Он рассмеялся.
– Если по порядку, то – сначала Ассах, потом передам МЛМ Абигору, затем сделаю новый Личный Мир, – он на мгновение замолчал. – Пожалуй, нет! МЛМ я демону не отдам! Мне там нравится, да и Серегино шале, жалко! Надеюсь, в ходе посещения Ассах, я смогу синтезировать нечто новое из Сиселии и рунного языка, и значительно ускорить процесс создания обещанного ему Мира Темных Демонов. Сделаю что-то, типа каких-нибудь модулей, для сборки различных виртуальных вселенных.
– Мне всегда нравилось, как ты непринужденно рассуждаешь о высоких материях! – без желчи позавидовал я. – Миры, Вселенные… Мне это не дано! Как оно, – ощущать себя Творцом? Стать равным богам?
– Никак! – улыбаясь, сообщил Всеслав. – Каким богам? Я в них не верю, а значит, их нет! Есть только, как поведал нам Демиург, статическая точка неподъемной массы на одной стороне, и совершенное, ничем не отягощенное, невесомое чистое время на другой. И то, и другое мертво. А между ними – жизнь. И эта жизнь, – движение. Вот оно, -истинный бог! Оживляющий и преображающий!
На секунду уйдя мыслями в себя, он продекламировал:
«Можно думать, что угодно,
право – слово, – все равно!
Новое – всегда свободно,
старое – обречено…
Лишь одно движенье – вечно.
Для него: расцвет, упадок, —
Равнозначны, скоротечны.
Только Хаос и Порядок, —
Сингулярности предтечи,
могут быть ему равны…
Их оно дитя, – не мы!»
– Красиво, но слишком заумно! – произнес из зала телевизор голосом Пончика. – Мне больше нравится Ксюшина легенда об Истинном Свете и Безупречной Пустоте!
– Пончик?! Ты как здесь?! – изумился Всеслав, вставая и направляясь в зал.
– Ваше Совершенство! – ехидно прозвучало в ответ. – Когда Вы соизволите меня отсюда вытащить, а? Или нимб через дверной косяк пройти не позволяет?
– А что, его уже видно? – не остался в долгу Всеслав. – То-то я и думаю, какая же это фигня мне голову к подушке прислонить не дает! А это нимб! Хорошо, хоть не рога! Не так обидно!
Пончик в ответ еще более ехидно промолчал.
Не смотря на всю неожиданность появления Пончика здесь, во времени Всеслава и желание его увидеть, Ксюша задержалась у древнего серванта, с благоговением рассматривая лежащий в нем за стеклом дверцы пятнадцатисантиметровый шестигранный кристалл дымчатого горного хрусталя с тонкой прожилкой золотого цвета, пересекающей тот по диагонали.
Я же пошел прямиком к телевизионной панели. Что я, кварца не видел, что ли? Пончик помахал мне лапой, заодно цапнув когтями за морду одного из псов.
– Привет, братишка! Я домой хочу, к вам! – он отпрыгнул в сторону, почти в угол сорокапятидюймового экрана, пропуская мимо летящего на него другого пса. – Надоело тут, как идиотику прыгать! Или вы думаете, мне заняться больше нечем, кроме как таскаться за вами следом повсюду, да еще со всей этой недоделанной локацией?
– Потерпи немного! – попросил Всеслав. – С утра пораньше мы с Ксюшей отправимся к Спектралиям, – не на ночь же глядя нам туда идти!
– Знаю, как вы отправитесь! – Пончик забрался на близстоящую березу, судя по черточкам на коре, и устало прилег на ветку. – То чаи гоняете, то сами по всем временам – реальностям! Не напомни вам, снова куда-нибудь понесетесь, как угорелые, а мне или тут куковать, или снова вас по инфоследам искать! Не мог ты закольцевать время на час раньше? Так у меня была хотя бы возможность отдохнуть подольше! А тут, видишь?
Псы начали споро подрывать корни дерева, и оно стало крениться все больше и больше, пока окончательно не рухнуло. Пончик грациозно соскочил с клонящейся ветки, с противоположной стороны от собак.
– И вот так, уже второй день! – посетовал он. – Доколе, я вас спрашиваю? Доколе?
– Хочешь, я сейчас займусь и передвину время? – предложил Всеслав. – Пару – тройку часов потрачу, и все будет тип-топ! Только надо вернуться туда, в будущее, к Антону.
