- А зачем с ними что-то делать? - удивился Хаким. - Они при любой власти устроятся, а казнить или хотя бы сажать их не за что... Хотя и хочется.
- Значит, так и оставим, пока они ничего не делают, - Али закрыл стоящий на столе ноутбук. - Давайте готовится к выступлению...
Халиф выступал в прямом эфире - его заявление транслировали каким-то чудом выжившая телерадиостанция, вездесущая BBC, "Аль-Джазира", RT - одновременно арабская и русская редакции - и "Синьхуа". И, разумеется, на площади собралась огромная толпа...
- Во имя Аллаха, милостивого, милосердного! - объявил Али. - Провозглашаю ныне перед всеми народами, что я, халиф Идрис Али ибн Гаданфар Абу Видад аль Хомс Гияс-ад-дин Махди, со своими сподвижниками, принял власть над Манангой по воле Аллаха! Мы возглашаем, что стремимся вернуть былую славу арабского мира и освободить ислам от невежества и ересей, коими отягощён он ныне. Так говорю я тем, кто противостоит нам: кто отречется от заблуждений и сложит оружие - мир ему! Но кто продолжит войну, кто будет губить невинных - горе тому, ибо смерть ждёт его и ад, ибо хуже неверного убийца невинных! Кто же решит остаться в стороне из осторожности, тот да будет осмеян, если не примет сторону, но если войдёт в ряды наши - мир ему! Мир вам, арабы!
Закончив выступление, Али ушёл с площади, оставив заинтригованных журналистов и толпу, скандирующую "Махди!"
Мир снова изменился... И снова аналитики Лиги не обратили на события должного внимания - у Лиги хватало других проблем, и обнищавший Ближний Восток давно уже не был приоритетным направлением...
XVII
Уравняв скорость, Ай смотрела на медленно расплывающееся облако металла, пластика и кремния.
Три часа назад облако было спутником. Старым, списанным лет тридцать назад китайским разведывательным спутником, который три часа назад без всякой видимой причины взорвался...
Спутник предполагалось снять с орбиты, и всё снаряжение было рассчитано на это - сеть Ай не прихватила.
- Ай, что у тебя? - ожила рация.
- Обломки расходятся, - доложила Ай. - Юрий, ещё пять-десять минут - и мы ничего не соберём даже сетью.
- Две минуты! - откликнулся напарник. - И нас ждут безопасники, так что эти обломки сразу вычитаем.
Ай в ответ только хмыкнула - русский спутник связи, проболтавшийся на орбите больше века, уже окупал сегодняшний вылет. А ведь он был далеко не единственной и даже не главной добычей - вообще-то, они отправились за солнечными батареями, которые покупали какие-то арабы...
Юрий появился вовремя. Запущенная им кевларовая сеть захватила обломки спутника и закрылась, Ай осторожно загрузила её в контейнер, пристыковала к шлюпке Юрия и отправилась дальше...
- Сто семь, - подвёл итог Урахара, когда последняя панель была упакована. - Шестьсот квадратных метров. Неплохой улов... А спутник выставим на аукцион - миллионов пять минимум получим.
- Меня больше интересует взорвавшийся спутник, - Валмет прошлась вдоль свертков, клацая пломбиратором. - Не хотелось бы, чтобы вы, ребята, последовали его примеру... Слушай, Киске... А не убедишь ли ты Эдель отпустить меня на пару дней? Я смотаюсь кое-куда, поспрашиваю народ - может, что и выясню...
- Фрисайд?
- Ну так...
- Ладно, предложу. Не думаю, что она будет возражать.
Урахара не ошибся, но выдвинуть идею не успел - глава "Тойбокс" его опередила.
- Лейтенант Велмер, - осведомилась она, когда команда собралась на обед, - у вас ведь есть... неофициальные связи?
- Мэм?..
- Мне хотелось бы узнать хоть что-то об этом спутнике, лейтенант. У вас как раз накопилось три дополнительных выходных - отдохните, пообщайтесь с друзьями... Может, узнаете что-то полезное - мы тут как-то оторвались от слухов, а жаль. А заодно поищите клиентов или покупателей на нашу добычу.
