Шорох, скотина, где тебя носит? Меня сейчас заимпринтят на изъеденном жуками матрасе, а я даже сделать ничего не смогу.

Толпа внизу снова объявила о победе мехового комка, а мне на спину легла раскалённая ладонь.

– Выбирай. Кровать, куртка. М?

– Стол! Хочу на столе, – кивнула на хлипкую конструкцию с крупными каплями застывшего воска, и приплавленной к поверхности толстой свече. – Только куртку постели, а то у меня вся задница в занозах будет.

Смеётся. Чёрные вены на мгновение поблекли, но затем снова покрыли лицо моего похитителя. О! Я на верном пути. Надо рассмешить его!

Не выпуская моё запястье из рук, Тео поднял куртку и положил на столешницу.

– Садись!

– Не могу. Высоко. Ножки подкашиваются, – не врала. Меня трясло от предстоящего, а отсутствие простынки на теле было ещё более пугающим.

– Любишь поиграть?

Не люблю!

– Конечно! А ещё люблю при свечах, я за спичками, – упёрла ладони в край стола, чтобы спрыгнуть, но рык Тео пригвоздил меня обратно.

– Сидеть!

Чёрный фитилёк на свечке сам собой вспыхнул оранжевым огоньком.

– Ещё желания будут?

– Угу. Не насилуй меня, пожалуйста!

– И не собирался. У запечатлённых секс всегда по доброй воле, милая.

Вот как-то совсем я в последнем утверждении не уверена.

– Я не кусаюсь, Аня. Не нужно бояться, – тщетно пытался успокоить меня, лохматый извращенец.

Ага. Конечно. Откуда и для чего тогда у тебя во рту клыки нарисовались? Реально пара зубов стали длиннее и острее. Это у него локальная трансформация? Больше Тео нигде себя, надеюсь, не увеличил?

А вот чёрные узоры уже спустились по шее, плечам и теперь змеями извиваются на груди, при каждом вдохе.

– Может, начнём с малого. Свидание? Ужин…

Надежда, что кутящая шиншилла внезапно вернётся, таяла на глазах. Только что объявили о третьем раунде, и Шорох снова вышел победителем.

– Ты такая смешная. Мне нравится твоё смущение. Свидания будут. Потом.

Руки Тео легли на бёдра и скользнули к коленям, надавили, пытаясь раздвинуть мне ноги. И я почти поддалась, импринтинг же, да?

– Погоди. А ты? Это немного нечестно, не находишь. Ты ещё в штанах!

– Разумно.

Парень занялся ремнём, а я едва не заплакала. Не самое ужасное, что могло случиться, наверно, но от этого не легче.

– Тео?

– М?

Он нехотя оторвался от тугой пряжки, и с его губ сорвалось невнятное ругательство.

– А как насчёт средств контрацепции, а?

– Зачем? – искренне удивился мерзавец.

– Ну как же… Я же еду учиться. И… мне нужно будет сосредоточиться на парах, экзаменах.

– Я не против детей. А ещё в наших заведениях тоже можно брать академ.

Не против. Детей. Он. А меня решили не спрашивать, получается? Теперь перспектива стала ещё мрачнее.

Отчаянно крутила головой в поисках хоть одного намёка на спасение. А дверь-то я оказывает отперла. Шансы есть, думай, Аня! Думай! Взгляд упал на чадящую свечку, в которой скопилось много расплавленного воска. Ох, прости меня Тео, но ты сам виноват. Вцепилась в своей последний шанс и рванула, сдержав писк, когда горячие капли попали мне на кожу. Одно резкое движение и плеснула в лицо своему несостоявшемуся любовнику.

Парень заревел и оскалил свои жуткие клыки.

– Идиотка! В глаза! За что?!

Он ещё спрашивает?

Парень остервенело счищал застывающий воск с лица, а я вцепилась Тео в загривок и прижалась к его рычащему рту поцелуем. И снова лёгкость и ощущение полёта. Шлёпнулась о пол и заковыляла к двери. Неудобно зараза – передние лапы короче задних. И что я такое? Кролик?.. Надеюсь, мой похититель оценит юмор, а ещё не станет догонять меня в виде такой же милой зверюшки. О фертильности этих животных ходит слишком много шуток, которые и не шутки вовсе, а пугающая реальность!

Но Тео всё ещё царапал себе глаза, а я пропрыгала в коридор.

Бедные мои уши! Меня оглушили крики, звон битого стекла и громыхание мебели. Кажется, кому-то только что сломали табуретку о хребет.

