону частых деревьев. — Ты наверняка думаешь, что я попытаюсь тебя психологически уничтожить, но ты ошибаешься. Я просто собираюсь обсудить кое-что.
— И, если я не ошибаюсь хотя бы в этом, то разговор касается Деймона, верно? — едва пересилив себя, чтобы произнести его имя вслух, неуверенно и тихо, спросила Елена и Кэтрин положительно кивнула ей и закусила губу, проявляя собственную неловкость в происходящем диалоге.
— И его тоже. — отозвалась Пирс. — Твоя беременность. Это — правда? Я поняла, что у тебя была истерика, и всё же… Я не могу не думать об этом. Ты действительно ждешь ребенка от него?
— Неужели ты еще ничего не рассказала ему… — в голосе Гилберт четко различалось осуждение и язвительность, из-за чего Кэтрин неодобрительно хмыкнула. — Да. Правда. И поверь, мне не было выгоды это придумывать. Он еще ничего не знает?
— Не знает. Не бойся. — коротко бросила шатенка, своим строгим тоном уверив Елену в неподдельности своих слов. — Я провела с ним не больше двух дней. До этого он просто находился в пьяной депрессии. Не думай, что мы уже пара. Я уверена, что для Деймона это точно ничего не значит.
— Зачем ты это говоришь?! — вскипев, выпалила Елена, не желая больше слышать ни единого ее слова, вынуждающего голову вновь закружится, теряя всякий здравый разум среди беспощадных мыслей, однако сама Кэтрин была чересчур невозмутима, четким голосом сводя с ума шатенку.
— Я не такая тварь, как ты думаешь! — рявкнула Пирс, закинув ногу на ногу и взяв в легкие больше воздуха, почуяв подступающее раздражение, вызванное долгим присутствие вблизи Елены. — Я была рада знать, что он наконец-то потерял своего ангелочка-Гилберт, но ребенок… Это серьезно. Я не могу так поступать. Да. Да, черт возьми. Я люблю Деймона, но не смогу даже каснуться его, зная, что где-то растет его ребенок и тихо ненавидит меня, потому что его папочку увели! Ясно? Деймон должен знать. И пусть сам выбирает, что ему нужно.
— Между нами уже всё кончено. Он…
— Невыносим? Неизменим? Ужасен? Эгоистичен? — перебила ее Кэтрин, и девушка почувствовала предательскую дрожь. — Это Деймон, Елена! Он таким был и будет всегда. И хочешь ты этого или нет, но ты обязана сказать ему про беременность. Если он откажется от тебя, тогда всё будет хорошо. Я смогу его принять. Но сейчас… Это подло. Даже для меня. Я не могу его обманывать.
— Либо ты что-то задумала, либо я тебя совсем не знаю. — прошептала Елена и отвлеклась на внезапный звонок телефона. Она встала с лавки и немного отдалилась от просверлившей ее задумчивым и внимательным взглядом Кэтрин, отвечая взволнованному и быстрому голосу Кэролайн в динамике.
— Так. Где же Лекси? — усевшись на красный диванчик, разочарованно произнес Энзо, когда к нему подошла незнакомая девушка и поставила на столик бутылку дорогого виски. Деймон благодарно кивнул ей, одетой в микрошорты и короткий топ, и одним лишь льдисто-голубым, прищуренным и хищным взглядом приказал ей вернуться к пилону, возле которого уже извивались две соблазнительно двигающиеся танцовшицы.
— Наверное, с кем-то из клиентов. — пробубнил в ответ Сальваторе.
— Ладно. Ты хотел повеселиться? Видимо, подсел на наркоту? — неоднозначно улыбнувшись, поинтересовался Сент-Джонс, но Деймон ничего не ответил и откинулся на спинку дивана, тяжело вздохнув и рукой поманив к себе другую, не менее привлекательную и почти оголенную блондинку, стоявшую возле барной стойки. Она, предупреждая о своем приближении громким стуком высоченных каблуков, подошла к парням и мило улыбнулась голубоглазому брюнету, который безмолвно просто подмигнул ей, и она достала из кармашка безнравственно коротеньких джинсовых шортиков маленький пакетик с белым порошком, что мгновенно вызвал у Энзо одобрительную ухмылку и подозрительный блеск темных зрачков. Девушка оставила пакетик на столике перед Деймоном и, еще с пару секунд поулыбавшись, провела ладонью по плечу напряженного Сальваторе. И всё-таки, резко развернувшись, она удалилась прочь, позволяя громкой музыке заменить ее присутствие.
— Запасов мало. Поэтому незлоупотребляй. — хрипло проговорил Деймон, и Энзо после его слов не смог сдержать искренний смех, который подобно вспышке проявился на его губах улыбкой.
— А ты не думаешь, что лучше обзавестись семьей? — без упрека и осуждения сказал Сент-Джонс. Деймон, чьи мысли вспыльчиво отнеслись к услышанной фразе, устало цыкнул, неодобрительно взглянув на Энзо. — Мне кажется, что в твоем-то возрасте пора подумать о жене, детях… Как ты вообще относишься к детям? Елена наверняка обдумывала то, как вы будете нянчить малышей. Верно?
— Да вы сговорились все что ли?! — прикрикнул парень, повысив тон своего возмущенного голоса и потянулся к алкоголю, едва вытерпив долгий, прикованный к его бледному лицу взгляд Сент-Джонса. — Елена то, Елена это… Хватит. Отвалите уже от меня!
— Ну-ну… Чего завелся? Я просто спросил. Дети ведь это прекрасно… Разве нет? — не унимался Энзо, и тот в очередной раз прожег его ненавистным и взбешенным взглядом своих обдающих холодом синего льда глаз. Они оба в абсолютном молчании приступили к виски, что своим изысканным янтарным оттенком наполнил их стеклянные бокалы. Однако, когда музыка на миг прервалась и переменилась, стихая и становясь мелодичнее, Энзо оторвался от спиртного и поднял взгляд на сцену, на которую под динамичную мелодию неожиданно вышла Лекси, одетая весьма скромно в сравнении с другими стриптизершами — на ней было не откровенное белье, а кожаная юбка и черный лифчик, поверх которого была завязана мужская рубашка.
— Весьма интригующе. Эта красотка офигенная, да? — хмыкнув, обратился к Деймону парень, поднимая взгляд выше и замечая, что на лице девушки черная маска, не дающая разглядеть её лицо полностью, а Сальваторе только равнодушно пожал плечами и отвернулся, не завороженный присутствие Бренсон, в одночасье овладевшей всем мужским вниманием клуба на себе. Стриптизерша тем временем обвела мужчин презрительным взглядом, словно это она пришла посмотреть на них, а не наоборот. Заметив Деймона, снова огорченного и безэмоционального, она озорно подмигнула ему и начала свой танец, понимая, что ни один ее жест не дошел до брюнета, медленно опустошающего бутылку элитного алкоголя.
