В басне выражена мысль, что предателя презирают даже те, кто сам пользуется его изменой; льстя ему в нужде, они при первом же удобном случае стараются от него отделаться.

У самых тех – то есть даже у тех, в чью пользу совершается измена.

Кто при нужде его не ставит в грех ласкать – многие считают возможным приласкать предателя, когда они в нем нуждаются.

Глодать – объедать.

Пристанище – убежище, безопасное пребывание где-нибудь.

Ужли – неужели.

Важный убыток – большой убыток.

Непышно – без роскоши.

Лучистый Царь – солнце.

Наливное – сочное.

Сквозное яблоко – от зрелости почти прозрачное.

Пленен – восхищен, очарован.

Мудрен – затруднителен.

Яблоко нам непрочно – мы его скоро потеряем.

Подточил – подгрыз, подъел.

Расплющил – раздавил.

Пята – задняя округлая часть ступни.

XXII

Похороны

В Египте в старину велось обыкновенье,

Когда кого хотят пышнее хоронить,

Наемных плакальщиц пускать за гробом выть.

Вот некогда на знатном погребенье

Толпа сих плакальщиц, поднявши вой,

Покойника от жизни скоротечной

В дом провожала вечной

На упокой.

Тут странник, думая, что в горести сердечной

То рвется вся покойника родня,

«Скажите, – говорит, – не рады ли б вы были,

Когда б его вам воскресили?

Я Маг; на это есть возможность у меня:

Мы заклинания с собой такие носим —

Покойник оживет сейчас».

«Отец! – вскричали все. – Обрадуй бедных нас!

Одной лишь милости притом мы просим,

Чтоб суток через пять

Он умер бы опять.

В живом в нем не было здесь проку никакова,

Да вряд ли будет и вперед;

А как умрет,

То выть по нем наймут нас, верно, снова».

Есть много богачей, которых смерть одна

К чему-нибудь годна.

«Похороны». Рисунок А. Сапожникова. 1834

«Похороны». Басня опубликована в брошюре «Три новые басни И.А. Крылова, читанные в торжественном собрании имп. публичной библиотеки января 2 дня сего года». СПб., 1817. Написана не ранее 1812 г. и не позднее октября 1816 г. Текст окончательно установлен в издании 1825 г.

На ту же тему написана басня Эзопа «Богач».

Мысль басни выражена в последних строчках:

Есть много богачей, которых смерть одна

К чему-нибудь годна.

Плакальщицы – женщины, нанятые для того, чтобы выть, плакать по умершему при его погребении.

Некогда – однажды.

Скоротечная – скоропроходящая.

Дом вечный – кладбище.

Воскресить – возвратить жизнь умершему.

Маг – волшебник, чародей.

XXIII

Трудолюбивый Медведь

Увидя, что мужик, трудяся над дугами,

Их прибыльно сбывает с рук

(А дуги гнут с терпеньем и не вдруг),

Медведь задумал жить такими же трудами.

Пошел по лесу треск и стук,

И слышно за версту проказу.

Орешника, березника и вязу

Мой Мишка погубил несметное число,

А не дается ремесло.

Вот идет к мужику он попросить совета

И говорит: «Сосед, что за причина эта?

Деревья таки я ломать могу,

А не согнул ни одного в дугу.

Скажи, в чем есть тут главное уменье?»

«В том, – отвечал сосед, —

Чего в тебе, кум, вовсе нет:

В терпенье».

«Трудолюбивый Медведь». Рисунок А. Сапожникова. 1834

«Трудолюбивый Медведь». Басня опубликована в «Журнале древней и новой словесности» в 1818 г. Текст окончательно установлен в издании 1834 г.

Замысел басни, по-видимому, связан с повелением 18 марта 1817 г. императора Александра I ускорить ход составления каталогов в Публичной библиотеке, в которой с января 1812 г. служил Крылов. С тех пор вопросы каталогизации и расстановки книг для библиотеки стали первостепенными. Но император оставался недоволен проделанной работой, и 17 августа 1818 г. последовал приказ министра народного просвещения князя А.Н. Голицына принять меры «к поспешнейшему производству сего дела». Этот приказ, по мнению историков литературы, и явился поводом к созданию басни.

