Серые глаза нашли зелёные. Медленно, Лука протянула руку Норе.

– Договорились…партнёр.

Нора пожала предложенную руку, ладонью чувствуя трудовые мозоли, заработанные в результате тяжелой мужской работы.

– Если ты однажды встретишь настоящего мужчину, которого полюбишь, обещаю, что не стану мешать, – сказала Лука, отпуская руку Норы.

Взмахом руки Нора отмахнулась от подобного предложения:

– Не волнуйся, этого не случится. Любовь - это не для меня.

Лука понимающе кивнула:

– Думаю, и не для меня.

И все же, Нора чувствовала себя обязанной пообещать Луке то же самое:

– Если ты однажды встретишь…

Когда она смутилась, Лука шепотом продолжила:

– Женщину…

Нора робко кивнула:

– Ага. Если ты однажды встретишь женщину, которую полюбишь, я тоже мешать не стану.

На лице Луки промелькнула грустная улыбка. Стало ясно, что она не верит, что подобное может произойти.

Звук блеющих мулов и движущихся повозок заставил Нору со стоном подняться с места.

– Оставайся здесь. Я займусь нашими мальчиками.

***

Она смогла сесть, не теряя при этом сознания. Лука восприняла как хороший знак и потянулась к седельной сумке, чтобы отыскать там чистую рубашку и брюки. Мельком взглянув на закрытые двери повозки, она сбросила с себя одеяло.

Процесс перевязки груди, превращал её в мужчину. С самого детства это было что-то вроде ежедневного ритуала для Луки. Она смогла бы сделать это даже в полной темноте. Но не сегодня.

Когда она попыталась обернуть бинты вокруг груди, обнаружила, что не может без боли завести руку за спину. Она продвигала руку дюйм за дюймом, сжимая челюсть, чтобы заглушить стон. Через несколько секунд на лбу выступил пот, и на мгновенье она прислонилась к стенке повозки, ожидая, когда боль утихнет.

– Лука! – Голос Норы заставил её вздрогнуть и натянуть на себя одеяло. – Что ты делаешь?

Краем одеяла Лука вытерла пот с лица.

– А на что похоже? – Пробормотала она. – Одеваюсь.

– Смотрю, безуспешно, – подметила Нора. – Хватит, ложись, отдыхай.

Лука больше ничего и не желала, но не могла оставаться в повозке, пока беременная женщина выполняет и свою, и её работу.

– Нет, все нормально. Я смогу.

Она выжидающе смотрела на Нору, молчаливо призывая выйти и позволить ей переодеться.

Но Нора не сдвинулась с места.

– Лука, – начала она, применяя ту же интонацию, что и по отношению к Эми, когда та вела себя неразумно, – ты ранена. Ложись обратно в постель.

– Лягу. Но сначала поговорю с Джейкобом, – сказала Лука.

– Если тебе и правда нужно с ним поговорить, я позову его сюда. Тебе не обязательно вставать.

Лука тут же схватилась за край передника, не давая Норе уйти.

– Это не очень хорошая идея. Он не должен видеть меня такой, – она махнула на своё тело, прикрытое одеялом.

– Оу.

– Ага. – Лука смущённо ей улыбнулась.

Нора посмотрела на свои руки.

– Ну тогда… я могу помочь тебе одеться.

Лука замерла.

– Эм…

Спустя несколько секунд молчания, Нора мягко улыбнулась.

– Ты не первая обнаженная женщина, которую я вижу. И я не прихожу в ужас при виде твоего тела.

‘Но, может, именно моё тело тебя испугает!’ Лука беспомощно покачала головой. Никто кроме Тесс никогда не видел её голой, если только она не находилась между жизнью и смертью или была без сознания. При одной только мысли, что Нора её увидит, сердце ускоряло ритм, отдаваясь в раненом плече.

– Давай. Я обещаю, что не буду смотреть.

Нора вырвала рубашку из слабой хватки Луки.

– Эм… – Лука кашлянула. – Надеть рубашку не проблема.

Она подняла одеяло, показывая отсутствие бинтов, делавших её грудь похожей на мужскую.

Глаза Норы округлились.

– Ох. И правда. – Она сделала глубокий вздох. – Что ж, предложение о помощи всё ещё в силе.

При мысли о том, что Нора будет обматывать её грудь, по телу Луки побежали мурашки. Она вздрогнула, но не могла понять, то ли от страха, то ли от предвкушения прикосновений Норы.

