– Я же уток хотел тебе показать, – вдруг вспомнил Артём.

– Почему ты вообще об этом заговорил.

Типа “Бля, а не предложить ли мне Арсению пойти посмотреть на убитых моим отцом уток?”. Отличная идея же.

– Ну, ты же у нас биолог дохуя. Тебя должно интересовать всё, что связано с анатомией и всякой такой вот сранью.

И поэтому надо звать меня на посмотреть на мертвечину? А вообще – понятно всё с тобой. То есть, вы с Ковальским придумали какую-то хуйню и теперь подгоняете всё под неё, да? Ну ладно. Я сделал выводы.

– По крайней мере, если воспринимать всё это утрировано, – тут же добавил Артём, пожимая плечами. – Ну, короче, я решил, что тебе будет интересно посмотреть на них. Может, тебе нужны их перья или типа того.. Ну, вернее, ты хочешь их. Может быть.

Если воспринимать его слова всё так же утрировано, то можно подумать, что он пытается найти что-то интересное для меня. Это даже мило немного. Особенно то, как он замялся в конце. Мне нравится.

– Где они?

Артём указал на мешок, возле которого сидел Йозеф. Я аж удивился немногим – что, серьёзно, что ли? Это нормально – перевозить такие вещи таким образом? Я чего-то не знаю..? Хотя какая уже разница. Это же мёртвые утки. Какое мне вообще дело до этого.

Артём перетянулся к этому мешку и подтащил его ближе к краю. Я даже с предвкушением каким-то ждал, и почему-то сложилось аналогия с Новым годом. Артём – этакий спидозный Дед Мороз, у которого в мешке трупы уток. Приезжает только к таким же конченным, как я, и даёт им этих уток помацать. Отлично.

– Зачем ты это делаешь? – когда Артём начал выкладывать птиц из мешка, спросил я. Он просто мог достать одну и дать её мне. К чему надо совершать лишние телодвижения?

– Всех посмотреть, – усмехнувшись, сказал тот. – Ну, мне тоже интересно, как бы. Батя только уток настрелял, или ещё кто есть?

– А кто ещё там может быть?

– Ну вот такие есть, например, – вытащив из мешка какую-то чёрно-белую птицу, сказал Артём. Когда он положил её рядом с остальными, я уставился на птичку – она была куда интереснее остальных. Хотя бы потому, что была другой. Не классической уткой (кряквой, мда, позвольте повыёбываться, спасибо), а вообще чем-то другим. Хм, так забавно иногда – видеть кого-то нового. В смысле, я даже не знал, что у нас тут такие водятся. Не то чтобы я знал, как выглядят все птицы области.. Не важно. Просто эта – она реально какая-то странная. И классная.

– Это тоже утка?

Просто как-то не похоже это на утку в общепринятом понимании. Клюв совсем другой. Я, конечно, не охуенный орнитолог, чтобы по одному клюву что-то там определять но..

– Это луток.

Артём вот прям знает, я смотрю, да? Хотя понятно, что это из-за увлечений его отца и всё такое. Хах, вот уж кто точно знает, кто у нас тут водится, а кто нет. И кто из нас ещё биолог дохуя? Хотя это больше к другой сфере относится, но да ладно.

– Ну, как бы, относится-то он к утиным. Вид..

– Семейство, – поправил его я. – Утиные – это семейство.

– А, похуй. Семейство утиные, род лутки. Вид не скажу, уж извините.

Тоже выёбываться начал. Не понравились мои выебоны с семейством?

– Можно потрогать какого-нибудь?

– Ну. Потрогай.

Я аккуратненько взял в руки самого жирного. Хочу подвигать ему крылья. Научный интерес, не более. А можно ещё попытаться пулю достать? Или это слишком зашкварно будет? Мда, ладно, мне лучше не думать ни о чём таком. Это отвратительно.

Птица была на удивление тяжёлой – килограмма четыре уж точно будет. Вот уж в жизни бы не подумал, что утки бывают такими. Мда, что-то я разжирел со всякими там цыплятами-бройлерами, которые за всю свою недолгую жизнь только до килограмма-двух вырасти успевают. А вот в ‘дикой природе’, м, и такое есть. Натуральный продукт, блять.

Хм, а вот реально – насколько мясо утки, которая ещё и росла на воле, отличается от мяса покупной курицы? Если верить всяким там Умным Людям, то это должны быть просто небо и земля. Но я не какой-то там Легко Всем Верящий Человек. Мне нужны пруфы. Или же личный опыт. Можно даже напроситься на его получение, хах, но это нагло. Может, само по себе выйдет, как бы..? Мяса-то тут много, надолго хватит. Артём же кормит меня иногда, когда я у него бываю. Ладно, плевать. Не надо об этом думать.