В басне выражена мысль, что в каждом деле требуется терпение.

Прибыльно сбывает с рук – продает с прибылью, с барышом.

Проказа – шалость, проделка.

Орешник – ореховый лес или кустарник.

Березник – березовый лес.

Несметное число – бесчисленное множество.

Не дается ремесло – дело не идет на лад.

XXIV

Сочинитель и Разбойник

В жилище мрачное теней

На суд предстали пред судей

В один и тот же час: Грабитель

(Он по большим дорогам разбивал,

И в петлю, наконец, попал);

Другой был славою покрытый Сочинитель.

Он тонкий разливал в своих твореньях яд,

Вселял безверие, укоренял разврат,

Был, как Сирена, сладкогласен,

И, как Сирена, был опасен.

В аду обряд судебный скор;

Нет проволочек бесполезных:

В минуту сделан приговор.

На страшных двух цепях железных

Повешены больших чугунных два котла.

В них виноватых рассадили,

Дров под Разбойника большой костер взвалили;

Сама Мегера их зажгла

И развела такой ужасный пламень,

Что трескаться стал в сводах адских камень.

Суд к Сочинителю, казалось, был не строг;

Под ним сперва чуть тлелся огонёк;

Но там, чем далее, тем боле разгорался.

Вот веки протекли, огонь не унимался.

Уж под Разбойником давно костер погас,

Под Сочинителем он злей с часý на час.

Не видя облегченья,

Писатель, наконец, кричит среди мученья,

Что справедливости в богах немало нет;

Что славой он наполнил свет

И ежели писал немножко вольно,

То слишком уж за то наказан больно;

Что он не думал быть Разбойника грешней.

Тут перед ним, во всей красе своей,

С шипящими между волос змеями,

С кровавыми в руках бичами

Из адских трех сестер явилася одна.

«Несчастный! – говорит она. —

Ты ль Провидению пеняешь?

И ты ль с Разбойником себя равняешь?

Перед твоей ничто его вина.

По лютости своей и злости,

Он вреден был,

Пока лишь жил.

А ты… Уже твои давно истлели кости,

А солнце разу не взойдет,

Чтоб новых от тебя не осветило бед.

Твоих творений яд не только не слабеет,

Но, разливаяся, век от веку лютеет.

Смотри (тут свет ему узреть она дала),

Смотри на злые все дела

И на несчастия, которых ты виною!

Вон дети, стыд своих семей, —

Отчаянье отцов и матерей.

Кем ум и сердце в них отравлены? Тобою.

Кто, осмеяв, как детские мечты,

Супружество, начальства, власти,

Им причитал в вину людские все напасти

И связи общества рвался расторгнуть? Ты.

Не ты ли величал безверье просвещеньем?

Не ты ль в приманчивый, в прелестный вид облек

И страсти, и порок?

И вон опоена твоим ученьем,

Там целая страна

Полна

Убийствами и грабежами,

Раздорами и мятежами

И до погибели доведена тобой!

В ней каждой капли слез и крови – ты виной.

И смел ты на богов хулой вооружиться?

А сколько впредь еще родится

От книг твоих на свете зол!

Терпи ж; здесь по делам тебе и казни мера!» —

Сказала гневная Мегера

И крышкою захлопнула котел.

«Сочинитель и Разбойник». Гравюра И. Ческого по рисунку И. Иванова. 1825

«Сочинитель и Разбойник». Басня опубликована в брошюре «Три новые басни И.А. Крылова, читанные в торжественном собрании имп. публичной библиотеки января 2 дня сего года». СПб., 1817. Данных о времени написания нет. Текст окончательно установлен в издании 1835 г.

В 1819 г. Н.И. Гречем басня была истолкована, как направленная против французского писателя Вольтера.

В басне выражена мысль, что вред, который приносит иной писатель, особенно даровитый, проповедующий безнравственное учение, больше вреда, приносимого разбойником; последний убивает только тело, тогда как первый убивает душу, и учение его продолжает наносить вред людям и после его смерти.