«Ох, братец, признаюсь,

Что Бритвы очень тупы!

Кáк этого не знать? Ведь мы не так уж глупы;

Да острыми-то я порезаться боюсь».

«А я, мой друг, тебя уверить смею,

Что Бритвою тупой изрежешься скорей,

А острою обреешься верней:

Умей владеть лишь ею».

Вам пояснить рассказ мой я готов:

Не так ли многие, хоть стыдно им признаться,

С умом людей – боятся,

И терпят при себе охотней дураков?

«Бритвы».

Рисунок Н. Денисова. 1898

«Бритвы». Басня лпубликована в журнале «Северные цветы» в 1829 г. Написана в 1826–1828 гг. Текст окончательно установлен в издании 1830 г.

Н.В. Гоголь писал о Крылове: «Когда у некоторых доброжелательных, но недальнозорких начальников утвердилось было странное мнение, что нужно опасаться бойких, умных людей и обходить их в должностях из-за того единственного, что некоторые из них были когда-то шалуны и замешались в безрассудное дело, он написал не меньше замечательную басню «Две бритвы», и в ней справедливо попрекнул начальников, которые[6]

Людей с умом боятся

И держат у себя охотней дураков».

В басне выражена мысль, что часто умные люди охотнее общаются с дураками, чем с умными людьми.

Глаза продрал – протер их после сна.

Меж шуток – шутя друг с другом.

Проказник – здесь: тот, кто дурно, ошибочно поступает.

Сквозь слёз – сквозь слёзы.

Кисло морщит рожу – делает болезненную гримасу.

Содрать – сорвать силой.

Вину беды – причину беды.

Тиранишь – мучаешь, истязаешь.

Косарь – большой косой нож на длинной рукоятке, употребляемый для срезания ветвей.

VIII

Сокол и Червяк

В вершине дерева, за ветку уцепясь,

Червяк на ней качался.

Над Червяком Сокóл, по воздуху носясь,

Так с высоты шутил и издевался:

«Каких ты, бедненький, трудов не перенес!

Чтó ж прибыли, что ты высоко так заполз?

Какая у тебя и воля, и свобода?

И с веткой гнешься ты, куда велит погода».

«Тебе шутить легко, —

Червяк ответствует, – летая высоко,

Затем, что крыльями и силен ты, и крепок;

Но мне судьба дала достоинства не те:

Я здесь на высоте

Тем только и держусь, что я, по счастью, цепок!»

«Сокол и Червяк». Басня опубликована в сборнике «Басни» в 1830 г. Данных о времени написания нет. В дальнейшем текст не изменялся.

В басне выражена мысль, что тот, кто достиг высокого положения не случайно, а долгим упорным трудом, тот может надеяться, что и далее сумеет сохранить за собой это положение.

Издевался – насмехался.

Ответствует – отвечает.

Затем – потому.

IX

Бедный Богач

«Ну, стóит ли богатым быть,

Чтоб вкусно никогда ни съесть, ни спить

И только деньги лишь копить?

Да и на чтó? Умрем, ведь всё оставим.

Мы только лишь себя и мучим, и бесславим.

Нет, если б мне далось богатство на удел,

Не только бы рубля, я б тысяч не жалел,

Чтоб жить роскошно, пышно,

И о моих пирах далеко б было слышно;

Я, даже, делал бы добро другим.

А богачей скупых на муку жизнь похожа».

Так рассуждал Бедняк с собой самим,

В лачужке низменной, на голой лавке лежа;

Как вдруг к нему сквозь щелочку пролез,

Кто говорит – колдун, кто говорит – что бес,

Последнее едва ли не вернее:

Из дела будет то виднее.

Предстал – и начал так: «Ты хочешь быть богат,

Я слышал, для чего; служить я другу рад.

Вот кошелек тебе: червонец в нем, не боле;

Но вынешь лишь один, уж там готов другой.

Итак, приятель мой,

Разбогатеть теперь в твоей лишь воле.

Возьми ж – и из него без счету вынимай,

Доколе будешь ты доволен;

Но только знай:

Истратить одного червонца ты не волен,

Пока в реку не бросишь кошелька».

Сказал – и с кошельком оставил Бедняка.

Бедняк от радости едва не помешался;

Но лишь опомнился, за кошелек принялся,

И чтó ж? – Чуть верится ему, что то не сон:

Едва червонец вынет он,

Уж в кошельке другой червонец шевелится.

