Ситуация произошедшая с Лилианой так сильно повлияла на Розу, что та, чувствуя собственную вину за гибель её подчинённой, обрела неистовое стремление побыстрее покончить с заражением на планете. И если до этого желание Малиновской было обоснованно лишь её собственными чувствами и странными снами, то вот теперь двигаться вперёд и ни за что не останавливаться подталкивал наглядный пример того, что делала с людьми эта трагедия. Только сейчас Кобра до конца поняла как серьёзна была ситуация на Клониксе. Это больше не походило на зарубежный боевик-ужастик, это была жестокая реальность. Где-то на планете в данный момент вот так же не заслуженно, как Лилиана, гибли другие люди, и если Роза могла на это как-то повлиять, то она должна была это сделать как можно тщательнее и быстрее. Подойдя наконец-то к медикам, Кобра опомнилась, вновь ощутив боль в раздробленной кости, так как действие обезболивающего совсем прошло.

— Сделайте уже что-нибудь с этой рукой, и я пойду, — раздражённая собственным ранением, коротко кинула она, обращаясь к Анне и Ариадне, всё ещё злясь на саму себя, что так просто позволила Лилиане умереть.

========== Глава 15 ==========

С того дня, как погибла Наумова, прошло много времени. Девушку с почестями похоронили на кладбище в окрестностях замка, где погребали всех погибших жителей оного. А что касается Розы, то она стала хоть на зачистки постоянно. И если Лёша и все прочие люди делали это в соответствии с расписанием их команд, то Кобра не останавливалась на достигнутом. Как только заканчивалась одна миссия в городе, Малиновская тут же отправлялась на другую. Она изматывала себя до изнеможения, боролась с монстрами столько часов в день, сколько это вообще было возможно. Местные медики уже порядком подустали залечивать раны юной принцессы, а она каждый раз возвращалась со всё новыми и новыми ранениями. Проводя почти всё время, что бодрствовала за убийством монстров, Роза просто не располагала временем ни на что другое. Потеряв Лилиану, она с каждым днём всё больше и больше чувствовала собственную вину перед жителями этой планеты, особенно, когда с миссий не возвращались и другие военные. Кобра очень болезненно переживала потерю нового человека, и ощущала к этому свою причастность и ненависть к собственной бездейственности и беспомощности. Нет, конечно, на самом деле в этом не было вины Розы. Один человек просто физически не мог защитить всех, но пошатнувшаяся самоуверенность Кобры больше не давала ей покоя. От чего Малиновская так усердно стремилась побыстрее расчистить планету. А затем, приходя вечером с последней миссии, просто без сил падала на кровать, и буквально не раздеваясь и не ужиная, засыпала от усталости, чтобы наконец-то наступило завтра, когда вновь можно было бы пойти на зачистку. И этот вечер не стал исключением.

Полностью лишённая сил Роза, еле волоча ноги, вошла в собственную спальню. Миновав пару метров, девушка устало плюхнулась спиной на кровать и, наконец-то ощутив умиротворение, раскинула руки в стороны, поудобнее устраиваясь на мягком матрасе. Её тяжёлое дыхание громко раздавалось по всей царской спальне, пока Кобра приходила в себя после последней зачистки. Вечерняя миссия выдалась на редкость сложной, тем более для Малиновской, у которой она была не первой за весь день. Лёжа на кровати и томно прикрыв глаза, Роза планировала просто спокойно заснуть в одиночестве, даже не задумываясь о том, что кто-то ещё мог прийти сюда. А зря. Ведь ровно через десять минут её покой нарушил никто иной, как надоедливый Лёша. Даже не делая вид, будто не собирался разбудить Розу, он вошёл в спальню, при этом громко хлопнув дверью, и тут же начал разговор.

— Зачем ты себя так изводишь, Малиновская? — подойдя к кровати девушки, полицейский уселся рядом, приподнял её руку и демонстративно отпустил, чтобы обессиленная та вновь рухнула на матрас.

— Даже если ты помрёшь от переутомления, это не исправит чужих ошибок, не обращая внимания на то, что Кобра по-прежнему игнорировала его, продолжил говорить Лёша, понимая, что затрагивал больную тему, — Лилиана погибла не по твоей вине, и остальные люди на этой планете — тоже.

