Ориана подошла к Регису, уперев руки в бока, внимательно посмотрела ему в глаза и резко сказала:

– Три дня. Если через три дня ты не дашь нам имя… Сам знаешь что случится.

Женщина плавно повернулась к нему спиной и растворилась красноватой дымкой. Амина дёрнулась, понимая, что эта роскошная барышня тоже была вампиром. Регис тяжело сел на могильную плиту и устало потёр лицо. Похоже, эта встреча стоила ему больших нервов и всей выдержки.

– Смысла тебе прятаться не было, Ориана всё равно слышала, как ты дышишь, – громко сказал он, открывая сумку и доставая оттуда бутыль с мутной жидкостью.

Амина вышла из-за камней и осторожно села на каменную плиту подле уставшего и явно вымотанного вампира.

– Дай угадаю, всё очень плохо?

Регис даже усмехнулся, оглядев собеседницу. Не так давно на её месте сидел Геральт, когда они решились приготовить Отзвук для поисков Детлаффа.

– Мягко сказано, – развёл руками он. – Убитый катакан оказался из местной общины. Он пропал несколько дней назад. Если эккиму они могли и не заметить, то этого – уже нет. Ориана чётко дала мне понять, что если начнут пропадать боклерские вампиры, то община будет действовать радикально.

– Так в чём проблема? – удивилась Амина. – Ты же сам видел Сандро, ты знаешь его имя…

– Я не выдал его по двум причинам. Первое – это может заставить общину действовать сгоряча и наплодить жертв. Ты ведь всё пытаешься увидеть во мне монстра, и я тебя за это не виню, ведь я, деликатно выражаясь, им и являюсь. Но, в отличие от большинства своих сородичей, я ценю жизнь во всех её проявлениях, и жизни людей для меня не менее важны, чем жизни собратьев. Но они этих взглядов не придерживаются, – он откупорил бутылку и приложился к ней, зажмурился и выдохнул после долгого глотка.

– А второе? – спросила девушка, заинтересовано глядя на бутыль.

– Сандро осмотрителен и осторожен. Если он поймёт, что местная община, вместо того, чтобы сидеть по норам после Ночи Длинных Клыков, активно его ищет, это может заставить его прятаться ещё лучше. Потому пусть обе стороны пока будут в неведении. Надеюсь, трёх дней будет достаточно… – он сделал ещё один глоток и протянул бутыль Амине. – Если хочешь, это мандрагоровый настой, штука очень крепкая. Так что советую подумать, надо ли оно тебе.

Девушка принюхалась, сморщилась от резкого алкогольного запаха, но выдохнула и сделала глоток. Спиртное обожгло горло, огнём прокатилось по нутру, скрутив в болезненном спазме желудок.

– Зар-р-раза, – прохрипела она, откашлявшись и возвращая напиток. – Но вкус неплохой.

– Геральт и его товарищи в своё время тоже оценили, – улыбнулся он, а потом опустил взгляд. – Жаль только, большинства из них уже нет…

В его голосе слышалась горечь потери. Девушка не знала, стала ли она ему больше сочувствовать из-за алкоголя или же наконец-то пришло некое понимание. Ведь каково это, жить вечно, зная, что всё рано или поздно уйдёт? Будут сменяться годы, века, становиться и рушиться государства, и главное – умирать те, кого ты любишь, кто тебе дорог. А ты так и будешь жить дальше, обрастая новыми привязанностями, но осознавать, что рано или поздно очередного друга сразит болезнь или вражеская стрела. И, несмотря на все твои старания, ты окажешься бессилен.

– Сандро когда-либо упоминал, зачем ему это? – вдруг спросил он, выведя Амину из раздумий, сделав очередной глоток и протянув бутыль ей.

Там осталось не так уж много, девушка сомневалась, нужна ли её ещё одна порция алкоголя или же выпитого достаточно, но решила не отказываться.

– Что именно? – она всё-таки опрокинула бутыль, и второй глоток настойки пошёл резвее, чем первый. Уже не было удушающей боли в горле, остался лишь терпкий привкус и приятное тепло, пробирающее до кончиков пальцев.

– Зачем ставит эксперименты над вампирами?

– Если честно, он меня до своих исследований никогда не допускал. Мы работали вместе на Госпожу последние десять лет, но наше общение было довольно… сдержанным.

