Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Теперь его взгляд направлен куда-то в окно, хотя я очень сомневаюсь, что видит он там мирную равнину. Скорее, вспоминает то, что происходило на Зогге. И, похоже, не самые приятные вещи, потому как челюсти брюнета сжаты, а желваки заметно движутся, словно он старательно сдерживает обуревающие его эмоции.

Тут я соображаю, что он тоже свою приманку потерял при не известных мне пока обстоятельствах, и смутное подозрение закрадывается в сознание, а потому не удерживаюсь от вопроса, может, и проявляя бестактность:

– Ты её любил?

Харт как-то странно дёргается, впиваясь в меня пронзительным взором, в котором я вижу смесь изумления и растерянности.

– Кого? – хрипло переспрашивает, словно не понимает.

– Ту девушку, которая погибла, – уточняю максимально мягко, стараясь не обидеть.

– Знаешь, Лила, – цессянин поднимается и, сделав несколько шагов к окну, поворачивается ко мне спиной, – тебя это не касается.

В голосе ни малейшего намёка на негодование, только какая-то обречённость и усталость.

Чувствуя себя виноватой, встаю следом. Несколько секунд колеблюсь, не зная, что предпринять. В итоге подхожу ближе, останавливаясь в шаге от него, и осторожно касаюсь всё ещё влажной кожи на руке.

– Не стоит себя винить, – тихо говорю. – Уверена, ты не виноват…

– Дихол! – внезапно взрывается ликвидатор. Резким движением разворачивается ко мне и, схватив за плечи, одним рывком впечатывает в стену, фиксируя своим телом. – Ты откуда знаешь? Лила! Ну почему ты лезешь туда, куда тебя не просят! – встряхивая за плечи, рычит раздражённо.

– Потому что хочу помочь, – теряюсь от его действий, но позиций не сдаю.

Несколько секунд он мрачно на меня смотрит, не выпуская из захвата. Тяжёлое дыхание заставляет накачанную грудь подниматься, а меня заворожённо за этим наблюдать, потому что смотреть ему в глаза я не рискую. Неожиданно руки соскальзывают с моих плеч, поднимаясь вверх. Сильные пальцы с нажимом пробегают по шее и зарываются в волосы, заставляя опустить голову мужчине на грудь.

От его близости, ощущения голой кожи под щекой сердце заходится в бешеном ритме, но почему-то единственное, чего я сейчас боюсь, это того, что Харт моё состояние заметит.

– Глупая, – шепчет он мне в макушку, прижимая к себе всё сильнее. – Чем тут поможешь?

Теперь только одна ладонь удерживает мою голову, другая жадно скользит по спине, бедру, возвращается обратно и вновь повторяет свой путь. А я и оттолкнуть брюнета не решаюсь, чтобы не обидеть, и продолжения сумасбродных путешествий по моему телу не желаю.

Не знаю, чем бы всё закончилось, но, спасая меня, кардинально меняет ситуацию грохот, раздавшийся со стороны душевой. Что-то, по всей видимости, тяжёлое падает на пол, и этот звук возвращает мужчину в реальность.

Денаж вздрагивает, убирая руки, моментально отступает и столь же непредсказуемо быстро перехватывает моё запястье, утаскивая к двери. По пути притормаживает, подхватывая с дивана оставленную на нём инструкцию. Молча распахивает проём, выставляет мою не сопротивляющуюся тушку в коридор, вручает в руки буклет и тут же исчезает, захлопывая дверь.

Ошарашенно смотрю на наглухо закрытый проём и медленно прихожу в себя.

Ну и ну!

Это я такая дура или ликвидатор у меня ненормальный? В итоге останавливаюсь на том, что частично верны обе позиции. Топаю к себе в комнату, приняв за аксиому, что к Харту без острой необходимости близко подходить не стоит, чтобы не провоцировать. Не только его, но и саму себя, потому как на близость мужского тела моё откликалось очень даже недвусмысленно. А мне с ним отношений иметь нельзя. Впрочем, не только с ним! Я по условиям контракта должна быть свободной, ничем и ни с кем не связанной! Так что прочь всё личное! У нас в перспективе сугубо деловые отношения! Надеюсь, у моего напарника, когда придёт в себя, мнение на сей счёт будет аналогичным.