– Ну же, нет времени для размышлений. – Нора указала на дверцы повозки, за которой эмигранты разбивали лагерь.

Но Лука не шелохнулась.

– Лука. – Теплые пальцы дотронулись до её руки, мягко сжимая. – Не нужно бояться Ты всегда была добра ко мне, и у меня нет причин относиться к тебе иначе.

Медленно, пальцы Луки опустили одеяло, прикрывающие обнажённое тело.

– Пожалуйста, поторопись, – прошептала она, глядя на дверцы, являющиеся единственным барьером от внешнего мира.

От неё не утаился взгляд Норы, пробежавший по всему её телу. Наконец, Нора посмотрела на широкие бинты, которыми нужно обмотать грудь Луки.

– Подними руки, – сказала она.

Лука попыталась, но не смогла поднять правую руку над головой.

– Подожди, – пальцы Норы сомкнулись на её запястье. – Не вреди себе. Я попробую сама.

Одной рукой она прижала один конец бинта к лопатке Луки, удерживая его на месте, а другой начала обматывать ткань вокруг груди.

Тёплые руки, неоднократно касающиеся боков её груди, заставляя Луку потеть и дрожать.

– Туже, – буркнула она.

Голос был хриплым, но боль не имела к этому никакого отношения. Луку предавало собственное тело.

Нора остановилась. Руки лежали на бинтах, удерживая повязку на месте.

– Разве я не сделаю тебе больно, если завяжу покрепче?

– Не важно. Завязано должно быть плотно, – сказала Лука, сжимая зубы от двойного ощущения боли и удовольствия.

– Я всё ещё не понимаю, почему ты выбрала делать это каждый день своей жизни, – пробормотала Нора.

Большим пальцем Нора неосознанно потерла верхнюю часть груди Лука, где остался красный след от прошлой перевязки.

Лука накрыла её руку своей, держа неподвижно, с опозданием подмечая, что привлекла ненужное внимание к тому, о чем Нора даже не догадывалась.

– Ой. Извини. – Нора тут же отдёрнула руку и закрепила повязку.

– Это единственный способ жить жизнью, которой я хочу, – сказала Лука, отвечая на вопрос Норы.

Она быстро натянула рубашку на плечи, а когда попыталась застегнуть, заметила, что пальцы дрожат.

Нежно, но решительно, Нора оттолкнула пальцы Луки и сама принялась застёгивать пуговицы.

Лука засмотрелась на проворные пальцы, застёгивающие её рубашку. По какой-то причине, она нашла сие действие очень интимным. Будто жена, заботливо делает это для своего мужа.

Теперь она одета.

– Видишь? – Нора с удовлетворением кивнула. – Это было не так уж и плохо, правда?

‘Напротив - в этом то и проблема.’ Конечно, Лука не сказала этого вслух. Вместо этого просто кивнула.

Нора пригладила рукой воротник рубашки. Взгляд скользнул по телу Луки, изучая её преобразование.

– Потрясающе, – прошептала она.

– Что? – Лука напряглась под оценивающим взглядом Норы.

На лице Норы затанцевала смущённая улыбка:

– Минуту назад я видела тебя голой, а сейчас, смотря на тебя, не могу поверить в то, что видела у тебя под одеждой.

Лука посмотрела в зелёные глаза:

– Для нас обеих будет лучше, если ты забудешь об этом.

– Мне бы хотелось, – Нора ответила, не раздумывая, и испуская вздох сожаления.

Лука поняла, что Нора всё ещё скорбит по “мужу”, которого потеряла.

‘Это то, что я никогда не смогу ей вернуть, как бы не пыталась.’ Издавая нечто средне между вздохом и стоном, она подалась вверх и поднимаясь на шаткие ноги.

Прежде чем она смогла выбраться из повозки, Нора открыла дверцу и высунула голову наружу.

– Джейкоб? – Крикнула она.

– Да? – В повозку заглянуло покрасневшее, обветренное лицо Джейкоба Гарфилда.

– Лука хочет с тобой поговорить, – сказала Нора и вышла на улицу, оставляя их наедине.

Темные глаза Джейкоба смотрели прямо на Луку, и она не могла не задаться вопросом, смотрит ли мужчина на нее иначе, чем несколько дней назад. ‘Он знает? Бернис ему рассказала?’ В конце концов, Бернис его жена, и у неё не должно быть секретов от мужа.