– То есть вы…

– Я же сказала, что не ебалась с ним! – возмутилась девушка. – Не спорю первое время у меня возникла к нему симпатия: воспитанный, умный… Но чем дольше мы общались, тем больше я понимала, что что-то не так. Он всегда был холодным, отстранённым, будто неживым. Поначалу меня это интересовало, но потом начало доводить до жути. И темой вампиризма он, правда, интересовался, но в каком ключе – сказать не могу.

– Ясно, но всё-таки ты не догадываешься, чего он мог желать?

– Госпожа просто всучила мне Перо и велела уходить в Королевства Севера. Сандро явился сразу после этого, а что было дальше – не знаю. Да и, как я уже сказала, мы были не так уж и близки. Собственно, именно тогда я с Цири и познакомилась, – её пробило на откровенность. Но она решила, что в этой информации не было никакой тайны. В конце концов, какая разница при каких обстоятельствах она познакомилась с Цири? – Она тогда взяла заказ на беса и нашла его спящим в своём логове, дело обещало быть плёвым… И тут я вываливаюсь из теней и прямо на неё.

Вампир заулыбался, представляя сколько матов, звука возни и бряцанья металла разносилось по округе. А с учётом того, что бесы предпочитают устраивать логова в просторных пещерах с хорошей акустикой, он наверняка проснулся.

– Естественно монстр нас услышал, пришлось его валить вдвоём. Правда Цири потом чуть мне башку не снесла, – пожала плечами Амина, с улыбкой вспоминая эти моменты. – Надавали мы тогда друг другу тумаков, да когда силы кончились, рассмеялись, разговорились и подружились. Так прошло полгода, мы путешествовали, выполняли заказы… Хорошее было время.

– Уверен, оно ещё наступит, – кивнул ей Регис, делая один глоток.

На донце оставалось немного, и на этот раз девушка отказалась, чувствуя, что в голове туманились мысли, там будто поселился ветер, и наваливалась усталость. Она хотела пойти в склеп и нагло занять спальное место, но стоило встать на ноги, как мир качнулся, и она едва не упала. На счастье вампир подхватил её.

– Да, вот и минусы трезвой жизни, пьянеешь мгновенно, – усмехнулась она, оглядываясь вокруг.

Трещащие деревья, покосившиеся надгробья, танцующие в опустившейся темноте светлячки. Взгляд её остановился на Регисе, затуманенный, немного расфокусированный, пьяный.

– Вампиры, люди, ведьмаки, – сказала она, кладя руки ему на плечи. – Так всё запуталось. Не знаешь, кого бояться, а кому доверять. А ты…

Она привстала на носки сапог, чтобы быть ближе, запустила руки ему в волосы и выдохнула в губы:

– Ты хороший.

– Это очень плохая идея, – предостерёг он её, однако девушка его не слушала.

Почувствовав её горячие губы на своих, не смог сдержаться и ответил на поцелуй, выбив у неё из горла хриплый вдох. Он притянул её к себе, стараясь не стиснуть объятьях слишком сильно, чтобы не причинить боли. Привкус мандрагоры на её губах и нежных запах луноцветов исходивший от неё, дурманили.

Амина ухватилась за его волосы, затем тонкими пальцами провела по незакрытой воротом шее. Она уловила под кожей биение жил, совсем как у человека, чье сердце ускоряет бег в моменты нежности и нахлынувшей страсти. Запах трав исходивший от него казался сейчас таким острым, пряным и привлекательным, что девушка только теснее прижималась к нему, совершенно позабыв о том, кто он такой.

Резкая боль заставила отдёрнуть голову и коснуться небольшой ранки на внутренней части нижней губы. Солоновато-железистый привкус крови отрезвил, заставил вспомнить, что перед ней вовсе не человек, перед ней монстр и чудовище, удачно маскирующийся под человека.

– Прости, – тихо сказал он ей, отпуская и отступая на шаг. – Я говорил, что это – плохая идея.

– Эмиель, – позвала его девушка, находясь в смятении и не сразу поняв, что назвала его первым именем.

Оно само как-то слетело с губ и почему-то заставило вампира застыть на мгновение, будто его никто и никогда так не звал. Или же он просто отвык от его звучания.