– Нет уж! – недовольно фыркнул Пончик. – Там два часа, там три! А в итоге я здесь еще год просижу! Идите вы, в Ассах! И прямо сейчас!
– Все, все, Спонч! – Всеслав посмотрел на Ксюшу, та согласно кивнула. – Мы уже собираемся! Ксюша уже переодевается, и мы отправляемся! Прямо сейчас!
Ксюша молча, с выражением глубокого сожаления на лице, отправилась в спальню надеть свою парадную паранджу, которую зачем-то взяла с собой. Как чувствовала.
Она обернулась и кивнула, мол, да – чувствовала!
Я тоже ее прекрасно понимаю, причем безо всякой эмпатии. Ассиметричное платьице от Alexander McQueen, купленное по прибытию сюда в самом модном бутике города, однозначно наряднее и красивее. Как и стильные босоножки на платформе, с элегантными завязочками вокруг щиколоток от Salvatore Ferragamo. Да и сама Ксюша в этом наряде выглядит сногсшибательно! Но появись она в таком наряде у себя дома, не поймут, как пить дать. Снова найдутся какие-нибудь дурацкие табу и законы, предписывающие, к примеру, закапывать нарушителей в песок голышом, или змеям на покусание бросать, вместе с крамольной одеждой. С них, драконьих детей, станется!
Собрались они минут за двадцать. Всеслав, на удивление, провозился дольше всех, выдвигая и задвигая ящики письменного стола, громыхая чем-то в кладовке, даже на балкон зачем-то выходил. Вернулся расстроенный.
– Да вот, соображаю, что взять в подарок Ксюшиному дяде! С пустыми руками, неудобно как-то…
– Я видел, Ксюше очень понравился этот кварц! – я указал на кристалл, покрытый тонким слоем пыли. – Я уверен, Массишшим тоже будет в восторге!
Всеслав достал кристалл из-за стеклянной дверцы серванта, вынул носовичок из кармана и стер с него пыль.
– Прибраться бы тут, только времени, как всегда нет! И родителей навестить, тоже надо бы … – он повернулся к люстре и поднял камень на уровень глаз. – Насколько я знаю, это довольно редкий экземпляр горного хрусталя. Практически чистый, всего лишь с одним небольшим замутнением в центре. Отец его нашел недалеко от Валькумея, на Чукотке, когда еще лейтенантом был. Думаешь, можно подарить? Не бедновато ли? Король, все-таки!
– Однозначно, можно! – заверил я. – Сам увидишь! Они там камень чуть ли не боготворят!
– Дядя будет просто счастлив! – подтвердила Ксюша, выходя из спальни в своей полупрозрачной лазурной накидке. – Я готова, Ссессалахх!
– Антоша! Давай, сверли еще одну дырку в континууме! – с напускной веселостью предложил Всеслав. Однако было видно, – ему не весело. – Энтропия нарастает слишком медленно! Будем увеличивать количество бардака во Вселенной! Шучу! Давай, давай, не задерживай процесс, вызывай свой портал! Вон, Пончик уже ждать устал! Да, пожалуйста, сообщи Сереге, что мы задержаться можем, не то волноваться будет…
Я кивнул, обнял Ксюшу, пожал улыбающемуся Всеславу на прощанье руку, достал из-под футболки галиотис, кольнул кончиком приготовленного кухонного ножа палец, капнул в раковину пару капель и произнес необходимые слова, сопроводив их начертанием в воздухе руны «Турисаз».
– Удачи! – искренне пожелал им, провожая в неярко переливающуюся фиолетовым рамку. – Удачи! Возвращайтесь поскорее!
Уже шагая на ту сторону, Ксюша послала мне воздушный поцелуй, я же, ответить не успел. К сожалению.
Портал бесшумно схлопнулся.
Я вернулся к телевизору.
– Мне пора! – сообщил Пончик и кивнул на толпу игроков на заднем плане, бесконечно добивающих босса. – Тяжело удерживать канал, вместе со всеми этими… Пока, братик!
Экран потух, и я остался совершенно один. Снова. Мне это ощущение очень не понравилось.
Побродил бесцельно по квартире, зашел на кухню, помыл чашки. Окна в соседней пятиэтажке почти все были темными, и ночь безразлично смотрела сквозь стекло на меня. Я пошел в спальню и присел на кровать. Покрывало хранило еще теплый отпечаток Ксюшиной попки. И тут на меня такая тоска накатила, хоть волком вой!
«Из окна я в зиму смотрю, —