Краем уха уловив то, что бормотал где-то поблизости полицейский, Роза наконец-то соизволила ответить.

— Это мой долг, — коротко констатировала факт она, так как на более длительные препирания у Малиновской просто не было сил.

Поняв, что всего вышесказанного было явно не достаточно, полицейский решил немного сильнее надавить на собеседницу, спровоцировав её на полноценный разговор, как это было раньше, подколом.

— Твой долг помочь планете, а не спасти её в одиночку. Посмертно, — прежде, чем произнести последнее слово, Лёша сделал не большую паузу, акцентируя всё внимание именно на нём.

Этот поступок явно разозлил Розу, однако, всё ещё находясь в бессильном состоянии, девушка лишь открыла глаза и ответила:

— Если ты пришёл читать мне нотации, то лучше заткнись. И дай спокойно поспать. Итак тошно, — девушка лениво потёрлась щекой о собственное плечо, а затем, закрыв глаза, вновь попыталась уснуть.

Удивлённый тем, что даже на его уловку Роза отреагировала не так, как обычно, полицейский, не желая сдаваться, решил применить другую тактику. Медленно склонившись к полу-спящей собеседнице, он аккуратно убрал прядь волос с её лица и задал вопрос, на который надеялся услышать ответ «да».

— Хочешь, я расскажу тебе то, что вмиг поднимет твоё настроение?

Но Малиновская отреагировала на это предложение совсем не так, как от неё ожидалось. Всё так же неподвижно лёжа на кровати, девушка выдала вовсе не тот ответ, который должен был прозвучать.

— Моё настроение в данный момент поднимется, только если я сдохну прямо здесь и сейчас, — лениво протянула Кобра, при этом тяжело вздохнув, и перевернулась на бок, чтобы удобнее было спать.

— Не думал, что ты так быстро сдаёшься… — в ответ на сказанное упрекнул её собеседник, — И это почти международная преступница по кличке Кобра. Даже не верится, это тебя я не смог поймать.

Он продолжал говорить, всё больше и больше провоцируя девушку на вспышку гнева, чтобы хоть как-то привлечь её внимание. Но собеседница упорно не желала поддаваться. Открыв глаза, Малиновская опять перевернулась на спину, понимая, что спокойно поспать ей сегодня точно не удаться, и вслух опровергла мнение полицейского о себе.

— Не такая я уж и хорошая воровка, раз ты вообще сейчас со мной разговариваешь. Я провалила ограбление, решавшее мою судьбу. Более того, я даже царица фиговая. Каждый день гибнут люди, а я лишь валяюсь на кровати и треплюсь с тобой о всякой ерунде потому, что не знаю, что мне сделать, чтобы остановить весь этот кошмар, — слова Розы прозвучали крайне убедительно, было похоже, что она уже и сама не верила в собственные силы.

Провал за провалом полностью выбили Кобру из колеи. Она ещё никогда не ощущала себя такой жалкой и беспомощной как теперь. Девушка была настолько противна сама себе, что ей хотелось заснуть и никогда не просыпаться, только бы не видеть реальность, не осознавать собственную никчёмность. А Лёша в данный момент как никогда сильно мешал ей в этом начинании. Сообразив, что Малиновская впала в глубокую депрессию, причём абсолютно не обоснованно, полицейский решил ни в коем случае не спускать всё на тормозах. Он то знал, что во всём вышеперечисленном не было вины Розы, и если смерти на Клониксе ещё хоть как-то подходили под причину для самобичевания его собеседницы, то вот проваленное ограбление ну уж совсем нет, всё ведь было подстроено. Откуда Кобра вообще могла знать, что её же предполагаемый жених так просто сдаст воровку правоохранительным органам, конечно ниоткуда, и лишь поэтому она до сих пор считала повинной во всём собственную некомпетентность.

— Прежде всего, прекрати жалеть себя, — посоветовал или, скорее, настоял на своём полицейский, — Тебе не идёт. Мне даже ругаться с тобой не весело стало, — констатировал факт он, мысленно отметив, что действительно слишком соскучился по их язвительным словесным перебранкам за этот период.