«Ах, пусть лишь до утра мне счастие продлится! —

Бедняк мой говорит. —

Червонцев я себе повытаскаю груду;

Так, завтра же богат я буду

И заживу, как сибарит».

Однако ж поутру он думает другое.

«То правда, – говорит, – теперь я стал богат;

Да ктó ж добру не рад!

И почему бы мне не быть богаче вдвое?

Неужто лень

Над кошельком еще провесть хоть день!

Вот на дом у меня, на экипаж, на дачу;

Но если накупить могу я деревень,

Не глупо ли, когда случай к тому утрачу?

Так, удержу чудесный кошелек,

Уж так и быть, еще я поговею

Один денек,

А, впрочем, ведь пожить всегда успею».

Но чтó ж? Проходит день, неделя, месяц, год —

Бедняк мой потерял давно в червонцах счет;

Меж тем он скудно ест и скудно пьет;

Но чуть лишь день, а он опять за ту ж работу.

День кончится, и, по его расчету,

Ему всегда чего-нибудь недостает.

Лишь кошелек нести сберется,

То сердце у него сожмется:

Придет к реке, – воротится опять.

«Как можно, – говорит, – от кошелька отстать,

Когда мне золото рекою сáмо льется?»

И, наконец, Бедняк мой поседел,

Бедняк мой похудел;

Как золото его, Бедняк мой пожелтел.

Уж и о пышности он боле не смекает:

Он стал и слаб, и хил; здоровье и покой,

Утратил всё; но всё дрожащею рукой

Из кошелька червонцы вон таскает.

Таскал, таскал… И чем же кончил он?

На лавке, где своим богатством любовался,

На той же лавке он скончался,

Досчитывая свой девятый миллион.

«Бедный Богач».

Рисунок А. Сапожникова. 1834

«Бедный Богач». Басня опубликована в журнале «Северные цветы» в 1829 г. Написана в 1828 г. В дальнейшем текст не изменялся.

В басне выражена та же мысль, что и в русской народной пословице: «Скупой богач беднее нищего». И как результат: жадность к добру не приводит.

Спить – выпить.

Бесславим – позорим.

Далось на удел – досталось на долю.

Пышно – богато, с большой роскошью.

Лачужка – маленькая, низкая и тесная хижина.

Низменная – бедная, низкая.

Щелочка – маленькая щель.

Червонец – золотая монета трехрублевого достоинства.

Доколе – пока.

Едва не помешался – чуть с ума не сошел.

Груда – куча, множество.

Сибарит – живущий роскошно и ведущий изнеженный образ жизни. Сибариты, жители итальянского города Сибариса, в древности были известны своей страстью к роскоши и развлечениям.

Поговею – попощусь, потерплю.

Не смекает – не думает, не догадывается.

Хил – слаб, немощен.

X

Булат

Булатной сабли острый клинок

Заброшен был в железный хлам;

С ним вместе вынесен на рынок

И мужику задаром продан там.

У мужика затеи не велики:

Он отыскал тотчас в Булате прок.

Мужик мой насадил на клинок черенок

И стал Булатом драть в лесу на лапти лыки,

А дома зáпросто лучину им щепать;

То ветви у плетня, то сучья обрубать

Или обтесывать тычины к огороду.

Ну, так что не прошло и году,

Как мой Булат в зубцах и в ржавчине кругом,

И дети ездят уж на нём

Верхом.

Вот ёж, в избе под лавкой лежа,

Куда и клинок брошен был,

Однажды так Булату говорил:

«Скажи, на чтó вся жизнь твоя похожа?

И если про Булат

Так много громкого не ложно говорят:

Не стыдно ли тебе щепать лучину,

Или обтесывать тычину,

И, наконец, игрушкой быть ребят?»

«В руках бы воина врагам я был ужасен, —

Булат ответствует, – а здесь мой дар напрасен;

Так низким лишь трудом я занят здесь в дому.

Но разве я свободен?

Нет, стыдно то не мне, а стыдно лишь тому,

Кто не умел понять, к чему я годен».

«Булат».

Рисунок А. Жаба. Начало ХХ в.

«Булат». Басня опубликована в сборнике «Басни» в 1830 г. Написана между 1826 г. и апрелем 1830 г. В дальнейшем текст не изменялся.