- Спасибо, мэм, мне и в самом деле стоит отдохнуть. С завтрашнего дня беру эти выходные, мэм. На Фрисайде должны что-нибудь знать...
- А что такое Фрисайд? - спросила Ай, проглотив лапшу.
- Фрисайд... - Фи закатила глаза. - Развесёлое местечко... ООН вздумалось построить цилиндр О'Нейла, но денег не было, и они объявили станцию оффшорной зоной. Почти достроили, но тут случился тридцать девятый год, ООН развалилась, Лига на станцию забила... И досталась она швейцарскому банку и австралийской консалтинговой компании - а если без дураков, то Мари Тессье и Джону Эшпулу. Эти семейки ей и сейчас владеют, и безопасники туда стараются не лезть... Помнишь тех ребят, которые чуть Хати не убили? Вот они оттуда... Я бы туда соваться не рискнула...
- А Валмет?
- Валмет - наёмник, - пожала плечами Фи. - Говорят, директора HCLI там же обитают...
- Не все, - поправила Валмет. - Только двое, да и то они там скорее оперативный офис держат. Фи права - просто так туда соваться не стоит, но если хочешь купить или продать какой-нибудь эксклюзив...
- Дай знать, как будешь возвращаться, - закончил разговор Урахара. - Если что - вытащим...
Вечером в жилом отсеке Ай включила камеру, улыбнулась и заговорила:
- Здравствуй, родной. Я очень скучаю по тебе... Но, знаешь, может, оно и к лучшему, что ты сейчас на пути к Юпитеру. У нас тут творятся какие-то странные дела, и мне иногда страшно становится, что тебя могли бы в это втянуть. Помнишь, я рассказывала, что Клэр теперь в перуанском правительстве? Она всё ещё там, но недавно вновь появился Хаким - он захватил власть в Мананге... Я уже боюсь смотреть новости - вдруг окажется, что кто-то ещё из наших знакомых оказался политиком... А сегодня мы собирали взорвавшийся спутник - никто не знает, что с ним случилось, а если и знают, то молчат. Хати... Береги себя, ладно?
Ай выключила запись, оставив камеру висеть в воздухе. Мысли постоянно перескакивали на только что сказанное - в мире действительно что-то происходило. Нечто настолько грандиозное, что она не могла разглядеть его, но иногда прорывающееся на поверхность - подобно тому, как медленное движение континентов прорывается разрушительным землетрясением. Ай не знала, что будет дальше, но была уверена: когда "Фон Браун" вернётся, его экипаж рискует не узнать родную планету...
- Приехали, - бросил пилот, не оборачиваясь.
- Вот и прекрасно, - Валмет оттолкнулась от кресла, открыла люк и забралась в шлюз. - Ты здесь надолго?
- Сегодня же улетаю.
- Не получишь двадцать тысяч, - Валмет зацепилась ногой за скобу и взялась за рукоятки затвора.
- Пятьдесят - и я тебя жду хоть неделю.
- Двадцать пять и три дня.
- По рукам.
Бросив пилоту тугую пачку сиреневых банкнот, Валмет закрыла люк. Звякнул сигнал, открылся внутренний люк, и она, оттолкнувшись, поплыла к лифту.
Фрисайд... Последний проект ООН, космический оффшор, не принадлежащий ни одному государству. Здесь, где не действовали законы, можно было найти всё, что угодно - в том числе и самый ценный товар двадцать первого века. Информацию.
Лифт со стуком замер, Валмет сделала пару шагов и остановилась, привыкая к слабой гравитации, а затем отправилась к ближайшей "струне" - транспортному монорельсу. Первой её целью был, естественно, офис собственной компании...
- Чем ничтожный Ляо может помочь Одноглазой Дьяволице? - китаец в ярко-зелёном свитере с кислотно-фиолетовыми психоделическими узорами оторвался от клавиатуры.
- Перестань ломать комедию... И выкини, наконец, это наркоманское чудовище!
- Это метафора внутреннего мира, отражённого на киберпространство, - заявил Ляо. - Так тебе чего?
- Информацию. Вчера на орбите взорвался старый китайский спутник-шпион, и я хочу знать, почему.
- И что мне за это будет?
Валмет помахала сиреневой пачкой.