Шорох. Мне нужно найти его, пока Тео не очухался. После моего проступка он мог вполне пересмотреть свои взгляды на импринтинг, и тогда вместо секса с жарким, в прямом смысле этого слова брюнетом, меня просто сожрут.

Кубарем скатилась по лестнице и почти сразу же попала в эпицентр грандиозной попойки. Липкий пол, осколки кружек, парочка пускающих слюну тел в бессознательном состоянии. Мрак…

Уворачивалась от тяжёлых сапог и мчалась в сторону кричащей толпы. Уже почти добралась до импровизированной сцены, когда перила на втором этаже посыпались вниз, выломанные чёрной псиной. Ну вот, секс отменяется, Тео идёт мстить.

Ш-О-Р-О-Х!

Разумеется, не слышит. Зато в зале мгновенно стало тихо. Посетители замерли, когда зверюга приземлилась на четыре лапы и шумно втянула воздух, явно выискивая меня. Надеюсь, вонь разлитой везде бормотухи отшибёт ему обоняние, а ещё не без удовольствия заметила пару проплешин на морде гада, а вот он заметил меня.

Отчаянно попыталась прыгнуть, но намертво прилипла к полу, а предательская толпа мгновенно брызнула в разные стороны.

О боже! Вот и всё! Закрыла глаза. Бабуленька, а ведь я так и не успела тебе позвонить. Прости меня!

– Стоять, – властно проревела шиншилла на всю таверну, и Тео словно парализовало. Тоже прилип?

– Шорох, ты обещал мне, что оно не устроит погром! – визжал Лили, трусливо выглядывая из-под барной стройки.

– Я всё улажу, – деловито пообещал грызун, спрыгнул с помоста и поспешил ко мне, ловко минуя липкие пятна. – Аня, какого демона происходит?

Эй, умник, я не умею говорить!

Мой новый знакомый долго думал, что означают моих хаотичные движения лапами.

– Поцелуй его и превратись обратно!

Сдурел?! И я окажусь голая посреди зала?

– Никто тебя не тронет, или я спущу Тео с поводка, – последнее было адресовано постояльцам, но они и так пытались держаться предельно далеко от псины.

Шиншилла определённо пугает своей способностью читать мои мысли. И кого я ещё больше боюсь: пьяных мужиков или клыкастую морду, которой я на один укус. Нет уж!

– Превратись! – приказал Шорох, и Тео встряхнулся и встал в полный рост, демонстрируя присутствующим чёрные узоры на теле.

– Прокажённый, – по толпе прошёл громкий ропот, а парень смотрел перед собой невидящим взглядом, полностью оказавшись во власти друга.

– Бери Аню и живо возвращайся в комнату.

Что? Нет! Не надо меня брать! Дёрнулась в сторону, но так и не смогла отлепиться от пола, пока Тео не взял меня на руки.

– Не бойся, всё будет хорошо.

– Эй, мы так не договаривались. Прокажённому здесь не место, – верещал Лили.

– Он не прокажённый, – отрезал Шорох. – Выпивка всем за мой счёт, и накройте нам троим стол, мы через полчаса спустимся на ужин.

– Хорошо, – быстро согласился хозяин, и присутствующие одобрительно закивали.

Что это? Жажда надраться за чужой счёт, или сила внушения маленькой шиншиллы?

*.*.*

– Класс… Вы дверь сломали. А это что за инсталляция на столе? – хмыкнул Шор, созерцая смятую куртку и ошмётки свечи. – Сексуальные игры с воском?

Они самые!.. Всю жизнь мечтала.

– Целуй, Аню.

Тео послушался, и через мгновение оказалась в объятьях совершенно обнажённого парня. Джинсы он потерял во время своей трансформации, и в комнате их не наблюдалось. Карма в действии.

– ВЫ СОВСЕМ ОБА ОХРЕНЕЛИ!

Меня трясло от злости, и даже лицо моего мучителя, покрытое красными пятнами, глубокими ссадинами и чёрными венами не вызывало жалости. Вырвалась из его рук и обмоталась своей простыней. А извращенец так и стоял с потухшим взглядом.

– Извини. Я не думал, что Тео пропустит приём лекарства, не ожидал от него такой безответственности.

– Лекарство? От бешенства или для подавления своей сексуальной активности? Ты хоть представляешь, что он чуть со мной не сделал?

– Мне жаль, но всё обошлось. Вколи ему конакион, он в рюкзаке.