– Разумеется, Лила, о чём речь? – выдыхает с облегчением Денаж, когда на следующий день я осторожно намекаю ликвидатору на нежелательность подобных действий в будущем. Видимо, боялся, что я его вчерашний поступок расценю как далеко идущие планы, а ведь он всего лишь сорвался. Причём я сама мужчину на это спровоцировала. – Если ты против, никаких проблем. Я и не думал тебя соблазнять, просто перестал себя контролировать, вот и результат – рефлексы сработали. И вообще, когда меня снова занесёт, ты не стесняйся, говори сразу. Напрямую. Можешь ударить, чтобы не забывался, – хитро улыбается и добавляет: – Если получится.

– Тебя ударишь, – показательно-задумчиво тяну, демонстративно пристально осматривая его внушительные габариты. – И вообще я не умею драться. В нашем обучающем центре у девушек не было курса самозащиты, только физическая подготовка.

– А хочешь, я тебя научу? – как-то подозрительно воодушевляется Харт. – Нам всё равно уклонение от луча отрабатывать, заодно и в борьбе потренируешься. Поверь, для этого физическая сила – не самое главное.

– Ну, давай!

Соглашаюсь я потому, что не вижу смысла отказываться. Останься я на Цессе, может, мне подобные навыки и не пригодились бы, но на Зогге… Кто знает, что меня ждёт там, на другой планете, среди цессян, которые, возможно, будут вести себя иначе, ибо свобода, пусть и условная, она в состоянии многое изменить.

О принятом решении я не пожалела. Денаж действительно оказался прекрасным инструктором, который с лёгкостью втолковал мне, что бороться с тем, кто заведомо сильнее, – бессмысленно и глупо. И тактика ведения боя, которую я должна применять, кардинально отличается от манеры «пру напролом», скорее она похожа на «кручусь-верчусь».

Можно сказать, что именно после этих занятий у меня резко пошли вверх успехи в освоении тех навыков, которые требуются для участия в охоте. По крайней мере, выговоры от своего ликвидатора я получать перестала, а в глазах видела одобрение. Иногда появлялось в них и ещё кое-что, но я предпочитала этого не замечать. В конце концов, чему тут удивляться? Он – мужчина, и вид обнажённой девушки, сначала кувыркающейся в воде, а потом выползающей на сушу, ему трудно игнорировать. Физиология цессянского организма – она такая. Коварная. Я вот, например, в Харта не влюблена, а ведь на прикосновения тоже не слишком спокойно реагирую! Но на поводу не иду, потому что прекрасно знаю – это всего лишь инстинкты. Тело своего требует. Подобное совершенно нормально в нашем возрасте.

А ещё я научилась спокойно относиться к своей вынужденной раздетости. И теперь моя позиция в этом вопросе свелась к весьма простому умозаключению: если кого-то подобная экипировка смущает – его проблемы, а я жить хочу! Так что сгинуть в небытии благодаря собственной стеснительности – не мой вариант, однозначно.

Меняю положение тела, потому что лежать на спине устала, переворачиваюсь на бок и удобнее устраиваюсь на мягком ложе, может, и тесноватом, но достаточно удобном для того, чтобы расслабиться после трудного дня. По крайней мере, если попытаться сравнить условия для отдыха в подводном городе и на шаттле, который доставил меня сюда, то преимущество, несомненно, окажется на стороне моего нынешнего места обитания.

Помню я тот перелёт. Узкие тесные коридоры, в которых двое едва-едва могут разойтись, не задев друг друга. Индивидуальные каюты пассажиров крохотные, в них нет ничего, кроме стола и опускающегося поверх него лежака. Соответственно, либо ты ешь, либо спишь. Скомбинировать эти процессы нельзя. Что уж говорить о каких-то иных потребностях?

Честно сказать, после просторных, шикарных помещений обучающего комплекса весьма скромный интерьер космического корабля стал для меня неприятной неожиданностью. И я бы с удовольствием нашла более удобный вариант доставки или доплатила, будь такая возможность, лишь бы две недели, которые заняло путешествие, жить в менее стеснённых условиях. Но, увы, иных вариантов попасть на Зогг нет. И, переворачивая страничку, я вновь в этом убеждаюсь:

Трансфер

Доставка работников к месту выполнения контрактных обязательств и возвращение на Цесс осуществляются исключительно транспортными шаттлами и за счёт компании.

12
{"b":"670140","o":1}