Следующим объектом моего интереса стал тот самый луток. Чёрно-белая птичка, размером примерно с остальных уток, но на вид совсем отличная от них. Опять же, окрас, клюв, хохолок.. Такая миленькая. Интересно вот, а Алексей Валерьевич может отловить кого-нибудь, без убийства чтоб? Я бы завёл такую у себя дома, хех.

Заметив Алексея Валерьевича, идущего к нам, я про себя чертыхнулся. Что ему тут понадобилось, блять..? Пяти минут даже не прошло, он уже прибежал. Я понимаю ещё, когда он постоянно проверяет, чем мы заняты, когда мы сидим у Артёма в комнате, но тут-то что не так? Неладное почуял? “Мне кажется, где-то в мире трогают моих уток”. Пойду проверю, ага. Ну, может, они уже ехать засобирались? Мать просто задержалась там по каким-то причинам, но скоро придёт.

– Что? – спросил Артём. – Что-то случилось?

Алексей Валерьевич помотал головой. Уходить он, тем не менее, тоже не спешил – как и что-то говорить или что-то делать. Он с Артёмом хочет поговорить? Мне уйти надо? А то вдруг он меня стесняется. Хотя он бы тогда сказал что-нибудь в духе “Съеби, мне надо с Артёмом поговорить”. Или Артёма бы попросил отойти. Не так уж и сложно.

– Думал, мы тут сейчас плохими вещами заниматься будем, да?

Мне почему-то сразу стало неловко. Какого чёрта, блять, придурок? Не неси хуйню, а. Как вообще не стыдно такое отцу выговаривать?

– И в мыслях не было.

Боже, Артём такой мудак иногда. Ему вот надо было выёбываться, да? Жизненная необходимость просто. С какой вообще стати его отец должен думать, что мы будем тут ебаться? Хотя почему нет.. Если бы мой сын ушёл куда-то с кем-то, с кем он встречается, я бы тоже не долго думал над тем, чем они будут там заняты. Хотя вот конкретно сейчас даже я не думал, что под этим может подразумеваться что-то не то. Мы просто шли смотреть на мёртвых уточек. Ну и да, проверить пёселей.

– Ему утки интереснее меня.

Алексей Валерьевич усмехнулся, а я еле удержался, чтобы не втащить Артёму по ебалу. Он нормальный, нет? Блять, просто конченный. Чё, думает, раз его отец знает, то можно шутки при нём шутить? Серьёзно, блять? Надо будет поговорить с ним об этом. Пусть хотя бы при мне такое не делает, ладно? Меня это нервирует.

– Сейчас мы придём.

Только после этого его отец ушёл. Убедился, что мы не планируем ничем плохим тут заниматься, и успокоился? Хотя я бы тоже неоднозначно отреагировал, если бы мой сын имел возможность поебаться с кем-то у меня в машине. На глазах у четырёх собак. И рядом с мешком, полным трупов уток. Фу, нет. Даже не думай об этом.

– Хочешь, я для тебя их черепа выделаю?

Я повернулся к Артёму – посмотреть на его лицо. Правда не шутит? Хах, а он знает, какие подарки мне надо делать. Хотя черепа уток – это не так прикольно. Вот было бы там какое-нибудь животное, типа лисы, или того же зайца, скажем.. Или даже кого-нибудь рогатого. Все же дрочат на черепа с рогами? Хах. Хотя у вот этого лутка клюв, вроде, не такой чмошный. И его выделанный череп будет смотреться не так тупо, как утиный. Хм..

– Это сложно?

– Неа. Залакировать даже могу.

– Ладно.

А если он запилит мне много таких черепов, я смогу сделать типа гирлянды.. Провести в них светодиоды, и будет реально гирлянда. Аха-ха.

– Класс.

– И вот его череп можно? – я показал Артёму лутка, который по-прежнему был в моей руке.

– Ты как-то догадался, что это самец, или просто так сказал?

– Ну, – я ещё раз осмотрел птицу. – Я, конечно, не уверен. Но у птиц половой диморфизм выражен почти всегда сильно. Так что если кто-то и раскрашен, то, более вероятно, это самец.

Не назвал бы этого лутка пиздец ярким, но для местных условий, в принципе, покатит. Да и самок я не видел, чтобы было с чем сравнивать. Но если взять тех же крякв для сравнения – тут перед нами как раз три самки и два самца лежат. Кто попестрее и объективно красивее – тот самец. Легко.